Меры по обеспечению безопасности участников административного процесса, – можно ли говорить о справедливом суде? (I)

Анонимность в суде

В средствах массовой информации появилась информация о поступлении предложений Министерства внутренних дел о внесении изменений в ПИКоАП, касающихся защиты сотрудников МВД, выступающих в качестве свидетелей в административных процессах [1]. Данные предложения предполагают неразглашение сведений о личности свидетелей, освобождение их от явки в судебное заседание, проведение закрытых судебных заседаний и запрет на выдачу сведений, а также другие меры по усмотрению суда.

Такие меры, по мнению МВД, позволят защитить сотрудников МВД от психологического и физического воздействия.

Предложения МВД сформулированы в общих терминах, в нем отсутствуют указания на применение его только в отношении сотрудников органов внутренних дел. Поэтому потенциально возможно применение новых норм и в отношении любых участников административного процесса и членов их семей.

Для оценки предложений МВД требуется принять во внимание следующие моменты.

Применение справедливых процедур судебного разбирательства и права стороны защиты в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах 1966 г.

В соответствии со статьей 22 Конституции Республики Беларусь, «все равны перед законом и имеют право без всякой дискриминации на равную защиту прав и законных интересов».

В соответствии с пунктом 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. [2] (далее – Пакт), «все лица равны перед судами и трибуналами. Каждый имеет право при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе, на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Печать и публика могут не допускаться на все судебное разбирательство или часть его по соображениям морали, общественного порядка или государственной безопасности в демократическом обществе или когда того требуют интересы частной жизни сторон, или – в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо, – при особых обстоятельствах, когда публичность нарушала бы интересы правосудия; однако любое судебное постановление по уголовному или гражданскому делу должно быть публичным, за исключением тех случаев, когда интересы несовершеннолетних требуют другого или когда дело касается матримониальных споров или опеки над детьми.»

Далее в пункте 3 (е) статьи 14 Пакта перечислены гарантии обвиняемых при предъявлении уголовного обвинения на основе полного равенства, в частности «допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос его свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей, показывающих против него».

Данные принципы получили свое развитие в Европейской конвенции по правам человека (далее – ЕКПЧ) и в практике Европейского суда по правам человека. Несмотря на то, что Беларусь не является участницей ЕКПЧ, ее положения имеют важное значение для уяснения международных стандартов, применяемых в настоящее время.

Статья 6 Европейской конвенции по правам человека (ЕКПЧ) содержит нормы, аналогичные статье 14 Пакта [3].

Применение в административном процессе гарантий статьи 14 Пакта

Положения Пакта, как и положения других международных договоров, имеют автономный характер, то есть не могут толковаться на основе национального законодательства [4]. Терминология, применяемая в Пакте, может совпадать с терминологией, применяемой в национальном законодательстве, но иметь разное значение. В частности, это относится к понятиям «уголовное обвинение» и «гражданский процесс», применяемым в Пакте.

Толкованием терминологии и наблюдением за выполнением государствами – участниками Пакта занимается Комитет по правам человека (ст. 28-45 Пакта). Решения Комитета по права человека являются обязательными для государств-участников. В соответствии с Факультативным протоколом к Международному пакту о гражданских и политических правах от 16.12.1966 г. [5], Комитет по правам человека наделен полномочиями по рассмотрению индивидуальных жалоб, касающихся предполагаемых нарушений Пакта государствами-участниками Протокола.

Комитет по правам человека указывает: «Право на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона, гарантируется, согласно второму предложению пункта 1 статьи 14, при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого лицам, или при определении их прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе. В принципе уголовные обвинения предъявляются в случае деяний, признанных наказуемыми по внутреннему уголовному праву. Это понятие может также распространяться на деяния, являющиеся уголовными по своему характеру, предполагающие санкции, которые независимо от их квалификации во внутреннем праве должны рассматриваться как уголовные с учетом их цели, характера или строгости.» [6]

Такие вопросы поднимались при рассмотрении конкретных дел.

