Гражданская общность в современной Беларуси

Интерес к проблематике гражданства, гражданской идентификации и идентичности в сегодняшней Беларуси особенно обостряется в контексте актуализации вопросов, связанных с гражданским образованием. Среди поставленных и активно обсуждаемых сейчас в третьем секторе вопросов – цели и содержание гражданского образования, критерии его эффективности и пути стандартизации. Однако их выяснение не может быть построено через простое предъявление и согласование мнений и предпочтений тех, кто гражданским образованием занимается, хотя бы потому, что гражданин как деятельностная позиция включен в воспроизводство не только той или иной социальной системы, но и такого коллективного субъекта, как нация. Понимание этого требует и соответствующего масштаба постановки проблемы.

Предложенное ниже исследование является шагом в анализе ситуации. В нем рассматриваются процессы, происходящие в становлении гражданской общности в Беларуси как квазиестественные, что требует отнесения и самоопределения по отношению к ним.

В контексте анализа содержания гражданства и гражданской принадлежности особое значение имеет характер и содержание изменений, происходящих в обществе. В условиях радикальных преобразований, касающихся изменения государственных границ и устройства (а значит как формальной, так и сущностной стороны гражданской принадлежности), наиболее важным становится переосмысление оснований для консолидации вновь образовавшегося сообщества граждан. То есть наиболее актуальными становятся факторы и тенденции качественного изменения гражданской общности как коллективного субъекта [1] . Содержание представлений о сообществе граждан, включение их в практику социального взаимодействия определяет сущность и специфику данного сообщества как реального коллективного субъекта в социальном пространстве.

Важной особенностью проблемы гражданской принадлежности для Беларуси является то, что процесс становления новой гражданской общности сопряжен для большинства населения страны со сменой гражданской принадлежности с «советской» на «белорусскую», которая (смена) затрагивает изменение не только границ, но и принципов социально-политического устройства. То есть процессы становления и изменения идут параллельно, определяя специфику гражданского самосознания в Беларуси. И это обстоятельство делает особенно актуальными вопросы содержания гражданского образования, которое несет в себе представления о сущности гражданина и сообщества граждан той или иной страны.

Здесь мы хотели бы обратиться к такому важному фактору трансформации общественной жизни в целом и гражданской идентификации в частности, как смена поколений. Под поколениями [2] в данном случае понимаются такие субъекты социального пространства, которые выделяются не только по возрастному принципу, но и на основании различий в системах ценностей, установок и представлений, то есть на основании социокультурных различий. Возникновение этих различий связано с периодами таких социальных изменений, воздействие которых делает прежние установки и нормы деятельности неадекватными и неприемлемыми [3] . В этом смысле такие социальные изменения создают ситуации, которые называют «вызовами времени». Новое поколение появляется в ходе «формулирования» ответов и решений тех задач и проблем, которые ставит перед молодыми людьми, вступающими во взрослую жизнь, радикальное и в этом отношении судьбоносное изменение социальной ситуации. В результате каждое следующее поколение характеризуется «собственной» иерархией ценностей, системой смыслов и соответствующих социальных практик.

В конкретных социальных условиях и ситуациях каждое поколение реализует специфичные для него комплексы норм и ценностей, которые несут в себе отпечаток социально-исторических условий становления данного поколения и событий его «жизненного пути». Смена поколений, связанная с естественным переходом от одного этапа жизненного цикла к другому, является механизмом изменения возможности реализации этих комплексов в социальном пространстве. Это создает условия динамичности общественной жизни, в которой появление одних поколений и уход других всякий раз переструктурирует социальное пространство.

Такой подход к выделению поколений, когда они определяются как носители целостных социокультурных комплексов, позволяет рассматривать их смену как важнейший фактор изменения восприятия и осознания гражданской принадлежности. Кроме того, неизбежность ухода одних и появления других поколений дает возможность не только исследовать непосредственное состояние гражданского самосознания, но и обнаружить тенденции его изменения.

