Финансирует ли Евросоюз Лукашенко

Между европейским аудитом и беларуским гражданским контролем

Фильм-рекордсмен телеграм-канала-который-нельзя-называть среди обвинений в адрес Лукашенко поднял еще одну важную тему: расходование помощи Евросоюза в Беларуси, направляемой госструктурам. Хотя аргументация у авторов сомнительная, но сами вопросы злободневны и закономерны.

Что случилось с деньгами ЕС

В фильме «Золотое дно» упоминаются две схемы того, как «Евросоюз является финансистом роскошной жизни Лукашенко».

Во-первых, это нецелевое использование экологических грантов: например, под видом проекта по по очистке Западной Двины якобы ремонтировалась инфрактруктура Витебска. Анонимный источник, заявленный как сотрудник президентской администрации (неясно, действующий или бывший, и какого уровня) говорит: «Все выглядит так, что деньги направляются на экологию, на заповедник, а на самом деле заповедник содержит одну из резиденций».

Во-вторых, это коррупция вокруг «однопроцентных кредитов и безвозмездных грантов» стран ЕС. Хотя они выделяются на безбарьерную среду и развитие предпринимательства, а «Лукашенко раздает европейские деньги своему близком окружению, на них они строят жилые дома и продают квартиры беларусам в кредит… Отбивается тот 1%, который должны вернуть Евросоюзу, а оставшиеся деньги делятся между другом-застройщиком и самим Лукашенко».

В отличии от журналистских расследований или фильмов Навального, создатели «Золотого дна» не утруждают себя сбором доказательств и не предъявляют их публике. Фактически заявления о схемах подаются абсолютно голословно. Также отсутствуют детали: когда и какими странами ЕС были выделены однопроцентные кредиты? кто, когда и где построил жилые дома по такой схеме? сколько там квартир и за какую сумму они могли быть проданы?

Это не единственный фрагмент фильма, где авторы не утруждают себя погружением в детали. Например, уже на пятой минуте «резиденцией Лукашенко на улице Войсковой» называют здание, которое по фото легко опознать как Dipservice Hall. Хотя это не улица, а переулок, и не резиденция, а банкетный или конференц-зал, довольно обветшалый, в советской «классической» эстетике. Любой желающий может арендовать его за 54 BYN в час для фотосессии. В общем, невнимание к деталям и натяжки в заявлениях – характерная черта «Золотого дна».

Который пятак на автозак

Впрочем, это говорит только о качестве фильма, но не снимает важности поставленных в нем вопросов. Неспроста Виола фон Крамон-Таубадель, входящая в комитет Европарламента по контролю над исполнением бюджета (CONT),говорит о необходимости заняться аудитом на местах, и отмечает, что проблема нецелевого использования европейских денег касается и других стран, в том числе Венгрии и Чехии.

Однако независимо от результатов гипотетического будущего аудита, хочется вспомнить стихи Юрия Владимирова, представителя последнего объединения русских поэтов-авангардистов ОБЭРИУ:

Я послал на базар чудаков,

Дал чудакам пятаков.

Один пятак – на кушак,

Другой пятак – на колпак,

А третий пятак – так.

По пути на базар чудаки

Перепутали все пятаки.

Который пятак на кушак,

Который пятак на колпак,

А который пятак – так.

Только ночью пришли чудаки,

Принесли мне назад пятаки.

– Извините, но с нами беда:

Мы забыли – который куда:

Который пятак на кушак,

Который пятак на колпак,

А который пятак – так.

Попытка разобраться, насколько целевым образом беларуские власти расходовали европейские средства, сродни беде этих чудаков. Официальный представитель ЕС по вопросам политики соседства и расширения Ана Писонеро заявляет, что двусторонняя финансовая помощь ЕС направлена на то, чтобы принести конкретную пользу белорусскому народу, а для правильного использования средств есть много процедур контроля, включая проверки и аудиты.

Однако все это не отменяет того факта, что одни деньги в распоряжении беларуской власти не отличаются от других – как те пятаки у чудаков. Необязательно тратить именно деньги ЕС на обогащение приближенного бизнеса или на закупку дубинок для ОМОНа.