В деле Осиюк против Беларуси (CCPR/C/96/D/1311/2004) [7] Комитет указал:

7.3. Что касается утверждения автора о том, что его права по статье 14 Пакта были нарушены, Комитет напоминает, что право на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом гарантируется при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого лицу, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе. Он напоминает, что уголовные обвинения в принципе относятся к действиям, признанным наказуемыми согласно внутреннему уголовному законодательству. Однако это понятие может также распространяться на действия, которые носят уголовный характер с санкциями, которые, независимо от их квалификации во внутреннем законодательстве, должны рассматриваться как уголовные из-за их цели, характера или серьезности. В этой связи Комитет отмечает, что понятие «уголовное обвинение» имеет автономное значение, не зависящее от классификации, используемой национальной правовой системой государств-участников, и должно пониматься в значении Пакта. Предоставление государствам-участникам права по своему усмотрению передавать решение по уголовному правонарушению, включая наложение наказания, административным органам и, таким образом, избегать применения гарантий справедливого судебного разбирательства в соответствии со статьей 14, может привести к результатам, несовместимым с объектом и целью Пакта.

7.4 Таким образом, перед Комитетом стоит вопрос о том, применима ли статья 14 Пакта к настоящему сообщению, то есть касались ли санкции по делу автора, связанные с незаконным пересечением государственной границы и передвижением транспортных средств через таможенную границу, «любого уголовного обвинения» по смыслу Пакта. Что касается условий «цели и характера» санкций, то Комитет отмечает, что, хотя в соответствии с законодательством государства-участника, санкции, примененные к автору, были административными, они преследовали цель наказания с помощью штрафа за совершенные им правонарушения и служили в качестве сдерживающего фактора для других лиц. Такие задачи являются аналогичными общей цели уголовного закона. Он также отмечает, что нормы права, нарушенные автором, направлены не на какую-либо группу, обладающую особым статусом - например, в порядке дисциплинарного права, - а на любое лицо, пересекающее государственную границу Беларуси; они предписывают поведение определенного рода и предусматривают наказание в отношении вытекающего из этого требования. Таким образом, общий характер правил и цель наказания, будучи одновременно сдерживающей и карательной, достаточно, чтобы показать, что рассматриваемые правонарушения, с точки зрения статьи 14 Пакта, носили уголовный характер.

В деле Рыбченко против Беларуси (CCPR/C/124/D/2266/2013), комитет указал:

8.10. Прежде чем рассматривать жалобу автора по пункту 3 статьи 14, Комитет должен принять решение о том, является ли пункт 3 статьи 14 применимым к настоящему сообщению, т.е. касаются ли санкции в связи с делом автора о распространении листовок «любого уголовного обвинения» по смыслу Пакта. В этой связи Комитет отмечает, что автор был приговорен к 15 суткам административного ареста за нарушение пункта 1 статьи 23.34 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях. Он далее отмечает, что правовые положения, предположительно нарушенные автором, касаются не какой-либо определенной группы, имеющей особый статус ? по аналогии, например, с дисциплинарным правом, ? а каждого, кто в своем качестве частного лица распространяет листовки, призывающие к протесту. Правила предписывают определенные нормы поведения и требуют установления вины и применения санкции карательного характера в отношении такого поведения. Комитет ссылается на пункт 15 своего замечания общего порядка № 32 (2007), в котором он определил, что право на равенство и на справедливое судебное разбирательство распространяется на деяния, являющиеся уголовными по своему характеру и предполагающие санкции, которые независимо от их квалификации во внутреннем праве должны рассматриваться как уголовные с учетом их цели, характера или тяжести [8]. Следовательно, общий характер норм и цель наказания, которые, таким образом, являются одновременно и сдерживающими, и карательными, позволяют установить, что данное правонарушение по смыслу пункта 3 статьи 14 Пакта являлось по своей природе уголовным.»

Как показывает практика Европейского суда по правам человека при рассмотрении правонарушений, относящихся ко всем гражданам страны (а не к отдельным группам), и которые приводят к наложению «карательных и устрашающих наказаний», такие разбирательства классифицируются как «уголовные» для целей статьи 6 ЕКПЧ[9].

