Фактор, от которого все зависит

? Департамент макроэкономической политики Евразийской экономической комиссии подготовил аналитический обзор макроэкономических тенденций в государствах-членах Евразийского экономического союза (ЕАЭС) за I квартал 2015 г. и прогноз развития экономик ЕАЭС на 2015-2017 годы. Согласно оценкам экспертов, В 2016-2017 гг. ожидается «улучшение динамики и хоть не очень заметный, однако в целом стабильный экономический рост» (в 2016 г. в странах ЕАЭС рост ВВП составит 0,9%, в 2017 г. – 1,3%). Кроме того, ожидается существенное снижение индекса потребительских цен, характеризующих уровень инфляции. Насколько обоснован такой прогноз?

Стас Головатый. Говорить о реалистичности прогнозных показателей, разумеется, легче всего постфактум, когда будущее уже наступило. В настоящий момент можно только оценивать то, как интерпретируются базовые факторы, положенные экспертами ЕЭК в основу предполагаемого экономического перелома. (И вынося за скобки то обстоятельство, что этот и другие подобные прогнозы рассчитаны на то, чтобы функционировать в качестве самореализующихся пророчеств – возможно даже, успешных).

Как отмечается в документе, в условиях сохранения умеренного роста мировых цен на сырьевые товары снижение ВВП ЕАЭС в 2015 году составит около 2,4%. С этим же фактором – динамикой мировых цен на энергоносители – авторы макроэкономического обзора связывают последующий рост (+0,9%, +1,3%), а также текущую и последующую стабилизацию валютных рынков. Если не учитывать «адаптацию экономик к новым условиям» (под которой понимаются не экономические реформы, а пассивное приспособление к кризисных актуалиям*), то вышеуказанный фактор – основной и единственный.

Этот же фактор весьма ненадежный: именно он, как известно, обуславливает высокую волатильность бюджетных доходов сырьевых стран. С майского максимума в 68 USD за баррель нефть эталонного сорта Brent к концу июля подешевела до 53 USD. И если аналитики ЕЭК рассчитывают на благоприятную (с точки зрения российского руководства) ценовую конъюнктуру в последующем, то ведущие мировые агентства и аналитики – нет. С их точки зрения, долгосрочная тенденция – противоположная. Например, американский банковский холдинг Morgan Stanley в своем прогнозе предрекают крупнейший за последние 45 лет обвал нефтяных котировок (который может затянуться за 3 года – «намного хуже, чем в 1986-м»). А приток новой нефти на рынок в случае со снятием санкций с Ирана и стабилизацией ситуации в Ливии помешает повышению котировок. В целом прогнозы аналитиков на III квартал 2015 г. укладываются в диапазон 45-50 USD за баррель.

Все это, в свою очередь, плохо подпирает прогнозные значения департамента макроэкономической политики ЕЭК. Поскольку в случае с Россией низкие цены на энергоресурсы равнозначны вовсе не экономическому росту. То же самое касается стабилизации на валютным рынке. И то же самое касается инфляции. Ибо все три фактора упираются в экспортные доходы. Согласно упомянутому обзору, если в 2015 г. рост индекса потребительских цен по странам ЕАЭС ожидается на уровне 14,5%, то в 2016 г. он может снизиться почти вдвое – до 7,4%, а в 2017 – до 5,3%. В результате, как предполагается, вырастут реальные доходы населения и покупательский спрос. Это – очень благоприятный прогноз. И рассчитан он, видимо, на то, чтобы снизить «тихую панику» (как ее называют в российской прессе), в результате которой быстро тают рублевые депозиты и множатся риски для всей финансовой системы. Хорошее предсказание было бы хорошим начинанием, если бы подкреплялось адекватной антикризисной политикой экономических властей.

В качестве заключения следовало бы добавить, что даже если предполагаемое значение приращения ВВП в 2017 году в 1,3% будет достигнуто, то не понятно, можно ли именовать это экономическим ростом, поскольку неизвестно, в какой степени такой рост очищен от факторов инфляции.

* План первоочередных мероприятий по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной стабильности в РФ в 2015 году, предусматривает главным образом краткосрочные антикризисные меры.