Проектная Шчучыншчына

Например, возьмем максимально безобидный проект, вроде «Энергоэффективной модернизации уличного освещения в городе Полоцке». От ЕС на это дело было выделено более 1.3 млн евро, за счет которых «на 28 улицах Полоцка появились 1904 новых светодиодных светильника, 12 автономных светильников на солнечных батареях, 310 новых опор освещения, более 30 км... провода и около 20 км кабелей..., 34 шкафа автоматического управления освещением» и прочее. Или грант ЕС около 750 тыс. евро Гродненскому областному управлению МЧС на приобретение коленчатого автоподъемника, легкового авто повышенной проходимости, комплекта нефтесборного оборудования и гидравлического аварийно-спасательного инструмента.

Но не то что бы без ЕС бюджетные деньги на инфраструктуру вовсе не тратились, и беларуские города стояли в темноте, а сотрудники МЧС ходили пешком и тушили пожары голыми руками. Да, вероятно, без таких проектов в Полоцке установили бы меньше фонарей и не таких энергоэффективных, а в Гродненском МЧС купили бы внедорожник подешевле и гидравлический инструмент попроще. Но факт в том, что вливание ресурсов ЕС в инфраструктуру беларуских государственных организаций позволяет власти экономить на таких работах и тратить бюджетные деньги на любые другие проекты, в том числе репрессивные.

Проще говоря, если Евросоюз выделил условному исполкому Шчучыншчыны условный миллион евро на энергоэффективную инфраструктуру в Гурнофеле, Желудке и Лядах, то этот миллион, вполне вероятно, так и потратят. А на тот условный миллион бюджетных рублей, который изначально пришлось бы на это потратить – и который теперь удалось сэкономить – смело построят служебное жилье для милиционеров и купят новый автозак. И ни один аудит тут ни к чему не придерется.

Гражданский контроль

Последние годы доноры в целом и ЕС в частности активно подталкивали гражданское общество к совместным проектам с госорганами. Это понятно с прагматической точки зрения: конечно, проще имплементировать проект, когда профильные чиновники сами в нем участвуют и дают зеленый свет (ну ли хотя бы не ставят палки в колеса). Возможно, в теории также предполагалось, что это позволит улучшить контакты между государством и гражданским обществом, будет способствовать налаживанию диалога и взаимопонимания.

На практике это приводило скорее к тому, что организации гражданского общества оказались критически заинтересованы в хороших отношениях с чиновниками, особенно региональные с местной властью. В свою очередь, смекалистые чиновники сориентировались и научились имитировать партнерство, чтобы и гранты получить, и с независимыми активистами не связываться. Вот как это выглядело, к примеру, в Новогрудке: «Владимир Кузьмич, руководитель проекта “Развитие возобновляемых источников энергии в Новогрудском районе – Дорожная карта для экологически чистой территории”, на вопрос о местных организациях гражданского общества, с которыми они сотрудничают, ничтоже сумняшеся назвал БРСМ, центры внешкольной работы и фонд “Мы и наш город” (создателем которого, по словам Кузьмича, является один из членов проектной команды)».

После 9 августа 2020 года масштабы помощи ЕС для беларуских властей упали, но не прекратились. Как признает в том же заявлении Ана Писонеро, помимо помощи гражданскому обществу и независимым СМИ, Евросоюз в Беларуси до сих пор финансирует «помощь молодежи» и «мероприятия по защите окружающей среды». Еврочиновница заявляет, что «Брюссель максимально удалил свою помощь Беларуси от центральных органов власти». Но в условиях отсутствия демократически избранного местного самоуправления это выглядит совершенно беззубо: какая разница, переводить евро райисполкому, облисполкому или напрямую на счета Минфина.

Что по-настоящему актуально – так это контроль беларуского гражданского общества над тем, на что направляется и как расходуется помощь ЕС в Беларуси. Безусловно, дареному коню в зубы не глядят, и ЕС имеет полное право тратить свои деньги так, как считает нужным. Но если целью ставить именно «конкретную пользу беларуском народу», то гражданский контроль и участие на всех этапах необходимы. Впрочем, это будет актуально в мирное время, а пока ситуация слишком острая, чтобы абсолютно приемлемые механизмы финансирования государства в принципе могли быть выработаны.

Комментарии

Толькi Зянон! Толькi ён мае сумленне!

Гость ад Зянона

\\\\\Шчучыншчыны условный миллион евро

евросоюз выделяет, а вождь берёт этот условный миллион евро в рамках игры в многовекторность, чтобы россия в свою очередь выделила условный миллиард долларов, на который он и содержит свой охренительный режим

Гость
Добавить комментарий

Наше Мнение © 2003-2021

Публикация писем читателей не означает согласие авторов проекта с высказанным мнением.