Комментарий к реформе судебной системы Беларуси 2014г. Часть 2. Изменения в судебной системе

Продолжение.

Начало см. Комментарий к реформе судебной системы Беларуси 2014 г. Часть 1. Правовое основание реформы

1. Единый Верховный суд: результат слияния или «поглощения»?

1.1. Краеугольным камнем реформы является создание, согласно Декрету от 29 ноября 2013 г. № 6, единого высшего судебного органа по гражданским, уголовным, административным и экономическим делам – Верховного Суда, возглавляющего систему судов общей юрисдикции Республики Беларусь. Соответственно, ВХС упраздняется, а хозяйственные суды, переименованные в экономические, становятся частью СОЮ. И тут возникает интересный вопрос: создаваемый «единый высший судебный орган» является юридически новым Верховным судом или старым (но, «укрупненным»)? Анализ положений Декрета № 6 и Указа от 29 ноября 2013 г. № 529 свидетельствует об определенной правовой эклектике рассматриваемых нормативных правовых актов в соответствующей части.

1.2. Согласно п. 1 Декрета № 6 оба высших судов объединяются в целях образования единого высшего судебного органа. Закон Республики Беларусь от10 января 2000 г. № 361-З «О нормативных правовых актах Республики Беларусь» (далее – Закон о НПА) называет следующие виды реорганизации государственного органа (применительно к правопреемству в отношении НПА): слияние, присоединение, преобразование, разделение и выделение (ст. 6). В виду того, что законодательство Республики Беларусь не содержит детальной регламентации процесса создания и реорганизации судов, можно предположить, что объединение судов с целью создания «единого» органа можно поименовать или (1) слиянием, при котором исчезают два участвующих в нем органа и создается единый орган-правопреемник, или (2) присоединением, при котором один участник реорганизации укрупняется за счет другого(их).

1.3. Так, с одной стороны, Декрет № 6 упоминает объединение высших судов (п.1), что по логике подразумевает слияние с прекращением существования обоих субъектов, участвующих в данном процессе. Но, иные нормы Декрета № 6 устанавливают, что «единый» Верховный суд, его Пленум и Президиум помимо полномочий, отнесенных к их компетенции законодательными актами, наделяются полномочиями, предусмотренными законодательными актами соответственно для ВХС, Пленума ВХС и Президиума ВХС (2.5.). При этом ничто в Декрете № 6 не свидетельствует о том, что «новый» Верховный суд наделяется полномочиями «старого» Верховного суда, его Пленума и Президиума, что было бы логичным, коль скоро «старый» Верховный суд прекращает свое существование. Очевидно, что в п. 2.5. Декрета № 6 говорится о Верховном суде, созданном до вступления в силу Декрета № 6, т.к. даже сейчас отсутствуют какие-либо законодательные акты,  предусматривающие детализированную регламентацию (достаточную для осуществления правосудия) полномочий единого Верховного суда.

1.4. Также к «новому» Верховному суду переходят в порядке правопреемства имущество, права и обязанности ВХС (п. 8 Декрета № 6), при этом нет ни слова о «старом» Верховном суде. Согласно Указу№ 529 лишь судей ВХС следует считать судьями «нового» Верховного суда (п.1). При этом работники аппаратов хозяйственных судов продолжат работать в СОЮ (в том числе в Верховном суде) на основании перевода, а не в связи с ликвидацией организации (п. 1 Указа № 529), что позволяет сделать абсурдное предположение, что ВХС все еще существует.

1.5. Таким образом, учитывая, что к «новому» Верховному суду перешли полномочия, права, обязанности и имущество лишь ВХС, равно, как переведены лишь работники аппарата ВХС, под объединением высших суда Республики Беларусь следует понимать не слияние, а присоединение ВХС к «старому» Верховному суду. Т.е. по сути, речь идет «укрупнении» Верховного суда Судебной коллегией по экономическим делам и подчинение ему хозяйственных судов, переименованных в экономические суды. Справедливости ради, следует отметить, что в Декрете № 6 и Указе № 529 не говорится о создании «нового» Верховного суда (хотя и предполагается, учитывая формулировку «единый»), но и объединением (слиянием) это также назвать нельзя.

