Почему смена премьер-министра – не такая уж важная новость для Беларуси

Элементы ручного управления

Глава государства сменил премьера, вице-премьеров и нескольких министров, перед этим обвинив Совмин в «пофигическом отношении к поручениям президента». Для любой европейской страны это стало бы шоком, который предваряли бы какие-то тектонические провалы, а последствием стало бы глобальное изменение властной команды и политической линии. В Беларуси ничего подобного ожидать не приходится.

Красные борцы вместо наемных менеджеров

Решение о переменах в высшем исполнительном органе системы государственного управления было принято по итогам поездки в Оршанский район. Его перспективность в целом колоритно характеризуют слова главы облисполкома Витебщины Николая Шерстнева – бюджет района дефицитный настолько, что «сумма дотаций десяти районов составляет сумму дотаций Оршанского». Там Александр Лукашенко посетил столь передовые предприятия, как Оршанский инструментальный завод, станкозавод «Красный борец», ОАО «Оршанагропроммаш» и Оршанский мясоконсервный комбинат, а также ОАО «Техника связи» в городе Барань.

Честно говоря, и без поездки на эти предприятия понятно, что дела там обстоят неважно. Впрочем, благодаря Александру Лукашенко мы смогли убедиться, насколько именно, а также послушать ужасающие характеристики, которые государственным фабрикам обычно дает разве что «Хартия»: «Разве это рабочие места? Темница какая-то! Каторжные люди работают за $200 в месяц». Кстати, пламенный привет дедолларизации экономики в стране, где даже президент считает зарплату в американской валюте.

По сути предъявленных президентом претензий можно согласиться: есть ты нанял менеджера на завод и дал ему поручение, а он за год его не выполнил и не предупредил об этом, зато строит потемкинские деревни к твоему приезду и не дает внятных объяснений, то его надо уволить. Вопрос, однако, в том, почему это все-таки никакой не наемный менеджер, а назначенный властью начальник, «красный борец» с разрухой на местах; и почему контролем за состоянием станков и крыш на захудалой фабрике в дотационном райцентре занимается не местный предприниматель, а лично президент страны и вся верхушка власти.

Здесь можно было бы написать абзац умных рассуждений с отсылками к рекомендациям международных финансовых институтов, где были бы слова «приватизация» и «эффективное управление», но чтобы заниматься этим сегодня в Беларуси – нужно быть еще более неисправимым оптимистом, чем я. И вообще, если приватизация – то куда же поехать президенту, чтобы отправить в отставку правительство?

«Или в тюрьму, или сюда»: особенности государственного менеджмента

Никого особенно не удивили слова Александра Лукашенко в адрес теперь уже бывшего министра промышленности Виталия Вовка: «У него выбор один: или тюрьма, или сюда [на Оршанский инструментальный завод]». Строгий выговор, служебное несоответствие, увольнение – ладно, это в компетенции непосредственного начальника, главы государства. Но в каком смысле от Виталия Михайловича требуют работать в Орше? Если рассуждать «по понятиям», то все логично – где работу провалил, вот туда и отправляйся расхлебывать. Однако речь идет о свободном гражданине, как пишет «Наша Нива» – даже кавалере ордена Почета. Возможно, он предпочел бы уйти в частный бизнес, где проработал 6 лет, или еще куда-то – это все же его личное дело. Вовк – не осужденный коррупционер, которых Александр Лукашенко регулярно милует и отправляет принудительно руководить колхозами.

Кстати, о сидельцах: а, собственно, на каком основании Вовка отправлять в тюрьму? Как бы плохо он ни справлялся с должностными обязанностями, это не является преступлением. Если какие-то его конкретные прегрешения перед законом известны – то почему он до последних дней был министром, а скоро будет работником Оршанского инструментального завода, где расследование? А если ни о каких преступлениях Вовка президенту не докладывали, то на каком основании ему без суда грозят тюрьмой?

Вообще все видео с оршанского совещания оставляет удручающе впечатление. Старушки, конечно, посмотрят БТ и полюбуются на сценку «хороший царь чехвостит плохих бояр», во все времена так любимую народом. Но вообще-то это пример далеко не самого эффективного стиля в менеджменте: начальник на повышенных тонах публично отчитывает подчиненных, стремясь добиться от них хоть каких-то результатов. А взрослые и вообще-то далеко не последние люди вынуждены все это терпеть, потому что «или тюрьма, или сюда».

Суета сует

В Беларуси отправить в отставку министров, премьера или даже все правительство несложно – была бы политическая воля. Однако кто заменит незадачливых чиновников?

Александр Лукашенко говорил о сформированном им кадровом резерве. Есть сомнения, что все его фигуранты готовы пойти на повышение. Потому что одно дело – просто состоять в президентском кадровом резерве, это почетно; а совсем другое – сесть в кресло того же Вовка, рискуя через некоторое время повторить путь своего предшественника: или в тюрьму, или по сути на принудительную работу в каком-нибудь очередном райцентре, где президент обнаружит разваливающийся советский завод. Но в чем сомнений нет, так это в том, что большая часть президентского кадрового резерва – это стандартные винтики белорусской государственной системы, чиновник и красные директора.

Хотя назначенный премьер-министром Сергей Румас – скорее исключение из правил, фигура либеральная и прогрессивная. Именно он был единственным высоким чиновником, который ради мягкой беларусизации пошел на публичный конфликт с коллегой не меньшего ранга – министром Шуневичем (и в конечном счете победил). Политический обозреватель Артем Шрайбман в своем телеграм-канале выражает уверенность, что Румасу как минимум обещали реальную власть: «Одним долгом партии его бы не завлекли на расстрельную должность. Раз согласился, значит пообещали полномочия. Если не отзовут их в процессе, то нас ждут веселые времена».

Что в действительности мотивирует Румаса сесть в кресло премьера – известно только ему самому. Но факт в том, что ни один премьер-министр в нынешней белорусской политической системе не обладал полномочиями по принципиальным вопросам (включая ту же приватизацию), более того – подобное влияние премьера или кого бы то ни было не совместимо с персоналистской властью президента. Специфика белорусской политики в том, что даже отставка всего правительства фактически не будет означать никакой смены курса. Назначение премьером либерала Румаса несомненно лучше, чем какого-нибудь коммуниста Атаманова, однако вряд ли способно кардинально изменить ситуацию.

Советским промышленным наследием и дальше будут управлять в ручном режиме, когда президенту нужно лично приехать в Оршу, чтобы начали сотрудничество два завода, стоящие в нескольких сотнях метров друг от друга. Это управление будет и дальше давать такой же мизерный эффект, как и теперь. Который все так же будет удручать и президента, и «каторжных» рабочих в «темницах».