В деле Ziliberberg v Moldova (2005 г.)заявитель был кратковременно помещен под стражу и впоследствии оштрафован согласно Кодексу об административных правонарушениях за участие в несанкционированной демонстрации. Суд постановил, что характер правонарушения, совершенного заявителем, распространялся на всех граждан страны в качестве нарушения общественного порядка, а карательный и устрашающий характер назначенного наказания подтверждал, что судебное разбирательство было «уголовным» согласно ст. 6 ЕКПЧ [10].

Такой подход в полной мере относится к предлагаемым изменениям в ПИКоАП, которые предусматривают рассмотрение дел об административных правонарушениях в отношении лиц, участвовавших в незаконных массовых мероприятиях, являющихся участниками неформальных объединений и движений, оказывающих групповое неповиновение представителям власти. В качестве наказания за такие нарушения предусмотрены штраф или административный арест. Такие меры демонстрируют, что несмотря на то, что в соответствии с национальным белорусским законодательством такие правонарушения рассматриваются как административные правонарушения, а не уголовные преступления, они, тем не менее, имеют характер «уголовного» разбирательства в смысле статьи 14 Пакта.

Следовательно, гарантии статьи 14 Пакта в полной мере распространяются на рассмотрение дел в рамках указанных административных дел в Республике Беларусь, включая гарантии по «уголовным обвинениям», упомянутые в пункте 3 статьи 14 Пакта.

Учитывая принцип равенства сторон, это означает, что в соответствии с международными обязательствами Республики Беларусь лицо, привлекаемое к ответственности в связи с рассматриваемыми административными правонарушениями, должно иметь право допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос его свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей, показывающих против него (п.3(е) ст.14 Пакта).

Право на защиту лиц, привлекаемых к ответственности, в соответствии с Пактом

Пункт 1 статьи 14 Пакта установил презумпцию проведения открытого судебного разбирательства со свободным доступом публики и прессы в зал суда. Право на открытое судебное разбирательство может быть ограничено лишь в условиях серьезной необходимости. Должны быть обеспечены право обвиняемого на равенство перед судами и трибуналами, на справедливое и публичное разбирательство дела (п.1 ст.14 Пакта) и право допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены (п. 3(е) ст. 14 Пакта).

Комитет по правам человека указывает:«право на равенство перед судами и трибуналами в общем смысле гарантирует право равного доступа и равенства состязательных возможностей и обеспечивает, чтобы обращение со сторонами в таких разбирательствах было свободным от какой бы то ни было дискриминации» [11].

Далее: «право на равенство перед судами и трибуналами обеспечивает также равенство состязательных возможностей. Это означает, что одни и те же процессуальные права должны обеспечиваться всем сторонам, кроме как если различия предусматриваются законом и могут быть оправданы по объективным и разумным основаниям, не ставящим подсудимого в фактически невыгодное положение и не подвергающим его иному несправедливому отношению». Комитет указывает, что данные гарантии должны применяться и при рассмотрении гражданских дел: «Принцип равенства сторон применяется также и в гражданском судопроизводстве и требует, в частности, чтобы каждой стороне была предоставлена возможность оспорить все доводы и доказательства, представленные другой стороной» [12].

Комитетом установлено: «в пункте 3 е) статьи 14 гарантируется право обвиняемых в уголовном преступлении лиц допрашивать показывающих против них свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и право на вызов и допрос их свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей, показывающих против них.  В качестве варианта применения принципа равенства состязательных возможностей данная гарантия имеет важное значение для обеспечения эффективной защиты обвиняемыми и их защитниками и тем самым обвиняемым гарантируются те же самые юридические полномочия требовать присутствия свидетелей и допрашивать или подвергать перекрестному допросу любых свидетелей, имеющихся у обвинения.» И далее Комитет указывает, что эта«гарантия …[предоставляет] право… на предоставление надлежащей возможности опросить и оспорить заявления показывающих против них свидетелей на одной из стадий судопроизводства» [13].