2.  Иные изменения в судебной системе

2.1. Изменения в судебной системе Республики Беларусь можно разделить на: (1) касающиеся создания и функционирования единого высшего судебного органа, (2) касающиеся военной юстиции и (3) касающиеся переименования общих судов и хозяйственных.

2.2. Верховный суд

Верховный суд Республики Беларусь был укрупнен за счет судей ВХС, что повлекло за собой появление Судебной коллегии по экономическим делам и, соответственно, заместителя председателя Верховного Суда – председателя вышеуказанной Судебной коллегии. Все бывшие судьи ВХС «автоматически» стали судьями единого Верховного суда (при этом, заместитель председателя ВХС Егоров в декабре 2013 г. вышел в отставку, а судья Послед была освобождена в 2014 г. от должности в связи с совершением поступка несовместимого с нахождением на государственной службе) и вошли в Пленум единого Верховного суда.

2.2.1. В Президиум (18 судей) единого Верховного суда попало трое бывших судей ВХС (Демидович, Колесникова, Рябцев), а также судья Судебной коллегии по экономическим делам Паутов, который до появления в едином Верховном суде был заместителем председателя Белорусского военного суда и судьей Военной Коллегии Верховного суда.  На мой взгляд, даже если счесть А.М. Паутова представителем ВХС, все равно состав Президиума демонстрирует определенную неравномерность количественного присутствия судей основных видов судопроизводств, особенно, учитывая, что до реформы судоустройства, правосудие по экономическим делам осуществлялось особой судебной системой со своим высшим судом.   

2.2.2. Независимость «нового» Верховного суда будет упрочена в виду передачи ему полномочий Министерства юстиции Республики Беларусь по:

1) организационному, материально-техническому и кадровому обеспечению деятельности судов общей юрисдикции, организационному и материально-техническому обеспечению органов судейского сообщества, исключив соответствующие функции из компетенции Министерства юстиции и главных управлений юстиции областных (Минского городского) исполнительных комитетов,

2) осуществлению в установленном порядке ведомственного контроля за соответствием деятельности судов общей юрисдикции требованиям законодательства (п. 7 Декрета № 6).

А, также, за счет получения от Министерства юстиции и Министерства обороны имущества областных, районных (городских), военных судов, прав и обязанностей, связанных с приобретением и использованием данного имущества (п. 15, 16 Декрета № 6).

Следует отметить, что соответствующие изменения уже внесены в подпункты 6.31., 6.32 п. 6 Положения о Министерстве Юстиции Республики Беларусь, заменив суды на органы принудительного исполнения [1]. В связи с этим, а также, очевидно, ввиду п. 7 Декрета № 6 Министерством юстиции было принято Постановление от 13.07.2014 г. № 137, прекратившее действие ряда постановлений Минюста, регламентировавших функционирование общих судов. В настоящее время в Национальном реестре правовых актов РБ отсутствуют сведения о нормативных правовых актах принятых взамен утративших силу постановлений Минюста, среди которых были, регулирующие предоставление СМИ информации о деятельности общих судов, размещение информации на информационных стендах общих судов, утверждавшие положения о председателе суда, его заместителе и помощнике председателя суда, имеющих важное значение для реализации гражданами права на доступ в суд и при отстаивании своих прав.

Соответственно, можно предположить, что либо Верховный суд (приказом председателя) заменил утратившие силу постановления Минюста своими локальными нормативными правовыми актами, не подлежащими, согласно законодательству, внесению в НРПА [2], либо Верховным судом не была осуществлена им замена, что маловероятно.

2.2.3. Следует также отметить, что ввиду передачи Верховному суду полномочий по ведомственному контролю за СОЮ и соответствующего изменения Положения о Минюсте, с 05.09.2014 г. обращения в сфере судебной деятельности, в том числе по вопросам организации работы районных (городских), областных (Минского городского) судов, экономических судов областей (г. Минска) первоначально рассматриваются председателями соответствующих судов, а потом вышестоящими судами (областными (Минским городским) судами, Верховным судом) [3].

