Заочное образование: пора отказываться от полумер

? По мнениюпредседателя Совета Республики А. Рубинова, в последнее время чрезмерно выросло число студентов, обучающихся на заочной форме. В вузах государственной формы собственности число заочников составляет примерно 50%, а в частных – еще больше. В тоже время, по оценке Минобра, качество образования в заочных программах значительно ниже, чем в очных. В чем секрет популярности заочной формы образования в Беларуси? Что в этой ситуации должно делать государство?

Владимир Дунаев. В нашем понимании роли высшего образования незаметно произошел переворот, с которым нелегко примириться. Раньше верили в то, что высшее образование – это общественное благо, и студент должен быть благодарен за счастье учиться. Сегодня образование рассматривают как инвестиции в человеческий капитал. По мере того, как белорусское государство сокращает свое участие в финансировании высшей школы, все больше число молодых людей вынуждено оценивать высшее образование как рыночную услугу, затраты на которую окупаются получаемыми в будущем благами.

Так, по данным российских исследователей, затраченные на получение образования деньги возвращаются уже через 3-5 лет после окончания вуза. Конечно, только в том случае, когда выпускник находит соответствующую своим ожиданиям работу. Но далеко не всегда представления чиновников Минобра и работодателей совпадают относительно того, чему надо учить будущих специалистов.

В частности, рынок труда диктует и такое требование к выпускникам вуза, как наличие опыта работы. И это не только белорусское явление. В Европе кадровые агентства все чаще предпочитают брать тех, кто учился заочно или поработал в период учебы. Но работающий студент-очник редко вызывает одобрение у своих преподавателей, поскольку вынужден пропускать занятия. Для студентов, которые должны платить за образование, заочное обучение – это зачастую самый дешевый способ получения диплома и одновременно гарантия получения рабочего места.

Ограничивая заочное обучения и увеличивая долю более дорогого очного, власти еще в большей степени перекладывают бремя финансирования высшего образования на плечи населения. Но при этом совершенно не заботятся о гарантиях предоставления первого рабочего места как тем, кто оплачивал свое обучение, так и тем, кто учился заочно за счет бюджета. Конечно, у заочников больше шансов устроиться по специальности. Поэтому, несмотря на откровенную дискриминацию заочного обучения в Беларуси (отмена отсрочек от призыва в армию для заочников, административные меры по сокращению заочных программ и др.), популярность этой формы получения образования не уменьшается.

Война против заочного образования, которую белорусские власти ведут последнее время, основывается на довольно спорных оценках его эффективности. Главным аргументом критиков заочного обучения является его низкое качество по сравнению с очными программами. На первый взгляд это так, если сравнивать выпускников элитарных вузов с обычными заочниками. Но вот только для элитарных университетов не так много элитных студентов. Потребность в штучной подготовке специалистов высшего уровня, по оценкам экспертов, ограничивается довольно узким кругом студентов. Например, в России ежегодно только 5-7 тысяч выпускников школы способны стать перспективными исследователями в области точных наук и порядка 35-40 тысяч – в области, связанной с эксплуатацией сложных технических систем. В других отраслях дело обстоит так же.

В то же время доля рабочих мест, требующих высшего образования, постоянно растет. Лиссабонская стратегия развития Европы как общества знания предусматривала, что в 2010 году не менее 50% работающих в ЕС должны иметь такой уровень подготовки.

Не меньший вызов для высшей школы представляет задача постоянной переподготовки специалистов. В США темпы роста переподготовки почти в три раза превышают темпы  роста числа студентов, впервые получающих образование. Все чаще на Западе ставится вопрос о переходе к всеобщему высшему образованию. Конечно, Беларусь еще далека от уровня развития передовых стран, но неизбежность массового высшего образования отменить не удастся даже в нашей стране. Времена, когда высшее образование было уделом немногих, прошли. Не всем суждено войти в состав научной или производственной элиты, и это забота престижных университетов – заниматься подготовкой кадров высшей квалификации. Но готовить массового специалиста придется обычным вузам. И по разным причинам в этом деле не обойтись без заочного образования.

