Реформа косвенного доступа к конституционному правосудию: интересы личности вторичны

Открывшаяся второго апреля весенняя сессия Национального собрания Республики Беларусь привнесет много интересных законодательных новинок, и, прежде всего, в сфере судопроизводства. Например,внесенный Президентом 02.04.2015 г. (вх. №1562)в Палату представителей проект Закона Республики Беларусь «О внесении изменений и дополнений в законы Республики Беларусь по вопросам судоустройства и судопроизводства» (далее – законопроект). В большей своей части он содержит новую редакцию Кодекса о судоустройстве и статусе судей Республики Беларусь (далее – Кодекс о судоустройстве).

Очевидно, что это тот законопроект, подготовка и внесение которого предусматривались п. 12 Декрета Президента Республики Беларусь от 29 ноября 2013 г. № 6 «О совершенствовании судебной системы Республики Беларусь». В принципе, за исключением ряда новаций в сфере отбора народных заседателей и правомочий судьи, новый Кодекс о судоустройстве всего лишь приведен в соответствие с Декретом № 6, подчинившим экономические (бывшие хозяйственные) суды Верховному Суду Республики Беларусь с одновременным присоединением к нему Высшего Хозяйственного Суда и ликвидацией военной юстиции, а также передачей единому Верховному Суду полномочий Министерства юстиции в сфере организации деятельности общих судов.

Неожиданными в законопроекте стали положения, изменяющие процедуру косвенного доступа граждан и организаций к конституционному правосудию. Как известно, Беларусь одна из немногих европейских стран, в которой Конституционный суд не уполномочен рассматривать индивидуальные или коллективные конституционные жалобы физических и юридических лиц.

История вопроса

Начиная с принятия в 1994 г. Конституции и Закона от 30.03.1994 № 2914-XII «О Конституционном Суде Республики Беларусь» субъектами, уполномоченными обращаться в Конституционный Суд с предложением о проверке конституционности нормативных правовых актов, были выборные лица (не меньше 70 депутатов Верховного Совета, Председатель Верховного Совета, Генеральный прокурор – до конституционного референдума 1996 г.; Президент) и государственные органы и их структурные подразделения (постоянные комиссии Верховного совета; Верховный Суд и Высший Хозяйственный Суд, обе палаты Парламента, Правительство). Практически до конца 1996 г. производство по делу о проверке конституционности нормативного акта мог возбудить и сам Конституционный Суд. Таким образом, в Беларуси физические и юридические лица не могли и не могут напрямую защитить свои права и свободы посредством участия в процедуре исследования органом конституционного контроля их сомнений в конституционности нормативного правового акта.

Но, уже начиная с первого Закона о конституционном суде 1994 г. и принятого дополнительно Кодекса о судоустройстве от 29 июня 2006 г. № 139-З, появляется так называемый косвенный доступ к конституционному правосудию:«Государственные органы, не являющиеся уполномоченными Конституцией  субъектами, иные организации, а также граждане, в том числе индивидуальные предприниматели, обращаются с инициативой о внесении предложений, рассмотрение которых подведомственно Конституционному Суду, к Президенту, органам, обладающим правом внесения в Конституционный Суд таких предложений».Но, несмотря на наличие данной правовой нормы, как неоднократно указывалось в Посланиях Конституционного суда о состоянии конституционной законности за прошедший год, уполномоченные субъекты получали около сотни инициативных обращений ежегодно, ни одно из которых до 2014 г. не было реализовано такими субъектами.

Конституционный Рубикон

2014 год запомнится конституционалистам двумя знаковыми событиями: 1) вступление в силу Закона Республики Беларусь от 8 января 2014 года № 124-З «О конституционном судопроизводстве», в частности, частично регламентировавшего статус инициативных обращений и 2) направление Палатой представителей в Конституционный Суд предложения о проверке конституционности ряда норм УПК на основании инициативного обращения гражданки Белясовой.

