Энергосектор: временная стабилизация при отсутствии ясных перспектив

Александр Автушко-Сикорский

Резюме

В апреле 2017 года был разрешен нефтегазовый конфликт между Россий и Беларусью, что позволило Беларуси восстановить объемы поставок российской нефти, обеспечить договоренности о снижении цены на российский газ на период после 2017 года, а также отказаться от обязательств по поставке фиксированных объемов нефтепродуктов на российский рынок. В сравнении с 2016 годом доходы белорусских нефтепереработчиков выросли благодаря росту цен на нефть.

Уже после окончания нефтегазового конфликта в отношениях двух стран наметился конфликт нового рода – нефтетранспортный. Выгоды, полученные Беларусью в результате конфликтного противостояния, могут быть крайне неустойчивыми, а вероятность серии новых обострений – весьма высока.

Тенденции:
Нефть и газ

В I квартале 2017 года наконец был разрешен конфликт о поставках российских нефти и газа в Беларусь. Напомним, что в 2016 году между Беларусью и Россией разгорелся нефтегазовый конфликт, вызванный нежеланием белорусской стороны платить установленную за российский газ цену (которую Беларусь в определенный момент посчитала «несправедливой» с учетом падения цен на российский газ в Европе) и нарастанием долга Беларуси перед «Газпромом» за поставленный газ 1. Условием возобновления оплаты за поставки газа Беларусь называла снижение цены с установленных USD 137 за тысячу кубометров до USD 73 за тысячу кубометров.

В качестве меры принуждения к выполнению газового соглашения Россия сократила поставки нефти в Беларусь в III и IV кварталах 2016 г. на суммарные 5 млн тонн (20,8% от запланированных объемов), а в I квартале 2017 г. на 30-40%. Добиться снижения цены на газ Беларуси не удалось, и более того, в 2017 году в сравнении с 2016 годом она выросла на 7% – до USD 146 за 1000 м3.

После нескольких раундов переговоров в апреле 2017 г. был подписан пакет документов, регулирующих условия поставок российской нефти в Беларусь на период до 2024 года. Подписанный пакет, по заявлению премьер-министра РФ Дмитрия Медведева, «минимизирует риски ценовых споров». Согласно договоренностям, до 2024 года Беларусь сможет получать 24 млн тонн российской нефти в год, из которых 18 млн тонн в 2018 году будут направляться на белорусские НПЗ, а оставшиеся 6 млн тонн – перетаможиваться при сохранении таможенных пошлин в бюджете Беларуси. Одновременно с этим обязательство по ежегодной поставке не менее 1 млн тонн белорусских нефтепродуктов на российский рынок с Беларуси было снято.

При этом были согласованы договоренности по скидкам и понижающим коэффициентам, применяемым к цене на газ. Формула расчета «базовой стоимости» тысячи кубометров газа не изменилась и по-прежнему привязана к стоимости газа в Ямало-Ненецком автономном округе. Исходя из применяемых понижающих коэффициентов, в 2018 году Беларусь будет получать российский газ по цене в USD 129 за 1000 м3, а в 2019-м – USD 127 за 1000 м3. Одновременно с этим до конца 2017 года Беларусь должна была получать газ по цене USD 130 за 1000 м3 – несмотря на семипроцентный рост согласно предыдущей формуле расчета.

Хотя в среднесрочной перспективе конфликт позволил Беларуси добиться снижения цен на газ и получить гарантии по объемам поставок нефти вплоть до 2023 года, 2017 год стал для белорусской нефтянки проигрышным. В целом за год Беларусь экспортировала 12,3 млн тонн нефтепродуктов, что на 5,5% меньше, чем в 2016 году, в натуральном выражении, однако в стоимостном выражении импорт вырос на 32,1% до USD 5,34 млрд 2. Импорт нефти в 2017 г. составил 18 млн тонн. Рост стоимости тонны нефти в сравнении с 2016 годом составил 34,4%: цена выросла с USD 192 до USD 294.

  2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017
Физический объем экспорта, млн т. 11.2 15.7 17.49 13.56 13.76 16.58 13.0 12.3
Выручка, USD млрд 6.69 12.73 14.5 10.15 9.85 6.83 4.04 5.34
Стоимость нефтепродуктов, USD/т. 595.0 811.0 829.17 748.76 715.98 403.5 311.0 434.14
Таблица 1. Динамика изменения физических объемов экспорта нефтепродуктов, выручки и экспортной стоимости тонны нефтепродуктов белорусских НПЗ, 2010–2017 гг. 3

Объем импорта природного газа вырос на 2% до 19 млрд кубических метров природного газа, что составляет около 2,5 млрд долларов в стоимостном выражении. При этом разница в стоимости российского газа для Беларуси и стран Западной Европы значительно снизилась за последнюю пятилетку (хотя и выросла в сравнении с 2016 г.).

