Год юаня?

Конкурс на статус глобальной резервной валюты

Когда инвестор-миллиардер Рэй Далио недавно предсказал, что китайский юань станет глобальной резервной валютой, мир обратил на это внимание. Это предсказание китайское правительство поощряло своими собственными усилиями. Теперь вопрос заключается в том, принесет ли наступивший «год быка» решающие сдвиги, необходимые для позиционирования юаня и выполнения амбиций политиков.

Подобно конкурсу красоты, конкурс на получение статуса резервной валюты – это конкурс относительной привлекательности. Международные трейдеры и инвесторы должны решить, какая из доступных им валют наиболее удобна для использования, поддерживается самой сильной финансовой системой и, что, возможно, наиболее важно, пользуется поддержкой надежного государства. Новостью сегодня является то, что оба основных мировых суверена, похоже, соревнуются за снижение своей надежности.

Относительную привлекательность сложно определить количественно. Но в основе этой концепции лежит один фактор, который можно точно измерить: размер экономики страны-эмитента. Как объяснил экономист Пол Кругман в своей статье 1984 года, «валюта страны, которая играет важную роль на мировых рынках, будет лучшим кандидатом в качестве международных денег, чем валюта меньшей страны». Другими словами, глобально доминирующая экономика – это «аппаратное обеспечение» для международной резервной валюты.

Китай, очевидно, имеет необходимое «железо». Он является крупнейшим трейдером в мире с 2013 года, его экономика сейчас больше, чем у Соединенных Штатов по паритету покупательной способности, и вскоре она также вырвется вперед с точки зрения рыночных обменных курсов. По этим причинам один из нас (Субраманьян) указал десять лет назад, что юань станет соперником и в конечном итоге затмит доллар.

С тех пор Китай добился большого прогресса в повышении относительной привлекательности юаня. Его экономика продолжала расти намного быстрее, чем ВВП США, и стала более устойчивой после кризиса COVID-19. Центральный банк Китая начал разработку и тестирование цифровой валюты. И клиенты «Одного пояса – одного пути» во всем развивающемся мире начинают использовать юань в своих растущих торговых и финансовых операциях с Китаем.

Но доллар упрямо сопротивляется. Как показали Гита Гопинатх, главный экономист Международного валютного фонда, и ее коллеги, подавляющее большинство торговых операций по-прежнему осуществляется в долларах, и доллар по-прежнему играет важную роль в трансграничном финансировании.

Основная причина устойчивости доллара по отношению к юаню заключается в том, что американское экономическое оборудование дополняется мощным программным обеспечением: всеми нематериальными качествами, которые поддерживают доверие инвесторов – не в последнюю очередь сильной банковской системой, поддерживаемой надежным государством. Китаю еще предстоит пройти долгий путь в этих областях.

Чтобы укрепить доверие к своей финансовой системе, Китаю необходимо укрепить свои банки с высокой долей заемных средств и чрезмерным объемом операций. После этого ему следует отменить контроль за капиталом и обеспечить большую прозрачность, чтобы инвесторы могли выходить на китайские финансовые рынки с уверенностью, что они знают, что покупают. Затем китайские власти должны взять на себя обязательство по снятию контроля за движением капитала, чтобы инвесторы могли быть уверены, что они всегда смогут вывести свои деньги из страны. Ничего из этого нельзя сделать быстро, а на то, чтобы убедить инвесторов в необратимости изменений, потребуется еще больше времени.

Далее следует задача укрепления доверия к государству. Китаю нужно будет убедить другие страны в том, что он есть и останется надежным экономическим партнером. Это потребует еще больше времени и усилий, особенно с учетом того, что китайское правительство двигалось в неправильном направлении. Китай, возможно, помог вести переговоры о недавно согласованном Всеобъемлющем региональном экономическом партнерстве, но он также использовал торговые санкции как форму политического наказания против одного из своих основных торговых партнеров, Австралии.

Более того, Китай подавляет активистов движения за свободу слова и демократии в Гонконге, не беспокоясь о последствиях для статуса города как международного финансового центра. Он также предпринял карательные меры против одного из своих ведущих предпринимателей в финансовом секторе, основателя Alibaba Джека Ма, одновременно опубликовав новую стратегию развития «двойного обращения», которая безошибочно сигнализирует о внутреннем повороте экономической политики.

Безусловно, США поднимали вопросы о собственной надежности как финансового партнера, особенно при президенте Дональде Трампе. Например, санкции администрации Трампа против Ирана запрещают банкам США иметь дело не только с этой страной напрямую, но и с любыми иностранными банками, которые там работают. В результате другие страны, включая многих друзей и союзников США, теперь осознают, насколько они уязвимы для односторонних действий США. Хотя доминирование доллара обеспечивает удобство, теперь оно связано с высокой потенциальной ценой – настолько высокой, что Европе пришлось изо всех сил пытаться создать свой собственный механизм трансграничного клиринга для торговли.

Совсем недавно администрация Трампа снова предприняла прямые меры против Китая, приказав финансовым учреждениям и инвесторам США разорвать связи с некоторыми государственными китайскими фирмами и исключить три китайские компании из списка Нью-Йоркской фондовой биржи. Китайские власти с тех пор планируют ответные меры, чтобы защитить китайские компании от пращей и стрел финансового господства США.

Неясно, какая страна сделала больше, чтобы подорвать доверие к собственному «программному обеспечению», поэтому не следует с уверенностью предполагать, что господство доллара непоколебимо. Китай все еще может победить в конкурсе резервных валют – либо потому, что юань становится более привлекательным, либо просто потому, что доллар стал менее привлекательным.

Более того, стоит помнить, что история не на стороне доллара. Покойный историк экономики Массачусетского технологического института Чарльз П. Киндлбергер предсказал, что «доллар окажется на свалке истории вместе со стерлингом, гульденом, флорином, дукатом и, если вы захотите вернуться назад еще дальше, левантийским безантом».

Вопрос о том, начнется ли в этом году какой-либо решительный переход от доллара к юаню, остается открытым. Но когда дело доходит до долгосрочной перспективы, китайские правители уверены в перспективах своей валюты. Они уже, кажется, убеждены, что их аппаратное обеспечение окажется привлекательным независимо от недостатков их программного обеспечения. Не очень тонкое послание миру состоит в том, что, независимо от того, что делает Китай, юань будет править.

Источник: Project-syndicate

Перевод: Наше мнение

Добавить комментарий

Наше Мнение © 2003-2021

Публикация писем читателей не означает согласие авторов проекта с высказанным мнением.

{* *}