Ахенский договор как продолжение Елисейского

Сложности франко-германского лидерства

В 1963 г. ФРГ и Франция подписали Елисейский договор, предусматривавший развитие сотрудничества по множеству направлений. Он подвёл символическую черту под длительным соперничеством двух наций в первой половине ХХ в., а также фактически утвердил франко-германский дуумвират в качестве одной из основ объединённой Европы. Спустя более чем полвека Берлин и Париж инициировали подписание нового аналогичного соглашения. Соответствующая церемония состоялась в январе 2019 г. в Ахене. В данном мероприятии можно было бы увидеть обычную дань политической памяти – сродни выпуску юбилейных монет. Однако оно стало более значимым в глазах наблюдателей благодаря политическому контексту.

Единая Европа находится в непростом положении. В Польше и Венгрии особую популярность приобрели правые взгляды, а руководители этих государств иногда высказываются в провокационном евроскептическом духе. Миграционный кризис показал силу национального эгоизма, считавшегося устаревшим в свете успешной европейской интеграции. Отношения между странами ЕС и Соединёнными Штатами становятся неровными: в отличие от своих более деликатных предшественников, Д. Трамп не стесняется указывать европейцам на «их» место. Как следствие, в Европе возникла необходимость в повторной актуализации идей, лежавших в основе успешного развития послевоенных десятилетий.

Кроме уже отмеченных мемориальной и обновленческой, Ахенский договор выполняет и другие функции, которые хоть и не афишируются, но касаются важнейших реалий европейской и национальной политики. В этом документе можно увидеть стремление Берлина и Парижа показать строптивым восточноевропейским членам Евросоюза, что его основа останется прежней независимо от того, захотят ли Польша и прочие «периферийные» государства принимать деятельное участие в европейском строительстве. Для Великобритании этот документ может стать знаком того, что и без неё Евросоюз останется уважаемым игроком, а на существенные послабления в «Брекзите» при столь явном единстве позиций Лондону не стоит рассчитывать. Обновлённый франко-германский дуумвират также является ответом на скепсис президента Трампа в отношении евро-атлантического партнёрства, ставшего, на его взгляд, ношей для одного.

Подписание соглашения изначально было запланировано на 2018 г. – к 55-летнему юбилею Елисейского договора. Однако данное мероприятие было отложено на целый год из-за внутриполитических трудностей Берлина и Парижа. Сначала канцлер Германии А. Меркель была занята преодолением кризиса, возникшего после выборов в Бундестаг. У руководителя Пятой республики также появились проблемы. После победы на президентских выборах 2017-го Э. Макрон столкнулся с падением своего рейтинга, а осенью 2018-го во Франции широко развернулось движение протеста под названием «Жёлтые жилеты».

Лишь после заключения коалиционного соглашения между ХДС/ХСС и СДПГ Меркель смогла вернуться к проекту. Макрон был готов сделать это лишь в начале 2019 г., после завершения первой фазы антиправительственных выступлений. При этом для президента Франции Ахенский договор имел большее значение. Во-первых, его политическая оптика предполагает взаимосвязь национального престижа Пятой Республики и состояния Европейского Союза. Это стало ясно ещё во время президентской кампании 2017 г.: внешнеполитическая часть предвыборной программы Макрона была сосредоточена на европейском направлении. В 2017-18 гг. глава Франции неоднократно подтверждал это в ходе публичных выступлений. Во-вторых, он должен был хотя бы символически отреагировать на неравенство французской и германской ролей в европейских делах, становящееся всё более очевидным для сторонних наблюдателей. Кроме того, на фоне внутриполитических трудностей новое франко-германское соглашение выглядело как нечто позитивное.

Для Меркель договор стал возможностью продемонстрировать, что политические разногласия в её стране улажены в той мере, которая позволяет обратиться к внешнеполитическим проблемам, и в частности – к европейским делам, таким как укрепление союзнических отношений с Францией.

Подводя итог, нужно отметить, что некоторые положения недавно подписанного документа носят слишком размытый характер и повторяют то, что уже было сказано в Елисейском договоре. Это вызывает скептическое отношение со стороны некоторых специалистов. Немаловажно и то, что укрепление единой Европы, заявленное посредством очередного франко-германского договора, может быть воспринято отдельными странами ЕС как консервация доминирующего положения ФРГ и Франции и утверждение спорной логики «двухскоростной интеграции». С другой стороны, автор данного эссе относит себя к числу сочувствующих новому соглашению. Оно свидетельствует о стремлении двух европейских государств оживить ценностную составляющую международных отношений. В последние годы она была дискредитирована эгоизмом стран, участвовавших в спорах о миграции, изоляционизмом США и реваншистской внешней политикой России.