Комитет по правам человека указал[14]:

23. В некоторых странах используются специальные суды из «безликих судей», состоящие из анонимных судей, например в рамках мер по борьбе с террористической деятельностью. Несовершенством деятельности таких судов, даже если личность и статус судей были проверены независимым органом власти, зачастую является не только то обстоятельство, что личность и статус судей не доводится до сведения обвиняемых лиц, но и то, что имеют место такие процессуальные нарушения, как недопущение публики или даже обвиняемых или их представителей [15] к участию в процессе [16]; ограничения права на защиту с помощью выбранного самим обвиняемым защитника [17]; строгие ограничения или отказ в праве на общение с защитниками, особенно в случае содержания под стражей без возможности общения с внешним миром [18]; угрозы защитникам [19]; недостаточное время для подготовки к процессу [20]; или серьезные ограничения или отказ в праве вызывать и допрашивать свидетелей или в праве на то, чтобы свидетели были допрошены, включая запрет на проведение перекрестного допроса некоторых категорий свидетелей, например, сотрудников полиции, производивших арест и допрос подсудимого [21]. Суды, в состав которых входят или не входят «безликие» судьи, в подобных случаях не отвечают базовым стандартам справедливого судебного разбирательства и, в частности, требованию о том, что суд должен быть независимым и беспристрастным [22].

Некоторые из упомянутых Комитетом ограничений предусмотрены изменениями, предлагаемыми МВД в ПИКоАП.

Право свидетелей на безопасность

В то же время интересы свидетелей также должны приниматься во внимание, и судебные разбирательства должны быть организованы таким образом, чтобы свидетели не подвергались неоправданному риску. Хотя этот принцип не указан напрямую в ст. 14 Пакта и ст. 6 ЕКПЧ, он вытекает из других статьей этих международных договоров [23].

Средства массовой информации и публика могут не допускаться на все судебное разбирательство или часть его по соображениям морали, общественного порядка или государственной безопасности в демократическом обществе или когда того требуют интересы частной жизни сторон, или – в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо, – при особых обстоятельствах, когда публичность нарушала бы интересы правосудия. (п.1 Пакта)

Как указал Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), «Это правда, что статья 6 прямо не требует, чтобы интересы свидетелей в целом и интересы потерпевших, призванных для дачи показаний, в частности, принимались во внимание. Однако их жизнь, свобода или личная неприкосновенность могут быть поставлены под угрозу, как и интересы, которые обычно подпадают под действие статьи 8 Конвенции. Такие интересы свидетелей и потерпевших в принципе защищены другими материально-правовыми положениями Конвенции, которые подразумевают, что Договаривающиеся государства должны организовать свое уголовное разбирательство таким образом, чтобы эти интересы не подвергались неоправданной угрозе. На этом фоне принципы справедливого судебного разбирательства также требуют, чтобы в соответствующих случаях интересы защиты были сбалансированы с интересами свидетелей или потерпевших, вызываемых для дачи показаний.» [24]

Продолжение следует

Скачать полную версию статьи в pdf-формате.

--------

Примечания:

[1] МВД отмечает незащищенность своих сотрудников в ходе административных процессов и предлагает изменения в ПИКоАП, Сетевое издание «Onliner.by», 15.09.2020, https://people.onliner.by/2020/09/15/mvd-otmechaet

[2] Интернет-сайт Организации Объединенных Наций, https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/pactpol.shtml. Ратифицирован Указом Президиума Верховного Совета Белорусской ССР от 5 октября 1973 г. «О ратификации Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах и Международного пакта о гражданских и политических правах».

[3] Статья 6 Европейской конвенции по правам человека предусматривает следующее:

1. Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Судебное решение объявляется публично, однако пресса и публика могут не допускаться на судебные заседания в течение всего процесса или его части по соображениям морали, общественного порядка или национальной безопасности в демократическом обществе, а также когда того требуют интересы несовершеннолетних или для защиты частной жизни сторон, или – в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо – при особых обстоятельствах, когда гласность нарушала бы интересы правосудия.

2. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления считается невиновным, до тех пор пока его виновность не будет установлена законным порядком.

3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права:

a) быть незамедлительно и подробно уведомленным на понятном ему языке о характере и основании предъявленного ему обвинения;

b) иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты;

c) защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника или, при недостатке у него средств для оплаты услуг защитника, пользоваться услугами назначенного ему защитника бесплатно, когда того требуют интересы правосудия;

d) допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него;

e) пользоваться бесплатной помощью переводчика, если он не понимает языка, используемого в суде, или не говорит на этом языке.

