Белорусско-американские отношения: затянувшаяся оттепель

Андрей Федоров

Резюме

Процесс нормализации белорусско-американских отношений в 2017 году продолжился, но темпы его упали. В значительной степени это стало следствием появления в Вашингтоне новой администрации, отказавшейся от многих подходов ее предшественников. Кроме того, на фоне целого ряда произошедших в мире чрезвычайно важных событий наша страна оказалась далеко от центра внимания главных действующих лиц мировой политики. Огромную негативную роль продолжает играть российский фактор. В результате необратимость сближения остается под сомнением.

Тенденции:
Хронология событий

6 марта. Владимир Макей провел встречу со старшим научным сотрудником Джеймстаунского фонда Владимиром Сокором. В ходе встречи стороны обсудили состояние отношений между Беларусью и США, ситуацию в восточноевропейском регионе и возможные области сотрудничества между аналитическими сообществами двух стран.

26 марта. Американское посольство в Минске высказало озабоченность по поводу жестких мер, предпринятых властями для противодействия проведению мирных акций по случаю Дня воли.

30 марта. По словам первого заместителя министра иностранных дел Андрея Евдоченко, можно констатировать наличие «позитивных изменений» в структуре взаимодействия Беларуси с США.

3 апреля. Заместитель министра иностранных дел Олег Кравченко встретился с председателем Совета делового сотрудничества Беларусь-США Дэвидом Бэйроном. Стороны обсудили вопросы развития белорусско-американского сотрудничества в торговой и инвестиционной сферах.

4 апреля. В США состоялась первая Вашингтонская конференция по Беларуси под названием «Обзор отношений: наследие и перспективы развития американо-белорусских связей».

5 апреля. Четыре видных американских сенатора направили Александру Лукашенко открытое письмо, в котором призвали его повернуть политический курс в сторону демократии и Запада, чтобы защитить территориальную целостность и суверенитет Беларуси от посягательств России.

6 апреля. В Канзас-Сити состоялась памятная церемония по случаю 100-й годовщины вступления США в Первую мировую войну. Приглашен был Александр Лукашенко, однако в итоге страну представлял заместитель министра иностранных дел Олег Кравченко.

28 апреля. Вашингтон продлил на полгода режим приостановки санкций в отношении девяти белорусских предприятий.

11 апреля. Во время рабочей поездки в Гомельскую область Александр Лукашенко прокомментировал американскую внутреннюю и внешнюю политику.

9-11 мая. В США с рабочим визитом находился Олег Кравченко.

12-13 июня. Белорусская делегация под руководством председателя Государственного комитета по науке и технологиям Республики Беларусь Александра Шумилина приняла участие в Международной выставке-конференции в области высоких технологий «eMerge Americas в Майами. Различными белорусскими центрами было представлено около 80 высокотехнологичных и наукоемких разработок и экспонатов.

14 июня. Дональд Трамп продлил на год действие американских санкций в отношении ряда высокопоставленных представителей белорусского руководства.

6 июля. Александр Лукашенко встретился с делегацией Конгресса США.

21 июля. Комиссия Конгресса США по безопасности и сотрудничеству в Европе (Хельсинкская комиссия) провела в Вашингтоне брифинг для прессы под названием «Взаимодействие с Беларусью ради прав человека и демократии».

3-6 октября. Рабочий визит в США Олега Кравченко.

24 октября. США продлили приостановку санкций в отношении девяти белорусских предприятий.

25 октября. Начальник управления Америки МИД РБ Павел Пустовой встретился с заместителем директора офиса по восточноевропейским делам Государственного департамента Брайаном Рораффом.

22 ноября. Министерство торговли США ввело антидемпинговые пошлины на прокат из углеродистой и легированной стали из Беларуси.

Процесс замедляется, достижения сокращаются

Сравнение с предыдущим годом показывает некоторое сокращение количества встреч белорусских официальных лиц с американскими. Вдобавок если годом ранее они проходили преимущественно в Минске, то теперь – за океаном. Впрочем, это, по-видимому, объясняется сменой американской администрации, в том числе значительными перестановками в Госдепартаменте.