I.Закон, также как и Кодекс о судоустройстве, под инициативным обращением понимает обращение физических и юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и государственного органа, не уполномоченного ч.4 ст. 116 Конституции на обращение в Конституционный Суд. Закон также установил требование для содержания такого обращения:вопросы для судебного разбирательства в Конституционном Суде, обоснование выводов и предложений (ст. 27). Правовая природа инициативного обращения, тем не менее, остается неясной. Согласно Закону инициативные обращения рассматриваются уполномоченными органами в порядке, установленном законодательными актами, закрепляющими правовой статус соответствующих уполномоченных органов, и принятыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, регламентирующими деятельность этих органов, с учетом требований законодательства об обращениях граждан и юридических лиц

С одной стороны, согласно ст. 2 Закона о конституционном судопроизводстве к законодательству о конституционном судопроизводстве относится не только Конституция, Кодекс о судоустройстве и данный Закон, но и иные законодательные акты, к которым, теоретически, можно отнести законодательные акты, закрепляющие правовой статус соответствующих уполномоченных субъектов и Закон Республики Беларусь от 18 июля 2011 г. № 300-З «Об обращениях граждан и юридических лиц».

Впрочем, на это можно возразить тем, что само понятие конституционного судопроизводства, закрепленное в ст. 1 Закона, не включает процесс рассмотрения уполномоченным субъектом инициативного обращения, т.к. касается лишь процессуальной деятельности Конституционного Суда и совершения судьями и участниками конституционного судопроизводства процессуальных действий, основанных на их процессуальных правах и обязанностях,рассмотрение инициативного обращения, среди которых, не значится (ст. 22 и ст. 3 Закона).

Таким образом, остается неясным, является ли инициативное обращение обычным обращением, ответ на который дается согласно требованиям Закона об обращениях, т.е. по существу, и который [ответ] можно обжаловать согласно производству из административно-правовых отношений (ГПК, ХПК) с перспективой получения судебного постановления, обязывающего уполномоченного субъекта обратиться в Конституционный Суд на основании инициативного обращения. Либо это обращение, в отношении которого законодательными актами установлен иной порядок их подачи и рассмотрения, что не позволяет распространить на него Закон об обращениях граждан и юридических лиц в полном объеме, а обжалование ответа на него происходит в исковом производстве.

II.Вступление в силу Закона о конституционном судопроизводстве практически совпало с обращением Палаты представителей в Конституционный Суд с предложением дать заключение о конституционности ряда норм УПК. Впервые за 20 лет упоминания в законодательстве процедуры косвенного доступа к конституционному правосудию, предложение уполномоченного субъекта было основано на инициативном обращении гражданина. Конституционным Судом было принято в пользу гражданина Заключение от 12 июня 2014 г. № З-928/2014, по существу аргументации копировавшего ранее вынесенное Конституционным Судом Российской Федерации Постановление  от 14 июля 2011 г. N 16-П, что позволило парламентарию В. Черевачу использовать этот единичный случай для обоснования существования именно косвенного доступа в Конституционной Суд:

«Было много дебатов. А почему не прямое обращение? Почему через уполномоченные органы? Сейчас на примере обращения гражданки Белясовой нормы о косвенном обращении действуют на практике. Это и подтвердило сегодняшнее заключение Конституционного суда».

Тем не менее, очевидно, сам Конституционный Суд, несмотря на удачное применение процедуры косвенного доступа гражданина к конституционному правосудию, посчитал правовое регулирование данной процедуры недостаточным, поэтому в Послании о конституционности законности за 2014 г. (Решение от 20 января 2015 г. № Р-975/2015) им было, в частности, указано:

«Граждане обращаются к   уполномоченным органам с инициативой о проверке конституционности акта, ссылаясь при этом на нарушение их прав, в соответствии с положениями Конституции о гарантиях судебной защиты прав и свобод, что предполагает рассмотрение инициативных обращений в порядке, установленном законодательством.

В связи с этим требуется законодательное определение пределов и порядка оценки уполномоченным органом достаточности оснований для внесения в Конституционный Суд предложения о проверке конституционности нормативного правового акта исходя из критериев разумности и обоснованности, не ставящее под сомнение саму возможность реализации права на судебную защиту. Такая мера будет способствовать расширению использования механизма косвенного доступа граждан к конституционному правосудию, усилению его роли в укреплении конституционной законности.