2.2.4. Также позитивным шагом по укреплению независимости СОЮ можно назвать передачу с 1 июля 2014 г. Верховному суду средств республиканского бюджета, ранее выделяемого Министерству обороны на финансирование деятельности Военной коллегии Верховного суда и военных судов, а также закрепление обязанности Совета Министров обеспечить финансирование на 2014 г. Верховного суда, исходя из приобретением им вышеназванных полномочий Министерства юстиции и областных (Минского городского) судов и районных (городских) судов, исходя из наделения их с 1 июля 2014 г. полномочиями военных судов (п. 14 Декрета № 6).

2.2.5. Высшаяквалификационная коллегия судей Верховного суда (равно, как и иные квалификационные коллегии), согласно п. 5. Декрета № 6 была увеличена с девяти судей, согласно ст. 171 Кодекса о судоустройстве и статусе судей, до одиннадцати, при этом, в отличие от ст. 171 Кодекса, было предусмотрено, что в состав Коллегии могут быть избраны не только судьи, юристы-ученые и специалисты в области права, но и представители государственных органов. Статья 171 Кодекса о судоустройстве также предусматривала включение в состав Коллегии не менее двух представителей Министерства юстиции. Исходя из содержания п. 5. Декрета № 6 и практики его применения, можно предположить, что теперь, предусмотренные ст. 171 Кодекса представители Минюста, могут быть избраны на общих основаниях в качестве представителей государственных органов без ограничения по количеству.

Так, своим Постановлением от 31 января 2014 г. № 5 Пленум Верховного суда избрал членами Высшей квалификационной коллегии судей Верховного суда 9 судей данного суда, а также заместителя декана Юридического Факультета БГУ А.В.Шидловского и  начальника Главного управления по взаимоотношениям с органами законодательной и судебной власти, вопросам гражданства и помилования Администрации Президента Республики Беларусь Д.Г. Колоса.

Подобный порядок избрания Высшей квалификационной коллегии судей Верховного суда достаточно трудно критиковать, т.к. соблюдены два главных, на мой взгляд, условия создания органа судейского сообщества, коим и является квалификационная коллегия судей: (1) именно судьи (участвовавшие в Пленуме Верховного суда) выбирают членов Коллегии, и (2) судьи самостоятельно решают о возможности включения в члены Коллегии лиц, не являющихся судьями (п. 5.1. Декрета № 6). Безусловно, можно было бы законодательно закрепить количество членов Квалификационной коллегии, избираемых не из числа судей, но это уже можно было бы расценить как определенное нарушение самостоятельности и независимости органа судейского сообщества, а, как следствие, и судебной власти (ст. 143 Кодекса о судоустройстве). Таким образом, Пленум (судьи) единого Верховного суда принял решение выбрать в члены своей Квалификационной коллегии высокопоставленного государственного служащего Администрации Президента, и Пленум имел на это полное право. Для западноевропейских государств, полагаю, избрание такой категории юристов, как работник Администрации Главы Государства, в члены органа судейского сообщества, было бы достаточно необычным, но, сделанный 31 января 2014 г. Пленумом выбор вполне укладывается в правовые реалии Беларуси.

2.2.6. Следует также отметить, что с устранением Минюста от регулирования деятельности судов, его глава и начальники главных управлений юстиции облисполкомов и Мингорисполкома, более не наделены правом возбуждать дисциплинарное производство в отношении судей СОЮ.       

2.3. Военная юстиция

С 1 июля упразднены Военная коллегия Верховного суда (председатель Коллегии остался судьей и членом Президиума единого Верховного суда), конференция и квалификационная коллегия военных судей, а также ликвидированы все межгарнизонные военные суды и Белорусский военный суд. Судьям и работникам аппарата военных судов было предоставлено право быть назначенными на должность в соответствующие районные (городские), областные (Минский городской) суды и единый Верховный суд. При этом военная служба судей и работников военных судов, являвшихся военнослужащими, прекращалась с 30 июня 2014 г. И независимо от дачи согласия на назначение судьей или работников аппарата СОЮ или отказа от этого, указанные лица увольнялись с военной службы в связи с истечением срока контракта. Работники военных судов, не являвшиеся военнослужащими, также имели право перевестись в соответствующие СОЮ.

