Заочное образование: пора отказываться от полумер

? По мнениюпредседателя Совета Республики А. Рубинова, в последнее время чрезмерно выросло число студентов, обучающихся на заочной форме. В вузах государственной формы собственности число заочников составляет примерно 50%, а в частных – еще больше. В тоже время, по оценке Минобра, качество образования в заочных программах значительно ниже, чем в очных. В чем секрет популярности заочной формы образования в Беларуси? Что в этой ситуации должно делать государство?

Владимир Дунаев. В нашем понимании роли высшего образования незаметно произошел переворот, с которым нелегко примириться. Раньше верили в то, что высшее образование – это общественное благо, и студент должен быть благодарен за счастье учиться. Сегодня образование рассматривают как инвестиции в человеческий капитал. По мере того, как белорусское государство сокращает свое участие в финансировании высшей школы, все больше число молодых людей вынуждено оценивать высшее образование как рыночную услугу, затраты на которую окупаются получаемыми в будущем благами.

Так, по данным российских исследователей, затраченные на получение образования деньги возвращаются уже через 3-5 лет после окончания вуза. Конечно, только в том случае, когда выпускник находит соответствующую своим ожиданиям работу. Но далеко не всегда представления чиновников Минобра и работодателей совпадают относительно того, чему надо учить будущих специалистов.

В частности, рынок труда диктует и такое требование к выпускникам вуза, как наличие опыта работы. И это не только белорусское явление. В Европе кадровые агентства все чаще предпочитают брать тех, кто учился заочно или поработал в период учебы. Но работающий студент-очник редко вызывает одобрение у своих преподавателей, поскольку вынужден пропускать занятия. Для студентов, которые должны платить за образование, заочное обучение – это зачастую самый дешевый способ получения диплома и одновременно гарантия получения рабочего места.

Ограничивая заочное обучения и увеличивая долю более дорогого очного, власти еще в большей степени перекладывают бремя финансирования высшего образования на плечи населения. Но при этом совершенно не заботятся о гарантиях предоставления первого рабочего места как тем, кто оплачивал свое обучение, так и тем, кто учился заочно за счет бюджета. Конечно, у заочников больше шансов устроиться по специальности. Поэтому, несмотря на откровенную дискриминацию заочного обучения в Беларуси (отмена отсрочек от призыва в армию для заочников, административные меры по сокращению заочных программ и др.), популярность этой формы получения образования не уменьшается.

Война против заочного образования, которую белорусские власти ведут последнее время, основывается на довольно спорных оценках его эффективности. Главным аргументом критиков заочного обучения является его низкое качество по сравнению с очными программами. На первый взгляд это так, если сравнивать выпускников элитарных вузов с обычными заочниками. Но вот только для элитарных университетов не так много элитных студентов. Потребность в штучной подготовке специалистов высшего уровня, по оценкам экспертов, ограничивается довольно узким кругом студентов. Например, в России ежегодно только 5-7 тысяч выпускников школы способны стать перспективными исследователями в области точных наук и порядка 35-40 тысяч – в области, связанной с эксплуатацией сложных технических систем. В других отраслях дело обстоит так же.

В то же время доля рабочих мест, требующих высшего образования, постоянно растет. Лиссабонская стратегия развития Европы как общества знания предусматривала, что в 2010 году не менее 50% работающих в ЕС должны иметь такой уровень подготовки.

Не меньший вызов для высшей школы представляет задача постоянной переподготовки специалистов. В США темпы роста переподготовки почти в три раза превышают темпы  роста числа студентов, впервые получающих образование. Все чаще на Западе ставится вопрос о переходе к всеобщему высшему образованию. Конечно, Беларусь еще далека от уровня развития передовых стран, но неизбежность массового высшего образования отменить не удастся даже в нашей стране. Времена, когда высшее образование было уделом немногих, прошли. Не всем суждено войти в состав научной или производственной элиты, и это забота престижных университетов – заниматься подготовкой кадров высшей квалификации. Но готовить массового специалиста придется обычным вузам. И по разным причинам в этом деле не обойтись без заочного образования.