В то же время социокультурные различия, обозначающие границы между поколениями, не носят всеобщего характера, а касаются различных сторон жизни в большей или меньшей степени. Поэтому по отношению к гражданской идентификации смена поколений может сопровождаться как трансляцией и воспроизводством тех или иных содержательных и эмоционально-ценностных компонентов, так и их изменением и формулированием новых. От соотношения этих процессов (воспроизводства и трансформации) зависит степень изменчивости сущности гражданской общности как коллективного субъекта – ее облика, объединяющих связей и оснований солидарности.

Далее мы обратимся к анализу отдельных аспектов восприятия гражданской принадлежности среди различных поколений жителей современной Беларуси с целью обнаружить специфику становления и изменения гражданской общности как коллективного социального субъекта [4] . Что касается определения границ поколений, воспользуемся результатами исследования, специально посвященного этой задаче [5] . В нем, в соответствии с обозначенным выше определением поколений как социокультурных субъектов, было выделено 8 поколений жителей Беларуси. Их названия основаны на тех исторических периодах, которые пришлись на момент обретения самостоятельности представителями того или иного поколения (18 лет). Были выделены: поколение независимости (16-30 лет [6] ), поколение перестройки (31-39 лет), поколение брежневского застоя (40-48 лет), поколение сворачивания реформ (49-54 года), «шестидесятники» (55-64 года), «дети войны» (65-72 года), воевавшее поколение (73-80 лет), первое советское поколение (81-90 лет). При этом высказывалось предположение, что процесс формирования «поколения независимости» еще не закончен. «На сегодняшний день в рамках «поколения независимости» можно говорить о выделении двух субпоколений, что в перспективе может привести к их обособлению друг от друга» [7] . Учитывая актуальность в настоящее время переосмысления оснований гражданской принадлежности, в данной работе мы рассмотрели эти два субпоколения внутри «поколения независимости» как самостоятельные: «поколение реализации проекта белорусской государственности» (16-24 года) и «поколение периода установления независимости» (25-29 лет). Кроме того, в исследовании 2004 года «первое советское поколение» оказалось столь малочисленным, что его единичные представители были присоединены к «воевавшему поколению».

Итак, обратимся к полученным результатам. Степень гражданской идентификации раскрывает меру осознания и принятия человеком факта собственной гражданской принадлежности, что является необходимым условием для появления и дальнейшего существования гражданской общности. Данные свидетельствуют, что представители всех поколений демонстрируют довольно высокий уровень гражданской идентификации (рис.1). Хотя очевидно, что старшие поколения, начиная от «сворачивания реформ», в большей мере осознают себя гражданами Беларуси. После них отмечается резкое ослабление гражданской идентификации. Но самое молодое поколение вновь демонстрирует рост этого показателя. Эти результаты позволяют сделать несколько заключений.

Рис. 1. Сила идентификации с гражданами Беларуси среди представителей различных поколений

Во-первых, кризис (который констатируется исследователями социальной идентичности), связанный с разрушением прежних и появлением новых оснований идентификации, в отношении гражданской составляющей в разной степени затронул рассматриваемые поколения. В наибольшей мере он проявляется в поколениях «брежневского застоя», «перестройки» и «установления независимости». В то же время гражданская идентификация самого молодого поколения свидетельствует о тенденции восстановления механизмов социализации и утверждения в общественном сознании необходимых категорий для идентификации с гражданами Беларуси.

Во-вторых, изменение степени идентификации не связано непосредственно с фактом переосмысления гражданской принадлежности. Например, самые низкие показатели наблюдаются как у «поколения брежневского застоя», так и у «поколения периода установления независимости», хотя первому из них пришлось осознавать факт смены гражданства, а второму – нет. В то же время два самых молодых поколения существенно отличаются друг от друга, хотя они оба формировались уже в условиях независимости Беларуси.

В-третьих, чередование более высоких и более низких показателей гражданской идентификации показывает, что они не являются также и функцией возраста, например, чем старше, тем выше осознание гражданской принадлежности.