2.3.1. Можно предположить, что для ряда военных судей и работников аппаратов военных судов из числа военнослужащих, увольнение с военной службы могло стать чувствительным ударом, в виду наличия у них определенных соображений касательно выслуги лет или престижа нахождения на действительной военной службе. Председатель Верховного суда Сукало В.О. в интервью Советской Белоруссии отметил, что «В интересах ряда бывших военных судей по нашей инициативе Президентом была изменена дата их увольнения с военной службы.». При этом неясно, был ли подобный подход к датам увольнения с военной службы применен и к работникам аппаратов военных судов, в случае возникновения подобного «интереса» с их стороны.

2.3.2. Сама по себе ликвидация военных судов формально не может быть оценена ни положительно, ни отрицательно до тех пор, пока военные суды (как и другие специализированные) соблюдают в своей деятельности гарантии справедливого судебного разбирательства, предусмотренные ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. Полагаю, основной причиной ликвидации военных судов, исходя из интервью В.О. Сукало журналу «Беларуская думка», является то, что они, являясь частью общих судов, тем не менее, были обособленной системой с отдельным обеспечением и функционированием [4]. Следует отметить, что в 2012 г. подсудность военных судов была расширенаЗаконом Республики Беларусь от 13 июля 2012 г. № 417-З. Тем не менее, даже это не помогло вдохнуть жизнь в систему судов, состоящую всего из 36 судей[5]. Исходя из анализа Указа Президента Республики Беларусь от 26 июня 2014 г. № 227 «О назначении и освобождении судей судов Республики Беларусь и вопросах деятельности судебной системы» десять судей военных судов были освобождены от должности по причине отказа от перевода в другой суд в связи с ликвидацией суда (п. 4), еще один судья был освобожден от должности в связи с выходом в отставку и одного судью освободили от должности в связи с переходом на другую работу. Таким образом, по неизвестным причинам 12 судей (включая двух председателей и одного заместителя председателя) военных судов решили не продолжать судейскую карьеру в рамках СОЮ, что определенным образом характеризует сложившуюся накануне реформы внутреннюю ситуацию в военных судах.

2.3.3. Соответственно, для целей повышения эффективности СОЮ и оптимизации кадрового состава судейского корпуса, а также учитывая, что с 1 июля 2014 г. дела, ранее подсудные военным судам, стали рассматриваться районными (городскими), областными (Минским городским судом) судами, полагаю, ликвидацию военных судов можно рассматривать как положительный шаг по реформированию судебной системы.

2.4. Переименование общих судов и хозяйственных

«Дореформенные» суды делились на «общие» и хозяйственные, но с 1 января 2014 г. все суды стали частью системы судов «общей юрисдикции» (СОЮ), возглавляемой единым Верховным судом, при этом конкретные названия бывших «общих» судов не изменились. В принципе, термин «суд общей юрисдикции» в официальных НПА появился уже в Послании о перспективах развития системы судов общей юрисдикции Республики Беларусь, утвержденном Указом Президента Республики Беларусь от 10 октября 2011 г. № 454, поэтому ничего нового в этом нет.

2.4.1. Более спорным выглядит переименование хозяйственных судов в экономические суды (с подчинением их единому Верховному суду). Судьи хозяйственных судов также с 1 января 2014 г. считаются судьями экономических судов, при этом удостоверения судей и работников аппаратов ВХС, хозяйственных судов областей (города Минска),  выданные до вступления в силу Указа № 529, являются действительными до их замены в установленном порядке. В данной части реформа судоустройства Беларуси отличается от российской реформы, не повлекшей, по каким-то причинам, переименование арбитражных судов, при том, что упразднив Высший Арбитражный Суд, была создана Судебная коллегия по экономическим спорам (аналог созданной в Верховном суде Республики Беларусь Судебной коллегии по экономическим делам).Соответственно, имеет смысл выяснить, повлекло ли переименование хозяйственных судов изменение их юридического статуса?