[4] Комитет ООН по правам человека, Замечание общего порядка № 24 (52) по вопросам, касающимся оговорок, которые делаются при ратификации Пакта или факультативных протоколов к нему или при присоединении к ним, или относительно заявлений, сделанных на основании статьи 41 Пакта, 11 ноября 1994 года, CCPR/C/21/Rev.1/Add.6, https://tbinternet.ohchr.org/_layouts/15/treatybodyexternal/Download.aspx?symbolno=CCPR%2fC%2f21%2fRev.1%2fAdd.6&Lang=ru, “Nor should interpretative declarations or reservations seek to remove an autonomous meaning to Covenant obligations, by pronouncing them to be identical, or to be accepted only insofar as they are identical, with existing provisions of domestic law.” (p.19).

[5]  Факультативный протокол к Международному пакту о гражданских и политических правах. Протокол от 16.12.1966 г. ратифицирован Постановлением Верховного Совета Республики Беларусь от 10.01.1992 г. № 1393-XII «О ратификации Факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года о признании компетенции Комитета по правам человека в соответствии со статьей 41 настоящего Пакта» (Ведамасцi Вярхоўнага Савета Рэспублiкi Беларусь, 1992 г., № 5, ст. 84).

[6] Комитет ООН по правам человека, Замечание общего порядка № 32: Статья 14: Равенство перед судами и трибуналами и право каждого на справедливое судебное разбирательство, 23 августа 2007, CCPR/C/GC/32, доступ по следующему адресу: https://www.refworld.org.ru/docid/478b2b582.html, п.15

[7] Найти тексты решений Комитета можно в базе данных Верховного комиссара ООН по правам человека, используя поиск по номеру документа (символу) или по номеру сообщения, https://juris.ohchr.org/ru/Home/Index/.

[8] Осиюк против Беларуси (CCPR/C/96/D/1311/2004), пункты 7.3–7.4.

[9] Право на справедливый суд в рамках Европейской конвенции о защите прав человека (статья 6), http://www.echr.ru/documents/manuals/Article06/Interights-Art6-manual_RUS.pdf, стр.14-19.

[10] Там же, стр.14.

[11] Замечание общего порядка № 32 (сноска 6), п.8

[12] Замечание общего порядка № 32 (сноска 6), п.13.

[13] Замечание общего порядка № 32 (сноска 6), п.39.

[14] Замечание общего порядка № 32 (сноска 6), п.23.

[15] Сообщение № 1298/2004, Бесерра Барней против Колумбии, пункт 7.2.

[16] Сообщения № 577/1994, Полай Кампос против Перу, пункт 8.8; № 678/1996, Гутьеррес Виванко против Перу, пункт 7.1; № 1126/2002, Карранса Алегре против Перу, пункт 7.5.

[17] Сообщение № 678/1996, Гутьеррес Виванко против Перу, пункт 7.1.

[18] Сообщения № 577/1994, Полай Кампос против Перу, пункт 8.8; № 1126/2002, Карранса Алегре против Перу, пункт 7.5.

[19] Сообщение № 1058/2002, Варгас Мас против Перу, пункт 6.4.

[20] Сообщение № 1125/2002, Киспе Роке против Перу, пункт 7.3.

[21] Сообщения № 678/1996, Гутьеррес Виванко против Перу, пункт 7.1; № 1126/2002, Карранса Алегре против Перу, пункт 7.5; № 1125/2002, Киспе Роке против Перу, пункт 7.3;  № 1058/2002, Варгас Мас против Перу, пункт 6.4.

[22] Сообщения № 577/1994, Полай Кампос против Перу, пункт 8.8; № 678/1996, Гутьеррес Виванко против Перу, пункт 7.1.

[23] Lonati, Simone, Anonymous Witness Evidence Before the European Court of Human Rights: Is It Still Possible to Speak of "Fair Trial"? (May 26, 2018). European Criminal Law Review 1/2018, Available at SSRN: https://ssrn.com/abstract=3451436, стр.122.

[24] Doorson v the Netherlands (App no 20524/92) ECHR 26 March 1996, http://hudoc.echr.coe.int/rus?i=001-57972, п. 70.

Добавить комментарий

Наше Мнение © 2003-2020

Публикация писем читателей не означает согласие авторов проекта с высказанным мнением.