В Послании также указывается, что на встрече Президента с судьями Конституционного Суда 14 марта 2014 г. были поддержаны предложения по дальнейшему расширению возможностей конституционного контроля. Было обращено внимание на необходимость выработки эффективного законодательного механизма косвенного доступа граждан к конституционному правосудию, в том числе через уполномоченных субъектов. Весьма неожиданно изменения законодательства о конституционном судопроизводстве не заставили себя ждать.

Суть новаций

Законопроект в части реформы косвенного доступа к конституционному правосудию вносит изменения в Кодекс о судоустройстве и Закон о конституционном судопроизводстве.

I.Так, ст. 22 Кодекса в новой редакции будет предусматривать, в частности, следующее:

«С инициативой о внесении предложений о проверке конституционности нормативного правового акта, примененного в конкретном решении государственного органа или в постановлении суда, в результате чего, по мнению гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, организации, нарушаются их конституционные права и свободы, государственные органы, не указанные в ч. 4 ст. 116 Конституции, иные организации, а также граждане, в том числе индивидуальные предприниматели, обращаются к Президенту, органам, обладающим правом внесения в Конституционный Суд таких предложений.».

Определение инициативного обращения, содержащееся в ст. 1 Закона о конституционном судопроизводстве, претерпевает соответствующее изменение: обращение гражданина, организации к уполномоченному органу с инициативой о внесении в Конституционный Суд предложения о проверке конституционности нормативного правового акта, примененного в конкретном решении государственного органа или в постановлении суда, в результате чего, по мнению гражданина, организации, нарушаются конституционные права и свободы гражданина, права организации.

1. Соответственно, первая новация запрещает так называемые actio popularis, т.е. действия лица, не являющегося жертвой нарушения его прав, предпринятые в защиту прав и свобод иных лиц. Также, это означает, что субъекты, подающие инициативное обращение, могут рассчитывать лишь на конкретный (инцидентный) нормоконтроль, предполагающий проверку конституционности нормативного правового акта исключительно в связи с его применением в конкретной ситуации.

Следует отметить, что,на данный момент, инициативное обращение можно подать также и в рамках абстрактного нормоконтроля (in abstracto), т.е. безотносительно применения проверяемого нормативного правового акта на практике, а равно, не исключается возможность использовать косвенный доступ в Конституционный суд для защиты третьих лиц. После вступления в силу поправок в Кодекс о судоустройство (ст. 22) и Закон о конституционном судопроизводстве (ст. 1, 27, 28), защищать можно будет лишь свои права и нарушенные в конкретном случае.

Справедливости ради, отмечу, что, как международные судебные и квазисудебные учреждения (Европейский суд по правам человека, Комитет по правам человека), так и национальные органы конституционного контроля (Конституционный Суд РФ), также запрещают обращаться за защитой прав иных лиц и вне связи с конкретным применением оспариваемого нормативного правового акта (но, возможны исключения!). Нарушение указанных условий влечет признание, указанными органами, поданной жалобы неприемлемой с прекращением ее рассмотрения.

Но, в нашем случае идет речь об обращении не в Конституционный Суд непосредственно, а в уполномоченный государственный орган, от дискреционной воли которого зависит использование инициативного обращения для обращения в Конституционный Суд. Более того, Закон позволяет стороне, являющейся инициатором обращения в Конституционный Суд, изменить основание для рассмотрения предложения, внесенного в Конституционный Суд, содержание такого предложения, увеличить или уменьшить его объем, скорректировать позицию по делу в зависимости от хода его рассмотрения в судебном заседании, а также отозвать свое предложение (ст. 19).

Таким образом, несмотря на соблюдение условий о предварительном применении оспариваемого нормативного правового акта в иных государственных органах, суде, касательно своих прав и свобод, конечное содержание предложения о проверке конституционности нормативного правового акта будет зависеть от уполномоченного государственного органа и его понимания сути проблемы.

2.  Следует также обратить внимание на некоторую несогласованность новой редакции ст. 22 Кодекса и норм Закона о конституционном судопроизводстве. Так, Кодекс указывает, что к уполномоченному ч. 4 ст. 116 Конституции субъекту с инициативным обращением могут обращаться, в том числе, иные государственные органы. Но,нарушение прав данных государственных органов не указано в качестве основания для обращения с инициативным обращением. Выходит, что иные государственные органы могут направить инициативное обращение вне связи с нарушением их прав другим государственным органом, что предполагает осуществление абстрактного нормоконтроля. В тоже время, новая редакция Закона о конституционном судопроизводстве вообще не упоминает каких-либо государственных органов, уполномоченных направлять инициативное обращение. 