2.4.2. Применительно к правопреемству в отношении принятых (изданных) нормативных правовых актов ст. 6 Закона об НПА выделяет переименование государственного органа и его реорганизацию, сопряженную с переименованием. Можно предположить уместность применения данных процессов и к изменению юридического статуса государственного органа вне контекста правопреемства в отношении НПА. Учитывая, что ни Декрет № 6, ни Указ № 529, не устанавливают новые полномочия у экономических судов областей и г. Минска, можно предположить, что речь идет о переименовании. При этом не ясно, идет ли речь о правопреемстве или это простое переименование технического характера (смена вывески на фасаде здания). На мой взгляд, экономические суды становятся именно правопреемниками хозяйственных судов. Следует отметить, что ни Декрет № 6, ни Указ № 529 не указывают на данное правопреемство, в отличие от правопреемства Верховного суда в отношении прав, обязанностей и имущества ВХС.

2.4.3. Т.е. с одной стороны, (1) экономические суды не названы правопреемниками хозяйственных судов, (2) судьи хозяйственных судов начинают считаться судьями экономических судов без издания Указа об их назначении таковыми, при этом,(3) в отличие от ВХС (и его Пленума и Президиума) и военных судов, указанные законодательные акты не предусматривают передачу полномочий хозяйственных судов экономическим судам. С другой стороны, упраздняя ВХС и его структурные «подразделения» (Пленум, Президиум, судебные коллегии) и подчиняя экономические суды решениям единого Верховного суда, его Судебной коллегии по экономическим делам, Президиума и Пленума, организационно-распорядительным решениям Председателя Верховного суда и его заместителей, постановлениям Пленума Верховного суда, тем самым, опосредованно, происходит изменение и полномочий (компетенции) экономических судов.

2.4.4. При этом работники аппаратов хозяйственных судов, в отличие от судей, не стали автоматически работниками переименованных судов: их предписывается перевести (с их согласия), но не в связи с ликвидацией организации, а в связи с передачей численности (работников) хозяйственных судов (включая ВХС) экономическим судам, включая Верховный суд (абз. 3 п. 1 Указа № 529). Согласно ст. 30 Трудового кодекса Республики Беларусь (ТК РБ)  под переводом понимается поручение нанимателем работнику работы по другой профессии, специальности, квалификации, должности (за исключением изменения в соответствии с законодательством наименования профессии, должности) по сравнению с обусловленными в трудовом договоре, а также поручение работы у другого нанимателя либо в другой местности. В случае отказа работников хозяйственных судов от перевода, трудовые отношения с ними прекращаются по причине отказа от продолжения работы в связи с изменением существенных условий труда (абз. 4 п. 1 Указа № 529), которые, согласно ст. 32 ТК РБ, не являются изменением специальности, квалификации или должности, определенных в трудовом договоре. Таким образом, под переводом работников хозяйственных судов следует понимать поручение им работы у другого нанимателя или поручение им работы в другой местности. В настоящее время, полагаю, имеется достаточно оснований утверждать, что под «другой местностью» для целей ст. 30 ТК РБ понимается любая территория, расположенная за пределами данной области, данного района (кроме районов в городе), города, поселка городского типа, сельсовета [6]. Соответственно, второй вариант можно отбросить, т.к. это означает необходимость работы в экономическом суде иной области Республики Беларусь, нежели чем места проживания (хозяйственные суды районов, как известно, не существовали).

2.4.5. Таким образом, учитывая изменение места экономического суда в системе судов (подчинение Верховному суду с фактическим «упразднением» ВХС) и превращение его в «нового» работодателя для работников аппаратов судов (при том, что предыдущий работодатель согласно абз. 3 п. 1 Указа № 529 не ликвидирован Sic!), этодает достаточно оснований рассматривать их новыми судами по сравнению с дореформенными хозяйственными судами.

