Постпандемическая геополитика

Пять сценариев будущего

Не существует единого будущего, пока оно не наступит, и любые попытки представить себе геополитику после пандемии COVID-19 должны включать в себя ряд возможных вариантов будущего. Я предлагаю пять вероятных вариантов будущего на 2030 год, но, очевидно, можно вообразить и другие.

Конец глобализованного либерального порядка. Мировой порядок, установленный Соединенными Штатами после Второй мировой войны, создал систему институтов, которая привела к значительной либерализации международной торговли и финансов. Еще до пандемии COVID-19 этому порядку бросали вызов подъем Китая и рост популизма в западных демократиях. Китай извлек выгоду из этой ситуации и, по мере возрастания его стратегического веса, он все больше настаивает на установлении стандартов и правил. США сопротивляются, институты атрофируются, а призывы к суверенитету возрастают. США остаются вне всемирной организации здравоохранения и Парижского соглашения по климату. COVID-19 способствует вероятности этого сценария, ослабляя американского «системного менеджера».

Авторитарный вызов в духе 1930-х годов. Массовая безработица, рост неравенства и разрушение общества в результате экономических изменений, связанных с пандемией, создают благоприятные условия для авторитарной политики. Нет недостатка в политических предпринимателях, готовых использовать националистический популизм для получения власти. Нативизм и протекционизм усиливаются. Тарифы и квоты на товары и людей повышаются, а иммигранты и беженцы становятся козлами отпущения. Авторитарные государства стремятся консолидировать региональные сферы интересов, а различные виды вмешательства увеличивают риск насильственного конфликта. Некоторые из этих тенденций были заметны до 2020 года, но слабые перспективы экономического восстановления из-за неспособности справиться с пандемией COVID-19 увеличивают вероятность этого сценария.

Мировой порядок, в котором доминирует Китай. По мере того, как Китай справляется с пандемией, экономическая дистанция между ним и другими крупными державами сокращается. К середине 2020-х годов экономика Китая может превзойти экономику США, переживающую спад, и Китай расширит свое лидерство над такими потенциальными соперниками, как Индия и Бразилия. В своем дипломатическом браке по расчету с Россией Китай все чаще становится старшим партнером. Неудивительно, что Китай требует уважения и почтения в соответствии с его растущей мощью. Инициатива «Пояс и путь» используется для того, чтобы оказывать влияние не только на соседей, но и на таких далеких партнеров, как Европа и Латинская Америка. Голоса против Китая в международных институтах становятся слишком дорогими, поскольку они ставят под угрозу китайскую помощь или инвестиции, а также доступ к крупнейшему в мире рынку. Поскольку западная экономика была ослаблена по отношению к Китаю пандемией, китайское правительство и крупные компании могут перестраивать институты и устанавливать стандарты по своему усмотрению.

Зеленая международная повестка дня. Не все фьючерсы отрицательны. Общественное мнение во многих демократических странах начинает уделять повышенное внимание изменению климата и охране окружающей среды. Некоторые правительства и компании реорганизуются для решения таких проблем. Еще до COVID-19 можно было предвидеть международную повестку дня на 2030 год, определяемую вниманием стран к экологическим вопросам. Подчеркивая связь между здоровьем человека и планеты, пандемия ускоряет принятие этой повестки дня.

Например, общественность США отмечает, что расходы на оборону в размере 700 млрд долларов не помешали COVID-19 убить больше американцев, чем их погибло во всех войнах после 1945 года. В изменившейся внутриполитической обстановке президент США представляет «План Маршалла COVID» для обеспечения быстрого доступа к вакцинам для бедных стран и укрепить потенциал их систем здравоохранения. План Маршалла 1948 года отвечал личным интересам Америки и одновременно интересам других, и оказал глубокое влияние на формирование геополитики следующего десятилетия. Такое руководство усилило мягкую силу США. К 2030 году зеленая повестка дня превратилась в хорошую внутреннюю политику с таким же значительным геополитическим эффектом.

Приблизительно то же самое. В 2030 году COVID-19 будет выглядеть так же неприятно, как Великий грипп 1918-20 годов в 1930 году, и с такими же ограниченными долгосрочными геополитическими последствиями. Предыдущие условия сохраняются. Но, наряду с растущим влиянием Китая, внутренним популизмом и поляризацией на Западе, а также с усилением авторитарных режимов, наблюдается определенная степень экономической глобализации и растущее понимание важности экологической глобализации, подкрепленное неохотным признанием того, что ни одна страна не может решить такие проблемы, действуя в одиночку. США и Китаю удается сотрудничать в борьбе с пандемиями и изменением климата – даже несмотря на то, что они конкурируют по другим вопросам, таким как навигационные ограничения в Южном или Восточно-Китайском море. Дружба ограничена, но соперничество управляемо. Одни учреждения приходят в упадок, другие реставрируются, третьи изобретаются. Соединенные Штаты остаются крупнейшей державой, но без той степени влияния, которую они имели в прошлом.

Каждый из первых четырех сценариев имеет примерно один шанс из десяти реализоваться в 2030 году. Другими словами, вероятность того, что нынешняя пандемия COVID-19 серьезно изменит геополитику к 2030 году, составляет менее половины. Несколько факторов могут изменить эти вероятности. Например, быстрая разработка эффективных, надежных и дешевых вакцин, которые будут широко распространяться на международном уровне, повысит вероятность преемственности и снизит вероятность «авторитарного» или «китайского» сценариев.

Но если переизбрание Дональда Трампа ослабит альянсы Америки и международные институты или нанесет ущерб демократии внутри страны, вероятность сценария преемственности или «зеленого» сценария снизится. С другой стороны, если Европейскому союзу, который изначально был ослаблен пандемией, удастся разделить расходы государств-членов на ответные меры, он может стать важным международным игроком, способным повысить вероятность «зеленого» сценария.

Возможны и другие факторы влияния, и COVID-19 может привести к важным внутренним изменениям, связанным с неравенством в здравоохранении и образовании, а также стимулировать создание более совершенных институциональных механизмов для подготовки к следующей пандемии. Оценка долгосрочных последствий нынешней пандемии – это не точное предсказание будущего, а упражнение в взвешивании вероятностей и корректировке текущей политики.

Источник: Project-syndicate

Перевод: Наше мнение

Добавить комментарий

Наше Мнение © 2003-2020

Публикация писем читателей не означает согласие авторов проекта с высказанным мнением.