  2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017
Цена российского газа для Беларуси, USD/тыс. куб. метров 185 280 165.6 165.5 170 144 137 130
Цена российского газа на границе с Германией, USD/тыс. куб. метров 296.0 381.48 435.23 413.3 386.0 268.63 160.63 197.9
Разница в цене, USD/тыс. куб. метров 111 101.48 269.4 247.8 216 124.63 24.63 67.9
Таблица 2. Динамика цен на российский газ для Беларуси и на границе с Германией, а также разница между ценами, 2010–2017 гг. 4

Тем самым подтверждается прогноз по тенденции развития энергетического сектора в Беларуси, данный нами в прошлом году 5 : период сверхдоходов белорусского нефтегазового сектора закончился, а показатели сектора – при условии сохранения действующих договоренностей по поставкам нефти из России – будут сильно зависеть от стоимости нефти на внешних рынках и от способности белорусских НПЗ перейти на выработку нефтепродуктов более высокого качества. Последнее, в свою очередь, зависит от выполнимости планов по модернизации белорусских НПЗ, завершение которых планируется в 2019 году. Разница в цене между российским газом для Беларуси и Западной Европы, которая долгое время была способом повышения конкурентоспособности белорусских предприятий, также находится на рекордно низком уровне.

Несмотря на разрешение нефтегазового конфликта, в отношениях России и Беларуси назрел другой конфликт – на этот раз нефтетранспортный. В 2017 г. российские власти стали настаивать на переориентации направления транспортировки белорусских нефтепродуктов в российские порты вместо балтийских, обосновывая это тем, что нефтепродукты перерабатываются из субсидируемой российской нефти, а значит, основным бенефициаром перевозок должна быть Россия.

В марте 2017 года «Российские железные дороги» (РЖД) увеличили с 25% до 50% скидку на перевозки нефтепродуктов в цистернах со станций Барбаров (с Мозырского НПЗ) и Новополоцк в направлении северо-западных портов России: Усть-Луги и порта Санкт-Петербурга. Но даже после введения скидки транспортировка белорусских нефтепродуктов через балтийские порты остается более выгодной за счет короткого транспортного плеча и отсутствия необходимости закупки дополнительных услуг в российских портах (например, обогрева цистерн и расчистки водной системы порта ото льда в зимний период). Кроме того, у белорусских нефтяников действуют долгосрочные контракты с балтийскими портами. Плюс балтийские порты в целом оснащены более качественной сервисной и технологической инфраструктурой; правовые условия также являются гораздо более благоприятными, нежели в России.

Хотя в открытых источниках нигде не фигурируют точные значения стоимости транспортировки нефтепродуктов в порты стран Балтии и России, согласно некоторым оценкам, для того чтобы сравнять тариф на перевозку с тарифом литовской железной дороги, РЖД должна сделать белорусским перевозчикам скидку в дополнительные 36% 6. Однако даже после этого стоимость транспортировки белорусских нефтепродуктов до российских портов будет выше из-за значительно большего расстояния и дополнительных издержек, о которых было сказано выше.

В августе конфликт вышел на уровень президента России. В разговоре Владимира Путина с главой РЖД О. Белозеровым было озвучено, что белорусские нефтяники отказываются от переориентации товаропотоков в российские порты даже с учетом предложенной им скидки. В ответ на это Путин предложил пакетировать поставки нефти в Беларусь с обязательствами по транспортировке нефтепродуктов через российские порты, поскольку «на белорусских НПЗ перерабатывается наша нефть, другой там нет и вряд ли появится». В середине августа к вопросу подключился министр энергетики РФ Александр Новак, заявивший, что министерство энергетики РФ планирует приступить к разработке предложений по обязательному использованию белорусскими нефтяниками российской транспортной инфраструктуры.

В конце августа заместитель генерального директора Центра фирменного транспортного обслуживания РЖД Сергей Тугаринов заявил, что в случае переориентации белорусских нефтепродуктов на российские порты РЖД сможет перевозить до 8 млн тонн белорусских нефтепродуктов в год, тонко намекнув при этом, что соглашение по поставке российской нефти в Беларусь в 2017 году реализуется «непросто». Примерно через месяц заместитель министра энергетики России Кирилл Молодцов заявил в разговоре со СМИ о том, что условия для переориентации потоков «создаются», а нужные документы – «прорабатываются».

Дальнейшего развития потенциальный конфликт не получил.

Тем не менее спор о пакетировании условий поставок российской нефти в Беларусь и обязательном использовании российских портов для перевалки белорусских нефтепродуктов очень показательно демонстрирует важную характеристику белорусско-российских торговых отношений в области нефти и газа. А именно: до тех пор, пока отношения не являются рыночными, но основаны на торговых асимметриях, уровень проработки договоренностей и размер «рисков возникновения ценовых споров» не исключает новых конфликтов. До тех пор, пока внешнеполитическая лояльность обменивается на субсидированные энергоносители, одна из сторон всегда сможет найти «несправедливость» в существующих договорах и инициировать новый конфликт в стремлении улучшить условия договоренностей.