Таким образом, можно предположить, что различие в гражданской идентификации связано со спецификой самих поколений, то есть с содержанием представлений о гражданстве и отношением к нему, сформированным в конкретных социально-исторических условиях. Так, например, «поколение периода установления независимости» обретало самостоятельность в условиях смены политической системы и государственного устройства, когда проблемы гражданства (его принципов, сущности) составляли один из значимых аспектов «вызова времени». Для них гражданская идентификация может иметь более осознанный и вместе с тем проблемный характер, что, вероятно, и проявляется в одном из самых низких значений гражданской идентификации. Тогда как близкое ему «поколение реализации проекта белорусской государственности» формировалось в условиях уже более или менее сформулированной идеологии белорусской государственной и соответствующих категорий идентификации, которые подлежат трансляции, а не формированию и переосмыслению. Гражданская идентификация может восприниматься ими как естественная и сама собой разумеющаяся.

Поэтому обратимся к представлениям о понятии «гражданин» среди представителей различных поколений. Они выявлялись при помощи ответов на вопрос: «Какое из предложенных высказываний наиболее точно соответствует Вашим представлениям о понятии «Гражданин страны»?». В предложенных вариантах ответов был задан ряд оснований для определения сущности гражданства: территориальная принадлежность («гражданин – это человек, который проживает на территории страны»); наличие формального статуса («гражданин – это человек, который имеет гражданство»); реализация статуса («гражданин – это человек, который использует свои права и выполняет обязанности»); чувства по отношению к стране («гражданин – это человек, который любит свою страну»); социально-политическая активность («гражданин – это человек, который активно участвует в социальной и политической жизни»).

Интерпретация и понимание сути гражданства имеет для нас особое значение, поскольку она является не только основанием для самокатегоризации, отнесения себя к гражданам страны, но и основанием для объединения и чувства общности с согражданами.

Судя по полученным данным, представления о гражданстве каждого из поколений включают в себя все предложенные варианты, но распространенность каждого из них различается, что раскрывает своеобразие каждого поколения (табл.1).

Табл. 1. Распространенность представлений о понятии «гражданин» среди представителей различных поколений (в %)


Поколения

Гражданин – это человек, который …

проживает на территории страны

любит свою страну

имеет гражданство

использует свои права и выполняет обязанности

активно участвует в социально-политической жизни

Итого

Реализации проекта белорусской государственности

11,7

17,2

28,3

26,7

16,1

100

Периода становления независимости

9,6

20,5

20,5

27,7

21,7

100

Перестройки

9,4

26,8

19,5

28,9

15,4

100

Брежневского застоя

16,9

29,7

15,7

22,7

15,1

100

Сворачивания реформ

23,3

26,2

18,4

11,7

20,4

100

Шестидесятники

13,8

40,4

21,3

14,9

9,6

100

Дети войны

34,5

31,0

13,8

12,6

8,0

100

Воевавшее поколение

38,0

26,8

18,3

8,5

8,5

100

На основании полученных данных можно определить моменты наиболее существенных «разрывов» в преемственности представлений о понятии «гражданин». «Воевавшее поколение» и «дети войны» однозначно размещают гражданство в смысловом пространстве территориальной принадлежности и чувства привязанности к стране. Это предполагает соответствующее «воображение» гражданской общности, где она неразрывно связана со страной.

«Шестидесятники» демонстрируют резкое изменение в понимании гражданства, которое характеризуется, с одной стороны, ростом свойственного этой эпохе патриотического романтизма (быть гражданином – значит любить свою страну), а с другой – распространением представлений о гражданстве как о политико-правовом статусе, хотя бы и формальном. Такое изменение смысла гражданской принадлежности отражает проникновение и распространение в советском обществе идей демократии и права как организующих оснований социальной жизни.

Следующие два поколения демонстрируют отсутствие доминирующих представлений о гражданстве. То есть даже при довольно высоком уровне гражданской идентификации налицо отсутствие общих (более или менее разделяемых) оснований для солидарности и объединения в гражданскую общность, поскольку представления о сущностных характеристиках тех, кто в нее входит, предельно разнообразны. Можно предполагать, что представители этих поколений реализуют это разнообразие и в социальной практике, той самой практике, посредством которой гражданская общность становится реальным коллективным социально-политическим субъектом. Причем надо отметить, что эти два поколения, по крайней мере потенциально (в силу своего возраста), имеют наибольшее политическое, экономическое, социальное и т.д. влияние, а значит, занимают приоритетную позицию в социальном пространстве. Это является одним из важнейших факторов, обусловливающих проблемы становления гражданской общности в современной Беларуси.