2.4.6. В свою очередь это может породить дискуссию о необходимости назначения судей хозяйственных судов судьями экономических судов с предварительным освобождением их от должности судей хозяйственных судов, чего, как ранее было указано, не произошло. Так, согласно п. 1 Указа № 529 судьи ВХС считаются с 1 января 2014 г. судьями Верховного суда, а судьи иных хозяйственных судов судьями соответствующих экономических судов. При этом следует отметить, что согласно п. 2 ст. 98 Конституции Совет республики Национального собрания Республики Беларусь дает согласие на назначение Президентом, в частности, Председателя и судей Верховного Суда, Председателя и судей Высшего Хозяйственного Суда. Логично предположить, что Совет республики, давая до 1 января 2014 г. согласие на назначение Председателя и судей ВХС не подразумевал, что дает согласие на назначение их также и судьями Верховного суда.

2.4.7. Формально, учитывая принцип единства статуса судей (ст. 4 Кодекса о судоустройстве) статус судьи неделим независимо от реализуемого им вида судопроизводства (конституционного, хозяйственного, гражданского, уголовного, административного). Тем не менее, различия между судьями есть: исходя из объема полномочий (ст. 84 Кодекса о судоустройстве). И, на мой взгляд, именно исходя из данного критерия, Конституция разделяет компетенцию Президента и Совета республики касательно назначения судей и Председателей высших судов и судов низшего и среднего звена. Т.е. давая согласие на назначение судьей или председателем одного из высших судов Республики Беларусь, Совет республики оценивает кандидата не только на соответствие общему представлению о белорусском судье, но и на соответствие его тем полномочиям, которые Кодекс о судоустройстве и процессуальные кодексы, возлагают на судью и Председателя Конституционного, Верховного и Высшего Хозяйственного судов. Именно поэтому, на мой взгляд, Указ № 529 должен был содержать условие о получении согласия Совета республики в отношении нормы абз. 1 ч. 1 Указа № 529 в части «считать судей ВХС судьями Верховного суда, а судей хозяйственных судов областей и г. Минска судьями экономических судов областей и г. Минска». Также, полагаю, подобное согласие следовало бы получить и в отношении судей «дореформенного» Верховного суда, т.к. с 1 января 2014 г. являясь членами Пленума и Президиума единого Верховного суда они dejure и defacto приобрели новые полномочия (бывшие полномочия судей ВХС), возможность чего едва ли рассматривалась Советом республики, при дачи согласия на их назначение судьями Верховного суда до 1 января 2014 г.

2.4.8. Нелишним было бы предусмотреть в Указе № 529 и необходимость получения предварительного согласия судей хозяйственных судов на то, чтобы считать их судьями соответствующих переименованных судов, учитывая, что согласно ст. 86 Кодекса о судоустройства судья не может быть переведен на другую должность или в другой суд без личного согласия. Полагаю, данная норма полностью применима к реформе судоустройства, т.к. (а) мною было ранее показано, что переименованные суды имеют характеристики «другого суда», в том числе и единый Верховный суд, оставаясь, по сути, старым, приобрел компетенцию ВХС а, значит, стал «другим»;(б) не все судьи ВХС, входившие в его Президиум, были назначены в Президиум единого Верховного суда, что свидетельствует об определенном понижении статуса.

Выводы

1. Учитывая, что к единому Верховному суду перешли полномочия, права, обязанности и имущество лишь ВХС, равно, как переведены лишь работники аппарата ВХС, под объединением высших суда Республики Беларусь следует понимать не слияние, а присоединение ВХС к «старому» Верховному суду («укрупнение» Верховного суда Судебной коллегией по экономическим делам).

2. Процесс объединения высших судов Беларусь заключает в себе серьезную правовую неопределенность, т.к. с одной стороны, единый Верховный суд стал правопреемником лишь ВХС, с другой стороны, возглавив систему экономических судов, он приобрел новые полномочия, наличие которых не может более свидетельствовать о юридическом тождестве дореформенного Верховного и единого Верховного судов. 

3.Основные изменения в судебной системе касаются создания и функционирования единого высшего судебного органа, упразднения военной юстиции, переименования хозяйственных судов и сопутствующих им вопросов.