3.  Новая формулировка инициативного обращения согласно ст. 22 Кодекса и норм Закона о конституционного судопроизводства, также не дает ясного ответа на возможность несовпадения лица, в отношении которого принято правоприменительное решение или судебное постановление и лица, права и свободы которого нарушены примененным нормативным правовым актом.

К примеру, отказ палаты Парламента в аккредитации журналисту, нарушающий его право на получение информации, со всей очевидностью нарушит и право СМИ на распространение информации, а также права граждан на получение информации и участие в ведении дел государства. Отказ разрешить организаторам митинга проведение массового мероприятия, ударит также и по его предполагаемым участникам.

Полагаю, было бы разумным и справедливым разрешить внесение инициативного обращения лицом, в отношении которого не было принято конкретное правоприменительное решение или судебное постановление, но, которые, применив нормативный правовой акт, тем самым нарушили конституционные права и свободы такого лица. При этом,нарушенные конституционные права и свободы такого лица должны быть идентичными нарушенным правам и свободам лица, в отношении которого были приняты правоприменительное решение или судебное постановление, либо  быть производными от них, находясь в тесной связи.

4. Также, довольно неясным является содержание требования «применения нормативного правового акта», который, по мнению граждан и организаций, нарушает их конституционные права и свободы и в конституционности которого они сомневаются. Буквальное прочтение данной нормы позволяет утверждать, что достаточно, чтобы государственный орган или суд мотивировал оспариваемым нормативным правовым актом принятое правоприменительное решение или судебное постановление.

II. Второй новацией, стало закрепление в предполагаемой редакции ст. 27 Закона о конституционном судопроизводстве пресекательного срока для направления инициативного обращения уполномоченному субъекту: внести инициативное обращение возможно, если со дня вступления в силу конкретного правоприменительного решения государственного органа, постановления суда прошло не более одного года.

1. Следует отметить, что указанный срок не является процессуальным, а значит, не урегулирован Законом о конституционном судопроизводстве. Поэтому неясно, когда он начинает течь, когда заканчивается и может ли быть приостановлен или прерван.

2.  Под судебным постановлением Кодекс о судоустройстве понимает лишь заключение Конституционного Суда, а также приговор, решение, постановление, определение иных судов Республики Беларусь.

Следует отметить, что заключения Конституционного суда вступают в силу со дня их принятия (если не установлен иной строк), обжалованию и опротестованию не подлежат (ст. 85 Закона), но могут быть пересмотрены по усмотрению самого Суда не позднее пяти лет с момента их принятия, если 1) изменилась норма Конституции Республики Беларусь, на основании которой приняты заключение, решение Конституционного Суда, не вступившие в законную силу; 2) открылись новые обстоятельства, которые могут повлиять на сущность заключения, решения Конституционного Суда и содержащиеся в них правовые позиции.

Правила вступления в силу судебных постановлений судов общей юрисдикции следует выяснять в каждом конкретном случае в процессуальном законодательстве.

3. Определение «правоприменительного решения» государственного органа в законодательстве отсутствует. Учитывая, что законопроект лишает физических и юридических лиц права претендовать на абстрактный конституционный нормоконтроль, можно предположить, что под правоприменительным решением можно понимать любой официальный документ государственного органа, за исключением нормативного правового акта, применяющий нормативный правовой акт,нарушающий права и свободы физических и юридических лиц.

Как минимум, к конкретному правоприменительному решению будут относиться ответы, данные в рамках законодательства об обращениях граждан и юридических лиц; административные решения, принятые в рамках законодательства об административных процедурах. Можно предположить, что ненормативный правовой акт также будет отнесен к правоприменительному решению, если он будет касаться физического и юридического лица и его права и свобод.

4. Следует отметить, что законодательство о практически всех видах правоприменительных решениях не содержит норм о вступлении их в силу. На данный момент законодательство об административных процедурах содержит, вероятно, самый детализированный массив норм о вступлении в силу административных решениях. Соответственно, можно предположить, что субъекты, которые станут рассматривать инициативные обращения, могут попробовать разработать свое понимание вступления в силу правоприменительного решения.