Для такого обучения есть разные другие названия: дистанционное, корреспондентское, домашнее, внешнее и др. Но общим является то, что образовательная активность осуществляется без прямого и непосредственного контакта его участников. Заочное образование существует с тех пор, как была изобретена письменность, и после каждой информационной революции оно только распространяется шире и шире. Некоторые считают, что пионером обучения на расстоянии был Апостол Павел, рассылавший свои послания по христианским храмам. Ян Амос Коменский 350 лет назад использовал революционные возможности книгопечатания для  заочного обучения с помощью иллюстрированных учебников.

В середине 19 века благодаря регулярному почтовому сообщению появилось обучение по переписке. В 1856 году в Берлине был создан институт заочного обучения иностранным языкам, прообраз знакомых нам заочных вузов. Изобретение радио и телевидения вызвало к жизни радиолекции и образовательное телевидение. До сих пор в Шанхае работает телевизионный университет, насчитывающий 500 000 студентов. И хотя эти программы не обеспечивали интерактивности и динамичной обратной связи, они сыграли важную роль в дальнейшем развитии заочного образования.

Но настоящая революция в образовании связана с активным использованием современных информационных и коммуникационных технологий. То, что в Беларуси называют дистанционным образованием, в других странах часто именуется электронным обучением. Интернет открыл небывалые возможности перед высшей школой, создав предпосылки для интенсивного взаимодействия между студентами и преподавателями, между самими студентами и между преподавателями в киберпространстве.

Зачастую возможности общения между участниками образовательного процесса в дистанционных программах намного превосходят реальную интенсивность контактов между профессором и студентом в традиционном очном обучении в большинстве вузов. Это в элитарных университетах на одного преподавателя приходится 5-6 студентов. А в рядовых вузах такое отношение доходит до 1 к 50. Но и стоит это престижным университетам на порядок больше, чем рядовым вузам.

Лидерам мировых рейтингов приходится вкладывать от 300 тыс. до миллиона долларов  в расчете на одного студента. Современное массовое образование не может себе позволить таких расходов, т.е. оно не может позволить и интенсивного общения между преподавателями и студентами. Такова экономика современного образования. И, следовательно, претендовать на «штучность» подготовки специалистов очные программы рядовых вузов не имеют возможности.

Напротив, в хороших программах электронного обучения у студента есть персональный тьютор, который помогает индивидуализировать процесс обучения. Студенты получают беспрецедентный контроль над временем, местом, содержанием и темпом обучения. И,  что немаловажно, дистанционное обучение обходится значительно дешевле, чем очное. Современные информационные технологии создают отличные возможности для развития образования, но они только инструмент. Они только предпосылка для реального преобразования процессов заочного обучения. Как правило, те проекты, в которых в электронную среду переносят традиционное содержание образовательных программ, не приводят к заметным успехам.

Подлинно новая сетевая образовательная среда требует принципиально новой организации обучения и новой виртуальной педагогики. Часто  неудачи и разочарования, связанные с новыми технологиями в образовании, происходят не от нерадивости студентов, а от неготовности преподавателей принять новые подходы к обучению.

Несмотря на все сложности нового этапа заочного образования, электронное обучение развивается невероятными темпами. Средний ежегодный прирост рынка электронного обучения составляет 12%. Особенно  быстро развиваются такие региональные сегменты этого рынка, как Азия и Восточная Европа. Ежегодный рост в этих зонах составляет соответственно 33.5% и 23%. Мировой рынок электронного обучения, по данным Ambient Insight,  в 2009 году достиг 27.1 миллиардов долларов США и предполагается, что к 2014 году он практически удвоится, составив почти 50 миллиардов долларов. Численность обучающихся в дистанционных программах уже превысила 100 миллионов человек и превосходит число обычных студентов.

Беларусь, имевшая в конце 90-х годов завидный потенциал для развития дистанционного образования на основе сетевых технологий, превратилась, из-за политики Минобра, в  страну-аутсайдера. Сегодня чуть больше 1% студентов обучается в программах электронного образования. Белорусское заочное обучение остается на уровне образовательных технологий позапрошлого века. Не удивительно, что властям так убедительно удается критиковать низкое качество «заочки». Но в действительности это только свидетельство чудовищных ошибок Минобра, загнавшего в тупик белорусскую высшую школу.

Справедливости ради стоит отметить, что в последнее время предпринимаются определенные попытки поправить дело с электронным образованием в нашей стране. Но отставание столь велико, что те полумеры, которые предлагает власть, не смогут исправить положение с заочным образованием в обозримой перспективе.