4. Внешняя независимость судебной системы в результате реформы существенно усилилась, в первую очередь, благодаря передаче единому Верховному суду полномочий Минюста по регулированию функционирования судов, а также концентрации им средств государственного бюджета, выделяемых на финансирование судов и получения от Министерства юстиции и Министерства обороны имущества районных (городских), областных и военных судов.

5. Отрицательным моментом передачи Верховному суду вышеуказанных полномочий Министерство стало то, что в результате этого были отменен ряд постановлений Министерства юстиции, обеспечивавших, как прозрачность процедуры назначения на должность судьи, так и права и свободы граждан, организаций, СМИ и участников процесса при взаимодействии с судами. При этом отмененные постановления Минюста не были заменены включенными в Национальный реестр правовых актов нормативными правовыми актами Верховного суда.

6. Упрочена внешняя независимость квалификационных коллегий судей всех уровней путем увеличения количества членов с девяти до одиннадцати и исключения обязательной квоты для Министерства юстиции и его территориальных подразделений (управлений юстиции) в размере 2 работников. Теперь, избрание работников Министерства юстиции зависит от судей, которые могут избрать в члены квалификационной коллегии любого подходящего из неопределенных в законодательстве представителя государственных органов, а также ученых-юристов и иных специалистов в области права.

7.Ликвидация военных судов с передачей их полномочий аналогичным судам общей юрисдикции может быть оценено положительно, т.к. это оптимизирует судебную систему. Условие об увольнении с военной службы судей военных судов, решивших продолжить работать в СОЮ, исключает возможное влияние Министерства обороны на судебную власть и предотвращает возникновение потенциального конфликта между корпоративной этикой и традициями военнослужащих и этикой гражданских судей. При этом неясно, был ли сделан «шаг навстречу» касательно даты увольнения с военной службы не только судьям военных судов, но и работникам аппаратов этих судов из числа военнослужащих.     

8. Учитывая изменение места экономического суда в системе судов (подчинение Верховному суду с фактическим «упразднением» ВХС) и превращение его в «нового» работодателя (при том, что предыдущий работодатель согласно абз. 3 п. 1 Указа № 529 не ликвидирован), дает достаточно оснований рассматривать их юридически новыми судами по сравнению с дореформенными хозяйственными судами.

9. Есть все основания полагать, что в Указе № 529 следовало бы закрепить условие о получении предварительного личного согласия судей хозяйственных судов «считаться судьями Верховного суда и экономических судов», а также условие о получении согласия Совета республики касательно автоматического преобразования судей ВХС в судей единого Верховного суда, т.к. очевидно, что давая ранее согласие на назначение на должность судьи ВХС, при этом не предполагалось, что кандидат будет еще и членом Пленума и Президиума Верховного суда, возглавляющего систему судов общей юрисдикции.

----------

Примечания

[1] Постановление Совета Министров Республики Беларусь от 31 октября 2001 г. № 1605.

[2] абз. 5 ч. 2 п. 4 Указа Президента Республики Беларусь от 20.07.2014 г. № 369 «О Национальном реестре правовых актов Республики Беларусь».

[3] п. 12.-1. Перечня, утвержденного Указом Президента Республики Беларусь от 15 октября 2007 г. № 498 «О дополнительных мерах по работе с обращениями граждан и юридических лиц».

[4] Мохнач Г., Стабильное общество – совершенное правосудие// Беларуская думка, № 2 – 2014, стр. 7.

[5] Там же.

[6] см. п.1 Рекомендаций по вопросам перевода работников строительной отрасли из одной строительной организации в другую на территории Республики Беларусь утвержденных Приказом Министерства архитектуры и строительства Республики Беларусь от 28 мая 2014 г. № 149; стр. 127 Постатейного комментария к Трудовому кодексу Республики Беларусь/ под общ. ред. Г.А. Василевича; редколлегия В.Г. Голованов [и др.]. – Минск: Регистр, 2008. – 1024 с.; Чичина, А.П. Переводы: теория и практика. По состоянию на 15 мая 2012 г./ СПС Консультант Плюс РБ.

Добавить комментарий

Наше Мнение © 2003-2021

Публикация писем читателей не означает согласие авторов проекта с высказанным мнением.