Весьма неплохим 2017 год стал для внутренней нефтедобычи: в 2017 году в Беларуси были открыты сразу несколько нефтяных месторождений. В самом начале января было объявлено об открытии Угольского месторождения с геологическими запасами в размере 1,7 млн тонн нефти. В конце апреля месторождение с запасами от 350 до 800 тыс. тонн извлекаемой нефти было открыто на Восточно-Дробогощанской области Жлобинского района. А в конце декабря 2017 года «Белоруснефть» объявила об открытии двух месторождений в Речицком районе. Первое месторождение – Восточно-Макановичское – содержит в себе около 389 тыс. тонн извлекаемой нефти. В отношении же второго месторождения – Западно-Гирчанского – были заявлены только геолого-геофизические параметры, и объем извлекаемой из него нефти неизвестен. Суммарный объем извлекаемой нефти на открытых месторождений составляет от 150% до 180% от объема собственной нефти, экспортированной Беларусью в 2017 г.

Электроэнергия и тарифная политика

В 2017 году тарифы на электроэнергию в Беларуси поднимались один раз в сентябре. Базовый тариф вырос с 0,188 до 0,1287 рублей за киловатт-час. Уровень возмещения затрат на электроэнергию поднялся с 70% по 79,8%. Согласно заявлениям чиновников, начало 2018 года фактически должно стать отправной точкой для стопроцентного возмещения затрат на электроэнергию населением. При этом, в отличие от 2016 г., повышение тарифов было гораздо мягче воспринято населением и не вызвало такого сопротивления. Напомним, что в 2016 году тарифы на электроэнергию после двадцатипроцентного повышения пришлось «откатить» из-за недовольства населения их ростом. Недовольство ростом тарифов в 2017 г. не произошло, даже несмотря на постановление Совета Министров от 16 декабря 2016 года №1035, в соответствии с которым рост тарифов на электроэнергию в 2017 году не предусматривался. Тем самым не сбылся прогноз, данный в предыдущем выпуске «Белорусского Ежегодника» 7 : ранее предполагалось, что сопоставимый рост энерготарифов в 2017 г. вряд ли возможен из-за нежелания белорусских властей «портить отношения» с обществом.

Однако постепенное приближение к стопроцентному возмещению затрат на электроэнергию в случае с Беларусью парадоксальным образом не означает снижение размеров перекрестного субсидирования – или полного отхода от него. В идеальной ситуации повышение тарифов для населения должно сопровождаться одновременным снижением тарифов для промышленного сектора, чего в случае Беларуси не происходит: тариф для промышленного сектора в 2017 г. почти в два раза превышал тариф для населения и составлял 10,79 долларовых цента за киловатт-час, в то время как тариф для населения составлял 5,49 долларовых цента киловатт-час.

Для сравнения: в первой половине 2017 г. тариф на электроэнергию для домохозяйств и промышленных потребителей в Эстонии составил 12,1 и 8,7 евроцентов соответственно, в Латвии – 15,9 и 11,8, в Литве – 11,2 и 8,4, в Польше – 14,6 и 8,8 8.

Несмотря на тринадцатипроцентный рост объемов импорта электроэнергии в 2016 г. и неизменные объемы импорта электроэнергии в 2017 году (на уровне около 7 млрд киловатт-час), в 2017 году произошло важное событие: в конце декабря министр энергетики Владимир Потупчик заявил, что в 2018 году Беларусь полностью откажется от импорта электроэнергии. Отказ от импорта обусловлен, скорее всего, желанием синхронизировать энергетическую систему Беларуси с энергосистемой стран-соседок – членов ЕС, что позволит осуществлять экспорт электроэнергии с белорусской АЭС.

Заключение

Потери от нефтегазового конфликта Беларусь перенесла из 2016 в 2017 год: поставки российской нефти были снижены и в целом остались на уровне 2016 года. Хотя цена нефтепродуктов на внешних рынках позволила Беларуси заработать больше за счет роста цен, снижение объемов поставок нефти не могло не ударить по прибыльности белорусской нефтянки. Вернуться хотя бы до уровня 2015 г. в стоимостном выражении белорусская нефтянка сможет в лучшем случае в 2018 г.

Нефтегазовый конфликт также позволил Беларуси улучшить условия поставок российской нефти и газа за счет понижающих коэффициентов на газ и «перетаможки» 6 млн тонн.

Однако нефтетранспортный конфликт очень четко показал, как легко – несмотря на, казалось бы, разрешенные противоречия – между Беларусью и Россией может разгореться новый конфликт, основанный на собственном понимании «справедливости» одной из сторон. Достигнутые договоренности, тем самым, представляются весьма хрупкими.