Занимаем, раздаем, возвращаем, занимаем

Перекрестное заимствование как базовый аргумент «модели»

Применительно к зарплатам и совокупным доходам населения существует известный эффект белорусского маятника: после достижения предельного «фазового» состояния начинается обратное движение. Так, например, исторический максимум средней заработной платы (USD589,9), а также совокупных денежных доходов населения в долларовом эквиваленте (USD51.293 млрд) был достигнут шесть лет назад, в 2014 году, в конце которого случился валютный кризис с последовавшим падением упомянутых показателей.

Следующий позиционный успех – 2019 год. Очередные исторические максимумы по зарплатам и денежным доходам населения – USD522,3 и USD39086,5 соответственно. Даже не принимая в расчет фактор COVID-2019 и игнорируя особенности функционирования белорусской экономической модели, несложно прогнозировать некоторое обеднение белорусских граждан в краткосрочной и среднесрочной (5 лет) перспективе. Такова логика «маятника».

Рис 1. Динамика изменения средней заработной платы в долл. США с 2008 г.

Занимаем, раздаем, возвращаем, занимаем

Источник: На основе данных Национального статистического комитета Беларуси.

По меньшей мере последние 12 лет (в действительности больше) «физические» возможности белорусской экономики в аспекте средней заработной платы вписываются в жесткий коридор USD350-590. Может ли зарплата «пасть» ниже минимального показателя? Может ли она превысить максимальное значение? Разумеется, все это – прекрасный повод в очередной раз поговорить о необходимости структурных реформ, а также актуализировать проблематику производительности труда. Мне бы, однако, хотелось упомянуть лишь один фактор, который неизбежно выступит в качестве важного ограничителя роста благосостояния белорусов. Это – долговая нагрузка. Это такой фактор, который будет неизбежно «виснуть» на показателях зарплат и социальных выплатах не только нынешнего, но и будущих поколений.

Существует обширное количестве исследований, выявляющих отрицательную зависимость внешнего долга и экономического роста. Так, например, К. Рейнхарт и К. Рогофф на основе выборки из 20 развитых и 24 развивающихся стран утверждают, что при достижении уровня внешнего долга 60% от ВВП среднегодовые темпы прироста ВВП снижаются на 2% [1]. Согласно линейной модели Глеба Шимановича рост соотношения внешнего долга к ВВП в постсоциалистических странах (и в Беларуси в частности) на 1% снижает темпы прироста душевого ВВП на 0,06% [2].

Существует ли зависимость между динамикой совокупных доходов (и также зарплат) и размером внешних долговых обязательств? Предположительно да, поскольку имеется зависимость между доходами и ВВП (впрочем, не очень явная и не совсем прямая [3]). Между тем применительно к Беларуси последние пять лет бросается в глаза поразительная сопоставимость цифр внешнего долга и денежных доходов граждан. В 2019 году это соотношения было: USD40,75 млрд против USD39,09 млрд (104,3%).

Таблица 1. Динамика денежных доходов населения и совокупного внешнего долга резидентов Беларуси в 2005-2019 гг., млн долл.

Период

Денежные доходы в долларовом эквиваленте

Совокупный внешний долг по состоянию на конец года

Абсолютное изменение

Отношение внешнего долга к денежным доходам, %

Денежных доходов

Внешнего долга

2005

17921,0

5128,0

28,6

2006

22683,4

6844,1

4762,5

1716,1

30,2

2007

27302,5

12496,8

4619,0

5652,7

45,8

2008

35035,0

15154,0

7732,6

2657,2

43,3

2009

31178,2

22060,4

-3856,8

6906,4

70,8

2010

36231,5

28402,7

5053,3

6342,3

78,4

2011

27273,8

34023,1

-8957,7

5620,4

124,7

2012

38420,8

33766,0

11147,0

-257,1

87,9

2013

49301,4

39621,1

10880,6

5855,1

80,4

2014

51293,0

40023,8

1991,6

402,7

78,0

2015

34631,8

38258,5

-16661,2

-1765,3

110,5

2016

29355,6

37516,5

-5276,2

-742,0

127,8

2017

33159,3

39833,8

3803,7

2317,3

120,1

2018

35676,6

39288,8

2517,3

-545,0

110,1

2019

39086,5

40750,3

3409,9

1461,5

104,3

Источник: разработка BusinessForecast.by на основе данных Национального статистического комитета и Национального банка Беларуси.