Представители молодых поколений, в особенности «перестройки» и «установления независимости», выделяются наименьшей распространенностью территориального понимания гражданства, а также практически равной представленностью всех остальных вариантов ответов. Хотя здесь также не наблюдается явного доминирования, но уже очевидно преобладание формально-статусного понимания гражданства над эмоциональной и территориальной привязанностью.

У самого младшего поколения эта тенденция наиболее ярко выражена и, можно сказать, закреплена. Оно демонстрирует наибольшую распространенность интерпретации гражданства как формальной принадлежности (наличие гражданства), дополненной правовым статусом (выполнение прав и обязанностей), и наименьшую распространенность представлений о гражданстве как о чувстве привязанности к стране. Это поколение выделяется на фоне остальных. От непосредственно предшествующих поколений оно отличается бoльшей смысловой определенностью и однозначностью представлений о понятии «гражданин», а от более отдаленных – содержательной противоположностью этих представлений.

Таким образом, от поколения к поколению прослеживается качественное преобразование содержания представлений о сущности гражданской принадлежности. Наблюдается смена одного преобладающего смыслового наполнения представлений через разнообразие и эклектичность к другому преобладающему смысловому наполнению. Содержательно это изменение касается, в первую очередь, роли и места страны в понимании гражданства. Если среди старших поколений гражданство воспринимается через связь со страной – будь то формальную, эмоционально или ценностно подкрепленную, то молодое поколение, предъявляющее новое понимание сути гражданства, рассматривает его преимущественно как атрибут, статус или социально-политическую практику человека, вне связи с конкретной страной. Это позволяет зафиксировать не только отличия между поколениями, но и обозначить тенденцию изменения сущности гражданской общности как коллективного субъекта, а именно изменение критериев идентификации с ней и оснований, вокруг которых происходит объединение ее членов.

Суть изменений, происходящих в гражданском самосознании, подтверждается и раскрывается в предпочтениях при выборе желаемого гражданства и в отношении к собственной гражданской принадлежности. Ответы респондентов на вопрос «Если бы у Вас была возможность выбора, то гражданство какой страны вы хотели бы иметь?» показывают, что те поколения, для которых гражданство базируется на привязанности к территории или любви к стране, демонстрируют подавляющее предпочтение белорусского гражданства. В свою очередь представители «поколения реализации проекта белорусской государственности», обозначенного нами как выразителя качественных изменений в восприятии гражданской принадлежности, чаще других предполагают возможность смены гражданства (табл. 2). Это означает, что для них реализация себя как гражданина не имеет жесткой связи с конкретной страной и воспринимается скорее в качестве возможности самореализации.

Табл. 2. Предпочитаемое гражданство среди представителей различных поколений (в %)*

 

Поколения

 

Реализации проекта белорусской государственности

Периода становления независимости

Перестройки

Брежневского застоя

Сворачивания реформ

Шестидесятники

Дети войны

Воевавшее поколение

Предпочитаемое гражданство

Республики Беларусь

36,5

32,6

47,1

54,2

68,2

62,9

68,4

77,5

Двойное

13,5

5,8

8,5

6,7

6,4

4,8

2,1

2,5

Гражданство другой страны

15,6

18,6

17,0

13,4

5,5

12,4

8,4

5,0

Не задумывался

28,6

33,7

23,5

18,4

17,3

13,3

13,7

7,5

Затрудняюсь ответить/ Нет ответа

5,7

9,3

4,0

7,2

2,7

6,7

7,4

7,5

* таблица читается по строкам

В этом качественном сдвиге не только отражается исключительно белорусская специфика изменения гражданского самосознания, но и проявляется общая тенденция разрыва между «координатами», в которых происходит самоопределение человека в глобализирующемся мире, и непосредственным местом жизнедеятельности, пространством повседневных действий. Однако актуальные для глобализирующегося мира тенденции, понимания гражданства как естественного права или ипостаси человека происходят в Беларуси на фоне еще не до конца сформировавшейся нации. Наша страна как бы «пропустила» этап, на котором через осознание общего гражданства должно происходить конституирование оснований государственности нации, на котором именно гражданство является мотивацией для включенности в процессы, происходящие в стране, принятия ответственности за ее судьбу. Формально-статусное понимание гражданства оставляет решение этих вопросов вне сферы интереса гражданина.

