Слепое пятно визовых санкций

? Председатель ЦИК РБ Лидия Ермошина, находящаяся в списке лиц, которым запрещен въезд в Евросоюз, приняла участие в проходившей в Вене конференции ОБСЕ «Демократические выборы и наблюдение за ними». В то же время сопредседателю кампании «За справедливые выборы» Виктору Корнеенко выезд из страны был запрещен, и принять участие в конференции он не смог. Почему? В чем польза для белорусских властей от участия в такого рода конференции? Какова международная реакция на запрет в выезде В. Корнеенко?

Андрей Федоров. Для ответа на первый вопрос следует знать, было ли рассматриваемое мероприятие официальным. Если нет, то выдача визы Ермошиной труднообъяснима. Если да, то тогда было применено положение, обязывающее страны, на территории которых размещаются международные организации, выдавать визы любым представителям их государств-участников без исключения.

Например, Фидель Кастро, как представляется, был для Соединенных Штатов никак не менее «нежелательным элементом», чем Ермошина для Австрии. Тем не менее, он регулярно получал возможность посещать Нью-Йорк и выступать на сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Да и с белорусскими официальными лицами аналогичные ситуации случались – достаточно вспомнить нашумевшую поездку в январе нынешнего года тогдашнего министра внутренних дел Кулешова во Францию для посещения Генерального секретариата Интерпола.

Судя по всему, сейчас имел место тот же самый случай. При этом приглашения не были персональными, что подтвердил секретарь ЦИК Лозовик, по словам которого Беларусь получила общий запрос от ОБСЕ, и было принято решение командировать Ермошину.

Цель, преследуемая при этом официальным Минском, достаточно прозрачна: в очередной раз попытаться убедить Запад в том, что электоральные кампании в Беларуси проходят в строгом соответствии с общепризнанными международными стандартами. Правда, слабо верится, что при существующем положении дел белорусское руководство всерьез рассчитывает добиться успеха, так что этот шаг является, скорее всего, простой формальностью.

В пользу такого предположения свидетельствует и история с Виктором Корнеенко. Крайне маловероятно, что белорусские власти допускали, будто та информация, которую ему не удалось сообщить лично, так и останется неизвестной. Поэтому такое поведение, как и ряд других недавних действий, можно рассматривать как демонстрацию их непреклонности.

Что же касается международной реакции на данную акцию, то она оказалась вполне ожидаемой. Действующий председатель ОБСЕ, ирландский вице-премьер Эймон Гилмор призвал как можно скорее отменить запрет, а директор Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека Янез Ленарчич отметил, что препятствия поездкам активистов-правозащитников и их участию в мероприятиях противоречат обязательствам ОБСЕ.

Как обычно, наиболее бескомпромиссную позицию заняли Соединенные Штаты. На заседании Постоянного совета ОБСЕ посол Иэн Келли выразил глубокую обеспокоенность «серьезными нарушениями Беларусью своих обязательств ОБСЕ в области уважения прав человека, основных свобод и верховенства закона». Он также сообщил, что пока Виктору Корнеенко будут отказывать в праве на свободу передвижения и участие во встрече, ни он сам, ни его старшие сотрудники участвовать в ней не будут.

Проблема в том, что подобные демарши реального эффекта не имеют, а более эффективных средств в распоряжении Запада пока не видно.