Это, вероятно, такое временное «равновесное» положение, которое, тем не менее позволяет представить «белорусскую модель» в качестве модели как таковой. Мы занимаем деньги, раздаем их, возвращаем долг, потом опять занимаем. Романтика. Другими словами, мы воображаем, что белорусская экономика является своего рода картонным ящиком, в котором все перераспределяется и почти ничего востребованного рынком не производится (что во многих отношениях соответствует действительности). Что это позволяет нам увидеть?

Во-первых, в долгосрочной перспективе мы видим опережающие темпы долгов страны по отношению к доходам ее граждан. С 2015 года общее соотношение – стабильно не в пользу доходов. Мы также можем увидеть характерные «скачки» доходов и долгов – это, разумеется, сопроводительные эффекты президентских выборов. Периодам президентских выборов, как правило, предшествовали «эпохи» роста доходов (и зарплат), хотя эти политико-деловые циклы – в силу воздействия различных факторов – не выглядят математически безупречными. Сегодня белорусские власти намерены назанимать у внешних агентов по меньшей мере USD3млрд.

Рис 2. Динамика денежных доходов населения и совокупного внешнего долга резидентов Беларуси в 2005-2019 гг. (слева – доходы, справа – долг), млн долл.

Занимаем, раздаем, возвращаем, занимаем

Источник: разработка BusinessForecast.by на основе данных Национального статистического комитета и Национального банка Беларуси.

Во-вторых, примем в расчет, что покупательная способность самого доллара США постепенно снижается под воздействием постоянной денежной эмиссии со стороны Федеральной резервной системы США. Поэтому тот же показатель денежных доходов населения в 2019 г. в реальном выражении (в сопоставимых ценах) может оказаться меньше соответствующего показателя 2008 г. За тот же период показатель долговой нагрузки возрос более чем в 2 раза. Таким образом, 12 лет назад белорусские граждане, вероятно, были богаче при том, что долговая нагрузка в относительном выражении тогда была в 2,4 раза меньше, чем в 2019 г.

Во-третьих, если тенденция укоренного роста долгов по отношению к доходам устойчива – а экономисты, вероятно, склонились бы к такому выводу, по меньшей мере, по двум причинам (ухудшение внешней конъюнктуры + исчерпанность потенциала восстановительного роста), – то для того, чтобы обеспечить такие же, как в 2019 г. (или даже несколько меньшие), доходы в 2020 г., нам придется заимствовать извне средств еще больше, чем в 2019 г. А в 2021 г. – как минимум столько же, сколько в 2020 г. Или столько, сколько дадут.

В конечном счете в текущем году доходы из-за девальвации и экономического кризиса пойдут вниз, а внешний долг – вверх. Посему показатель долговой нагрузки населения может обновить исторический максимум. А показатель доходов – не может обновить.

------------

[1] Carmen M. Reinhart and Kenneth S. Rogoff. “Growth in a Time of Debt.” American Economic Review: Papers & Proceedings 100 (May 2010): 573-578, http://www.aeaweb.org/articles.php?doi=10.1257/aer.100.2.573.

[2] Глеб Шиманович. «Внешний долг Беларуси: опыт постсоциалистических стран.» Исследовательский центр ИПМ, http://www.research.by/publications/wp/0901/.

[3] Игорь Николаев. «Почему растет ВВП и не растут доходы населения.» Ведомости, 5 июля 2017, https://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2017/07/06/711128-pochemu-rastet-vvp.