Симптом Прокоповича: резервисты вместо либералов

?Вице-премьер Петр Прокопович получил очередную должность, которая стала для него 21-й. Чем оно обусловлено? Какая тенденция кроется за этим назначением?

Алексей Медвецкий. Стремительное возвышение Петра Прокоповича – это одно из проявлений долгосрочной тенденции в кадровой политике правящей группы. Тенденция хорошо наблюдается со второй половины 2012 года, когда Владимир Макей был переведен с поста главы Администрации президента в МИД, а уже вышедший на пенсию Петр Прокопович был возвращен в АП на должность помощника президента по экономическим вопросам, а затем назначен вице-премьером.

Условно этот кадровый процесс можно назвать «резервисты вместо либералов». Речь идет о последовательном и неуклонном ограничении полномочий и неформального влияния условных либералов – белорусских чиновников, которые были координаторами двух крупных кредитных программ: с Международным валютным фондом в 2009 г. и с Антикризисным фондом ЕврАзЭС в 2011 г. Участие в обеих программах предполагало выделение Беларуси денег в обмен на структурные реформы по ограничению роли государства в экономике.

Кредиты были получены, и затем действительно началась реформа, только не структурная, а кадровая. Первой началась «зачистка» условной группы Владимира Макея, члены которой вслед за ним были перемещены частично в МИД, а частично рассеяны из МИДа по иностранным посольствам Беларуси. Достаточно перечислить следующие, наиболее известные имена: Валентин Рыбаков, Максим Рыженков, Сергей Алейник, Владимир Скворцов, Сергей Рачков, Андрей Савиных. В карьере этих людей хорошо видна параллель с карьерой Владимира Макея, особенно в период «либерализации» и «диалога с Западом» 2008-2010 годов и после 2012 года.

Создать свою группу попытался и Михаил Мясникович, который пришел в Правительство на фоне событий 19 декабря 2010 года и уже через полгода договорился с В. Путиным о кредите АКФ ЕврАзЭС. В частности, был сформирован Экспертный совет по проектам госпрограмм с полномочиями контроля над государственной кредитно-денежной политикой. Однако, всерьез закрепиться в госаппарате группа не смогла, и сегодня этот управленческий контур премьер-министра Мясниковича фактически нейтрализован.

Что касается былинного восхождение Петра Прокоповича на руководящие должности в бесчисленных комиссиях высокого уровня, рабочих группах и межведомственных советах, то этот процесс является всего лишь отражением кадрового кризиса в окружении президента Лукашенко, а также указывает на острый дефицит доверия в правящей группе. Грубо говоря, сегодня из чиновников-несиловиков президент готов доверить управление экономикой только Прокоповичу.

Объяснить такое пристрастие президента можно следующим образом. В отличие от Макея и Мясниковича, Петр Прокопович не был замечен в попытке сформировать свой контур влияния. Другими словами, никакой «группы Прокоповича» в белорусском госаппарате не наблюдается (или она чрезвычайно замаскирована). Вероятно, после политического кризиса 2010 года и финансового кризиса 2011 года такое «институциональное одиночество» Прокоповича является важным достоинством и дает президенту Лукашенко необходимое ощущение безопасности. В свою очередь, дистанцированность Прокоповича от политических игр дает ему право ему публично говорить правду в глаза президенту. Такое в Беларуси позволено немногим.

Наконец, о последней должности Петра Прокоповича. Назначение его председателем Республиканской комиссии по координации расчетов за выполненные работы в строительстве как раз вполне логично. Потому что мало кто в белорусском госаппарате так же хорошо разбирается одновременно в строительной и кредитной политике государства, как Заслуженный строитель РБ и бывший глава Национального банка Прокопович.