Для такого обучения есть разные другие названия: дистанционное, корреспондентское, домашнее, внешнее и др. Но общим является то, что образовательная активность осуществляется без прямого и непосредственного контакта его участников. Заочное образование существует с тех пор, как была изобретена письменность, и после каждой информационной революции оно только распространяется шире и шире. Некоторые считают, что пионером обучения на расстоянии был Апостол Павел, рассылавший свои послания по христианским храмам. Ян Амос Коменский 350 лет назад использовал революционные возможности книгопечатания для  заочного обучения с помощью иллюстрированных учебников.

В середине 19 века благодаря регулярному почтовому сообщению появилось обучение по переписке. В 1856 году в Берлине был создан институт заочного обучения иностранным языкам, прообраз знакомых нам заочных вузов. Изобретение радио и телевидения вызвало к жизни радиолекции и образовательное телевидение. До сих пор в Шанхае работает телевизионный университет, насчитывающий 500 000 студентов. И хотя эти программы не обеспечивали интерактивности и динамичной обратной связи, они сыграли важную роль в дальнейшем развитии заочного образования.

Но настоящая революция в образовании связана с активным использованием современных информационных и коммуникационных технологий. То, что в Беларуси называют дистанционным образованием, в других странах часто именуется электронным обучением. Интернет открыл небывалые возможности перед высшей школой, создав предпосылки для интенсивного взаимодействия между студентами и преподавателями, между самими студентами и между преподавателями в киберпространстве.

Зачастую возможности общения между участниками образовательного процесса в дистанционных программах намного превосходят реальную интенсивность контактов между профессором и студентом в традиционном очном обучении в большинстве вузов. Это в элитарных университетах на одного преподавателя приходится 5-6 студентов. А в рядовых вузах такое отношение доходит до 1 к 50. Но и стоит это престижным университетам на порядок больше, чем рядовым вузам.

Лидерам мировых рейтингов приходится вкладывать от 300 тыс. до миллиона долларов  в расчете на одного студента. Современное массовое образование не может себе позволить таких расходов, т.е. оно не может позволить и интенсивного общения между преподавателями и студентами. Такова экономика современного образования. И, следовательно, претендовать на «штучность» подготовки специалистов очные программы рядовых вузов не имеют возможности.

Напротив, в хороших программах электронного обучения у студента есть персональный тьютор, который помогает индивидуализировать процесс обучения. Студенты получают беспрецедентный контроль над временем, местом, содержанием и темпом обучения. И,  что немаловажно, дистанционное обучение обходится значительно дешевле, чем очное. Современные информационные технологии создают отличные возможности для развития образования, но они только инструмент. Они только предпосылка для реального преобразования процессов заочного обучения. Как правило, те проекты, в которых в электронную среду переносят традиционное содержание образовательных программ, не приводят к заметным успехам.

Подлинно новая сетевая образовательная среда требует принципиально новой организации обучения и новой виртуальной педагогики. Часто  неудачи и разочарования, связанные с новыми технологиями в образовании, происходят не от нерадивости студентов, а от неготовности преподавателей принять новые подходы к обучению.

Несмотря на все сложности нового этапа заочного образования, электронное обучение развивается невероятными темпами. Средний ежегодный прирост рынка электронного обучения составляет 12%. Особенно  быстро развиваются такие региональные сегменты этого рынка, как Азия и Восточная Европа. Ежегодный рост в этих зонах составляет соответственно 33.5% и 23%. Мировой рынок электронного обучения, по данным Ambient Insight,  в 2009 году достиг 27.1 миллиардов долларов США и предполагается, что к 2014 году он практически удвоится, составив почти 50 миллиардов долларов. Численность обучающихся в дистанционных программах уже превысила 100 миллионов человек и превосходит число обычных студентов.

Беларусь, имевшая в конце 90-х годов завидный потенциал для развития дистанционного образования на основе сетевых технологий, превратилась, из-за политики Минобра, в  страну-аутсайдера. Сегодня чуть больше 1% студентов обучается в программах электронного образования. Белорусское заочное обучение остается на уровне образовательных технологий позапрошлого века. Не удивительно, что властям так убедительно удается критиковать низкое качество «заочки». Но в действительности это только свидетельство чудовищных ошибок Минобра, загнавшего в тупик белорусскую высшую школу.

Справедливости ради стоит отметить, что в последнее время предпринимаются определенные попытки поправить дело с электронным образованием в нашей стране. Но отставание столь велико, что те полумеры, которые предлагает власть, не смогут исправить положение с заочным образованием в обозримой перспективе.