Итак, современное состояние гражданской общности в Беларуси можно охарактеризовать как состояние социокультурного сдвига – периода смены смысловых и ценностных оснований ее существования. Обнаруженные различия между поколениями свидетельствуют не просто о смещении акцентов в этих основаниях, а о принципиальных изменениях. Для старших поколений взаимосвязь между членами гражданской общности опосредуется общей пространственной отнесенностью – общей страной, через отношение к которой (либо формальное, либо эмоционально насыщенное) осознаются и воспроизводятся узы, связывающие сограждан. То есть объединенность опосредована отнесением к чему-то лежащему вне индивидов, существующему независимо от них. Тогда как молодые поколения демонстрируют иное место цели и смысла, вокруг которых возможно объединение гражданской общности. Оно переносится на атрибуты и характеристики человека. Отсутствие опосредующего основания требует иных способов консолидации гражданской общности.

Выделение формально-статусных характеристик, в качестве основных критериев гражданства может предполагать два способа консолидации. Во-первых, типологическое объединение, основанное на сходстве черт и норм поведения. Оно фактически не несет в себе потенциала развития эмоциональной легитимности такого сообщества для его членов. Однако другой возможностью консолидации является единое пространство практики реализации тех норм и образцов, посредством которых определяется политико-правовой статус гражданина, общее пространство деятельности. При этом условиями существования такого рода коллективного социального субъекта, основаниями для солидарности ее членов является признание этого статуса, норм и способов его реализации в качестве значимой жизненной ценности. Тогда взаимодействия между членами общности и объединяющие их узы опосредуются общими ценностями и целями деятельности.

Собственно формулирование таких оснований консолидации и является сейчас важнейшей задачей в рамках проблемы содержания гражданского образования. Она усугубляется еще и отмеченной уникальностью белорусской ситуации, а значит и отсутствием прототипов и образцов. И это требует осознания серьезности и принятия ответственности за результаты гражданского образования.
--------------------------------

[1] Следует отметить, что, говоря о коллективном субъекте, мы имеем в виду явление социокультурное, существование которого связано не с наличием объективных связей между людьми, а с их осознаваемостью, признаваемостью и реализацией в соответствующей социальной практике.
[2] Распространенность термина «поколение» в социологических работах предполагает всякий раз уточнение его интерпретации, которая, на наш взгляд, должна быть обусловлена исследовательской проблемой. Именно постановка проблемы позволяет делать выбор между различными критериями, по которым может производиться выделение поколений.
[3] Обоснование данного подхода к понятию «поколение» см.: Водолажская Т.В., Кацук Н.Л. Поколения как субъекты социокультурного пространства: постановка проблемы и возможности исследования // Социологическое знание и социальные процессы в современном белорусском обществе. Мн.: УП «Экоперспектива», 2005 г. С.30-42.
[4] Эмпирической базой анализа стали данные, полученные в ходе исследования, посвященного проблемам этничности и гражданства (2004 г.), проведенного Институтом социологии НАН Беларуси по республиканской репрезентативной выборке (1000 чел.).
[5] В ходе поискового исследования по проблеме выделения поколений как субъектов белорусского социокультурного пространства были определены границы поколений, которые требуют подтверждения и дальнейшего анализа. Результаты исследования изложены в статье: Водолажская Т.В., Кацук Н.Л. Поколения как субъекты социокультурного пространства.
[6] Приведенные здесь возрастные границы рассчитывались с поправкой на изменение возраста представителей выделенных поколений с 2003 г. (год опроса поколенческого исследования) по 2004 г. (год опроса по проблемам гражданства).
[7] Водолажская Т.В., Кацук Н.Л. Поколения как субъекты социокультурного пространства.

Метки