С белорусской стороны высокую активность проявлял заместитель главы внешнеполитического ведомства Олег Кравченко. Он дважды посещал Вашингтон, причем повестка дня этих визитов была весьма насыщенной. Так, в мае он встречался с заместителем помощника государственного секретаря США Бриджет Бринк, с руководством Бюро прав человека, демократии и труда, с представителями аппарата комитета по иностранным делам сената США, а также принял участие в конференции «Между Востоком и Западом: Беларусь на перекрестке», организованной Атлантическим советом и Джеймстаунским фондом. А полгода спустя его партнерами по переговорам были та же Бриджет Бринк, исполняющий обязанности помощника госсекретаря по вопросам демократии, прав человека и труда Майкл Козак (бывший посол США в Беларуси), заместитель помощника администратора Агентства США по международному развитию Гретхен Биркле и другие представители госдепартамента, правительственных учреждений и НГО.

Тем самым можно сделать вывод, что уровень дипломатических контактов не понизился, хотя и о повышении его пока говорить преждевременно.

Но, разумеется, наибольшее внимание привлекали действия и высказывания первых лиц. Правда, Дональд Трамп отметился лишь рутинным продлением американских санкций в отношении ряда высокопоставленных представителей белорусского руководства, на что последовал не менее рутинный отклик МИД.

А вот Александр Лукашенко демонстрировал более позитивные настроения. В частности, в отличие от предыдущих аналогичных ситуаций, отнюдь не критическим был его комментарий по поводу американских ракетных ударов по сирийским военным объектам. А на встрече с делегацией Конгресса США, принимавшей участие в проходившей в Минске сессии Парламентской ассамблеи ОБСЕ, 1 он в очередной раз продекларировал неизменность заинтересованности Беларуси в развитии полноценных партнерских отношений. Более того, была даже выражена готовность выслушивать «аргументированную критику» со стороны Соединенных Штатов и не уходить от обсуждения «в любом формате и месте» вопросов, касающихся прав человека, демократии и выборной тематики.

Вместе с тем, белорусский лидер признал, что динамика развития двустороннего сотрудничества несколько спала. Действительно, по большому счету, если не считать некоторого расширения спектра услуг, оказываемых консульским отделом посольства США в Минске, заметных конкретных достижений не просматривается.

Нет сдвигов и в экономическом взаимодействии, информация сторон о котором, как обычно, была весьма противоречивой. По американским сведениям 2, двусторонний товарооборот в прошлом году был равен USD 350 млн с сальдо в USD 205 млн в пользу Беларуси. Согласно же данным Белстата 3, объем за этот период составил USD 604 млн (сокращение по сравнению с предыдущим годом на 6,5%), но с отрицательным для Беларуси сальдо в USD 154 млн.

Это менее одного процента от всей белорусской внешней торговли. Годом ранее было 1,2%, то есть наблюдается регресс. В любом случае такие показатели вряд ли можно считать желанными для взаимодействия с первой экономикой мира.

В конце года Министерство торговли США предложило ввести антидемпинговые пошлины на металлопрокат из углеродистой и легированной стали из Беларуси. Это не самая большая статья белорусского экспорта в Америку, где с большим отрывом лидируют, естественно, калийные удобрения, но момент все равно неприятный.

Единственно, можно отметить, что Соединенные Штаты являются одними из главных потребителей услуг белорусских IT-компаний. Возможно, в свете принятых в конце года белорусским руководством решений о развитии цифровой экономики именно здесь когда-нибудь случится прорыв.

Стоит также вспомнить о намерении Белого дома сократить помощь Беларуси (на почти USD 8 млн). И хотя наша страна оказалась не единственной, к которой Америка собиралась применить такую меру, и говорить о некоем пристрастном к ней отношении оснований нет, сам по себе данный факт свидетельствует о степени ее важности для нынешней американской администрации.

Если же принять во внимание еще и то, что почти затухли разговоры о возвращении послов, то замедление и без того не слишком интенсивного процесса налаживания отношений становится очевидным.

Главное препятствие – позиция России

Между тем, в течение года традиционных препятствий к усилению взаимопонимания в виде кардинальных отступлений от демократии и особо грубых нарушений прав человека в Беларуси возникало не так много. К тому же нынешние американские власти не демонстрируют большой приверженности защите этих ценностей. Наглядным подтверждением может служить их реакция на жесткие меры, предпринятые режимом для противодействия проведению мирных акций по случаю Дня Воли: на сей раз озабоченность высказало лишь американское посольство в Минске.