Комментарии

Уважаемый Владимир Александрович! ВСЮ СТРАНУ В ТУПИК ЗАГНАЛИ - и высшая школа не исключение... Про среднюю школу и вовсе говорить не хочется. Программы и вся система преследуют одну цель - воспроизводство скрупулезной, исполнительной серости. Таков, наверное, запрос...

Если помните Ваших ну очень давних студентов БГУ - Ирина Логинова

Гость

Сравнивать нашу ситуацию с мировыми процессами просто некорректно!

Наши заочники приходят в университет не за знаниями, а за корочкой. Передирают из интернета или покупают контрольные, курсовые, дипломы. А 10-балльная система и право многократных пересдач (3 раза бесплатно и 2 платно!!!) и вовсе открыли дорогу откровенным, извините, дебилам.Порой читать и писать толком не умеют, а туда же...

Может уважаемый автор ответить на простой вопрос: за рубежом у студентов есть право пересдачи?

Гость с периферии

Уважаемая Ирина, спасибо за Ваш совершенно справедливый комментарий. Очень рад видеть Вас среди читателей «Нашего мнения». Попробую ответить на отклики на мой материал. Можно согласиться с тем, что система образования не единственная жертва государственной политики. Но не обязательно все сферы социальной жизни одинаково страдают из-за ошибок и просчетов власти. К сожалению, образование в Беларуси пострадало более всего от невежества и безответственности экспериментаторов, изобретавших какой-то самобытный путь его развития, и скупости государства, постоянно пытавшегося экономить на образовании. Образовательная политика – это всегда попытка поиска баланса между доступностью образования, его качеством и ценой. Экономия на образовании неизбежно приводит либо к снижению качества, либо к сокращению количества учащихся и уменьшению доступности образования. Поскольку беларуские власти не хотят жертвовать количеством студентов вузов, но и не желают вкладывать деньги в модернизацию высшего образования, то неизбежно ценой такой политики становится неуклонно снижающееся качество подготовки специалистов. В Беларуси постоянно нарушается норма закона об образовании, предписывающая выделять на финансирование образования не менее 10% ВВП. Эта доля на протяжении последних пяти лет вообще только снижалась из года в год. На начало 2010 года она составляла 4,2% к запланированному на 2010 год объему ВВП. К концу года она немного возросла из-за предвыборных повышений зарплат педагогам. Но в высшем образовании за повышение зарплат заплатили родители студентов. Правда, в дальнейшем нарушения закона удастся избежать – из текста нового Кодекса об образовании эта норма изъята. Такая вот у нас образовательная политика. При такой политике качество образования не может быть высоким. Заставить население инвестировать больше средств в образование низкого качества довольно трудно. Оно может просто не окупиться. Но и идти на резкое сокращение численности студентов власти не рискуют. Мечты об инновационной экономике, видимо, требуют массовой подготовки специалистов с высшим образованием. Действительно, передовые страны уже заявили о переходе к всеобщему высшему образованию. Правда, пока никто не знает, как обеспечить необходимое качество в условиях массового высшего образования. Болонская модель –один из возможных ответов на этот вызов. Время покажет, насколько этот ответ удачен. Идеализировать его не стоит, но и оплевывать также не очень разумно. Мы столкнулись с новой проблемой, и она требует новых способов решения. Когда-то в середине 19 века в Европе не знали, что делать с качеством массового начального образования. 30-40% школьников не могли научиться читать и писать. Сегодня благодаря адекватным образовательным технологиям это уже не проблема. Будем надеться, что и для массового высшего образования найдутся соответствующие технологии. Сетевые образовательные среды – это многообещающий подход к реформированию образования. Но есть в этих новых подходах и не очень приятные для преподавателей новации. Болонская повестка дня для нового десятилетия включает переход к новому пониманию качества образования. Этот новый подход значительно расширяет роль работодателей и студентов в оценке качества подготовки и формировании учебных планов. Вряд ли такое понравилось бы беларускому минобру и преподавателям вузов. Но европейскому академическому сообществу придется как-то приспосабливаться к новым критериям оценки их работы, вступать в диалог с другими участниками образовательных отношений, отстаивая фундаментальные ценности академической культуры. Беларуская ситуация очень похожа на европейскую. Разница в том, что, в отличие от других стран, беларусы пока не понимают, что методами позапрошлого века не удастся решить задачи сегодняшнего дня. Либо мы реставрируем высшее образование таким, каким оно было в 19 веке - доступное немногим, элитарное, основанное на строгом отборе, либо мы научимся доучивать всех, кто поступает сегодня в вузы. Первая бакалаврская ступень доступна практически всем – это уже доказано в некоторых странах. И европейцы ставят задачу обеспечить доступ к высшему образованию всем без исключения группам населения за счет всемерной поддержки обучения в течение всей жизни и гибких, прежде всего, дистанционных способов подключения всех категорий населения к высшему образованию. Поэтому, если возникает вопрос о том, как относятся к пересдаче экзаменов в Европе, то надо иметь ввиду, что образовательная политика направлена на обеспечение условий доучивания и переучивания максимально большего числа людей. Задача вернуть в университет не только тех, кто не смог завершить программу обучения, но и тех, кто успешно освоил ее в свое время, но может заинтересоваться новыми образовательными перспективами. Новая философия образования – дорожить каждым студентом и создавать гибкие условия для обучения. Однако многие преподаватели зарубежных университетов - как тех немногих, в которых не практикуют пересдачу экзаменов, так и тех, в которых такая пересдача возможна, - разделят Ваше негодование по поводу пренебрежения академическими стандартами. Одно дело быть гибким и создавать условия для завершения обучения, другое - превращать процесс обучения в циничную профанацию. К сожалению, в Беларуси все больше практикуется эта последняя модель отношений со студентами. Если императивы университетской автономии и академической свободы ничего не стоят, то надо ли удивляться, что академические стандарты становятся объектом бесстыдных административных манипуляций.

