Эффекты любви к спорту

Имиджевая составляющая II Европейских игр

Нет сомнений, что наряду с очевидной любовью белорусского руководства к спорту вообще и к проведению спортивных мероприятий в частности очень большое значение имела для него имиджевая составляющая II Европейских игр, в том числе, разумеется, и международная. Насколько в этом плане удалось достигнуть поставленных целей?

Язэп Абзаваты. Строго говоря, данную тему следует рассматривать в двух аспектах: каковы были впечатления у посетивших игры зарубежных любителей спорта, и изменилось ли представление о нашей стране у тех, кто принимает решения, которые тем или иным образом могут ее затронуть, то есть у действующих лиц международной политики.

Поскольку социологических опросов на сей счет вроде бы не проводилось, то дать количественные характеристики сложившихся мнений, к сожалению, невозможно. Вместе с тем, исходя из общих соображений, в том числе отсутствия сведений о каких-либо эксцессах, можно предположить, что в целом основная масса приехавших болельщиков осталась довольна своим пребыванием в Минске.

Вот только количество их оказалось не слишком внушительным: согласно информации департамента по гражданству и миграции МВД, приехало в Беларусь по билетам Европейских игр и заявило о намерении посетить спортивные мероприятия менее 5 тысяч человек. Так что даже если все они, вернувшись домой, будут денно и нощно петь дифирамбы увиденному и услышанному здесь, до подавляющего большинства жителей «старого континента» их оценка едва ли дойдет.

Правда, в упомянутое число не входили россияне, которых, разумеется, было несравненно больше. Однако, как представляется, на восточном направлении, по крайней мере, с общественным сознанием соседей, у нас особых проблем и без того не наблюдалось. Разве что сейчас они вдохновились настолько, что им захочется находиться здесь постоянно. Но тогда это будет абсолютно побочный эффект, ибо такое в намерения белорусских властей, как представляется, никак не входило.

Что же касается, так сказать, «международной элиты», то она была слишком занята собственными делами, чтобы внятно отреагировать на сей праздник спорта. Об этом наглядно свидетельствует не очень широкий круг высших государственных деятелей, наблюдавших за его открытием или закрытием. К тому же почти все они (исключение составил лишь президент Республики Косово Хашим Тачи, невольно, кстати, спровоцировавший международный инцидент) являются давними добрыми знакомыми белорусского коллеги, и без того регулярно его посещающими.

Таким образом, по большому счету нет никаких оснований говорить, что отношение к официальному Минску ухудшилось. Впрочем, и о его улучшении тоже. Во всяком случае, образ «последней диктатуры Европы» лишнего подтверждения, скорее всего, не получил. Тем более, что она и так уже таковой как будто не числится…

В целом же стоило бы, пожалуй, иметь в виду, что в мире проходит множество самых крупных соревнований, и их проведение уже давно перестали мерить советскими мерками – как демонстрацию достижений государства.