Пожалуй, наиболее фундаментальная попытка проанализировать складывающуюся ситуацию была предпринята группой белорусских экспертов, подготовившей доклад «Значение новой администрации США для международных отношений и безопасности в Восточной Европе» 4. Однако некоторые его выводы выглядят спорными.

К главным причинам, препятствующим процессу нормализации, в нем отнесены: низкая осведомленность американского общества и политических элит о нашей стране, преобладающее восприятие ее как стратегически незначительного государства, недостаточный уровень взаимного дипломатического присутствия, расхождения Минска и Вашингтона в вопросе оценки внутриполитической ситуации в Беларуси и ее общий негативный имидж на Западе.

Определенную роль приведенные обстоятельства играют, однако решающими вряд ли являются. По крайней мере, «низкую осведомленность» и отсутствие послов к таковым отнести сложно.

Не очень понятно также, откуда следует, что американским профессионалам от внешней политики за четверть столетия так и не удалось правильно оценить стратегическую значимость РБ. Как представляется, здесь авторами доклада была отдана дань современным воззрениям белорусского руководства, постоянно провозглашающего нашу страну «донором региональной безопасности», убедительных доказательств чего обнаружить еще не удалось.

В большей степени сказываются расхождения по внутренней политике Беларуси и, как следствие, ее негативный имидж. В то же время пример отношений США с Саудовской Аравией, которую тоже чрезвычайно сложно отнести к светочам демократии, показывает, что в стратегически важных ситуациях эти аспекты отходят далеко на задний план. Свойственный внешней политике Вашингтона прагматизм позволяет допустить, что ради привлечения Беларуси на свою сторону он вполне могли бы пожертвовать отдельными идеологическими концептами.

Однако острой необходимости в Беларуси Америка не испытывает. Вероятно, там были бы не прочь, чтобы Минск вел себя подобно, скажем, Тбилиси, но прилагать для этого какие-то сверхусилия не собираются, поскольку два последних десятилетия убедительно показали, что на современном этапе в силу теснейших идеологических и экономических связей белорусских властей с российскими такой результат недостижим в принципе.

Наряду с собственным глубоким недоверием к Западу белорусское руководство испытывает обоснованные опасения, что даже не слишком значительные сдвиги на этом направлении вызовут неадекватно жесткий ответ России.

Также совершенно ясно, что в случае обострения противостояния между Москвой и Вашингтоном геополитического выбора у Минска не будет. Нет сомнений, например, что вступление в силу в 2018 году американских санкций против российской элиты приведет к дальнейшему обострению отношений. В этой ситуации Кремль будет стремиться к максимальной консолидации всех своих ресурсов, и остаться в стороне Беларуси заведомо не удастся.

Отдельные же нестандартные поступки официального Минска, как непризнание независимости мятежных грузинских автономий или аннексии Крыма, не рассматриваются в Вашингтоне как искреннее и твердое стремление вырваться из тесных объятий Кремля. Ибо параллельно постоянно совершаются действия, свидетельствующие об обратном.

Таким образом, главным препятствием на пути нормализации белорусско-американских отношений является политика России.

Заключение

Несмотря на отмеченные сложности, по сравнению с еще сравнительно недавним периодом жесткой конфронтации прошедший год можно оценить положительно. Этому способствовала угроза непредсказуемого поведения Москвы, вызвавшая желание белорусских властей иметь поддержку Запада, в первую очередь именно США.

Еще одна стратегическая цель Минска определяется как «достижение устойчивого характера нормализации связей на уровне, позволяющем беспрепятственно торговать с Америкой, иметь доступ к кредитным ресурсам, привлекать инвестиции и технологии, участвовать в производственной кооперации» 5.

Однако объективных предпосылок для укрепления сотрудничества не слишком много. Сдерживающие же факторы, основными из которых являются кардинально различные взгляды сторон на внутреннюю политику Беларуси и воздействие России, гораздо мощнее. Причем если первый из них еще может быть в какой-то степени нивелирован, то второй в обозримом будущем, скорее, усугубится. В этих условиях перспективы белорусско-американских отношений большого оптимизма по-прежнему не вызывают.