Автор

Полностью согласен с комментарием от 12 апреля. Работал преподавателем, сталкивался и с очниками, и с заочниками. Проблема в том, что если среди очников и есть такие, которые приходят за знаниями, то среди заочников таковых практически нет. Уйдя с преподавательской работы, столкнулся с тем, что выпускники-заочники, объективно уступая очникам в знаниях и умениях, зачастую превосходят их в амбициях и некоторых других 'навыках'. Все это давно известно, и вопрос с массовым заочным образованием нужно решать. Сам автор, критикуя позицию властей, все же отметил задачу 'постоянной переподготовки специалистов'. На мой взгляд, (это есть в Европе и уже постепенно развивается в нашей стране) упор должен быть сделан на практические курсы, тренинги и т.д. Я посещал бесплатные курсы, на которых овладел двумя иностранными языками. Конечно, я не стал специалистом-филологом, но задачи, которые стоят перед мной, я выполняю, не нуждаясь в университетском дипломе.

А 'заочку', конечно, надо сокращать. Сколько можно девальвировать образование? Согласитесь, что полноценное УНИВЕРСИТЕТСКОЕ образование урывками получить не удастся. А зачем тогда штамповать 'пустые' диплом? Сокращая 'заочку', нужно параллельно развивать узкоцелевые курсы,которые будут полезны молодому специалисту.

Гость

для того, чтобы оценивать отношение к знаниям, к получению образования, недостаточно только оценки поведения студента. Студент, как и другие члены общества отражают процессы, происходщие в обществе. А когда ечь идет о заочниках, то и среди них есть те, кто хочет не может учиться. В настоящее время учеба стала личным делом человека. очень многих студентов -заочников не отпускают на сессии или дополнительные консульатции, А много ВЫ уважаемые критики видели преподавателей, которые хотели бы проводить консультации в ди станционном режиме. Многие ли преподаватели не только в окно видели производство. Сложная, общественно значимая проблема не может оценииваться в формате - один хороший , а другой плохой. Уважемые критики студентов, задумайтесь, может ли аудиторияЮ в которой 25-30 человек (это практические занятия) работать нормально. А школьник в основном учится дома, а не в школе. Можно приводить и приводить примеры недостойного отношения к образованию. А эмоции в таком сложном вопросе не помогают, а мешают решать проблемы. С уважением доцент, преподаватель с 30-летним стажем

Гость
Добавить комментарий

Наше Мнение © 2003-2021

Публикация писем читателей не означает согласие авторов проекта с высказанным мнением.