5.  Отмечу, все правоприменительные решения, после их принятия, могут быть отнесены к условно вступившим в силу, т.к. существует порядок их обжалования вышестоящему государственному органу и (или) должностному лицу и (или) в суд. Соответственно можно предположить возможность попытки со стороны уполномоченных субъектов, признать инициативное обращение неприемлемым по мотиву отсутствия обжалования конкретного правоприменительного решения в вышестоящий орган и (или) суд.

III.Третьей новацией стал ясный и недвусмысленный запрет государственному органу, рассматривающему инициативное обращение, давать оценку конституционности нормативного правового акта. Также указывается, что основанием для направления предложения в Конституционный Суд является наличие обоснованных сомнений в конституционности такого акта.

1.  Первое требование вытекает из принципа разделения властей, согласно которому, лишь Конституционный Суд является единственным органом, осуществляющим контроль за конституционностью нормативных правовых актов Республики Беларусь (ст. 6, 116 Конституции). Конституционный Суд уже отмечал, что уполномоченные государственные органы «не вправе подменять Конституционный Суд и рассматривать конституционность  нормативного правового акта или его отдельных положений, а должны решать вопрос о наличии оснований для внесения в Конституционный Суд  соответствующего предложения, когда имеются сомнения в конституционности правовых норм». (п. 3 Решения от 30.12.2013 г. № Р-911/2013)

Таким образом, уполномоченный государственный орган не сможет отказать автору инициативного обращения с ссылкой на соответствие оспариваемого нормативного правового акта Конституции, международным договорам, законам, декретам и указам. Подобная норма является, на мой взгляд, ключевой и весьма прогрессивной, т.к. случаи, когда уполномоченные государственные органы, к примеру, Совет Республики, прямо указывали в ответе на инициативное обращение, об отсутствии противоречий оспариваемого нормативного правового акта Конституции, известны.

В качестве противоядия запрету оценивать конституционность закона, уполномоченные государственные органы могут воспользоваться многочисленными решениями Конституционного Суда, вынесенными в рамках предварительного конституционного контроля законов. Данные решения, как правило, не анализируют абсолютно все нормы проверяемого закона, но в итоге содержат стандартный огульный вывод: «На основании изложенного Конституционный Суд приходит к выводу о том, что по содержанию норм, форме акта и порядку принятия Закон соответствует Конституции».

Соответственно, подобные решения Конституционного Суда могут быть использованы в совокупности с презумпцией конституционности акта (ст. 13 Закона о конституционном судопроизводстве), чтобы отказать автору инициативного обращения без оценки конституционности оспариваемого нормативного правового акта.     

2. Также, мало что способно помешать уполномоченному государственному органу отказать с ссылкой на отсутствие в инициативном обращении сведений, свидетельствующих о наличии обоснованных сомнений в конституционности нормативного правового акта. Подобная норма представляет собой правовую неопределенность, т.к. в законодательстве о конституционном судопроизводстве отсутствуют критерии обоснованности сомнений в конституционности нормативного правового акта.

Полагаю, будет уместным напомнить мнение Конституционного Суда касательно будущего законодательного определения пределов и порядка оценки уполномоченным органом достаточности оснований для внесения в Конституционный Суд предложения о проверке конституционности нормативного правового акта: он [орган] исходит из критериев 1) разумности и 2) обоснованности, 3) не ставит под сомнение саму возможность реализации права на судебную защиту (Решение от 20 января 2015 г. № Р-975/2015). Соответственно, можно предположить, что процесс оценки обоснованности сомнений в конституционности нормативного правового акта, должен соответствовать, в том числе, вышеуказанным критериям.

3. Следует также отметить, что Закон о конституционном судопроизводстве в новой редакции больше не упоминает законодательство об обращениях граждан и юридических лиц, которое в настоящее время должно учитываться при рассмотрении инициативного обращения. Такой подход, по меньшей мере, спорен и опасен.

Ранее я уже указывал, что рассмотрение инициативного обращение не относится к конституционному судопроизводству, поэтому, в принципе, его можно урегулировать, в том числе, и законодательством об обращениях граждан и организаций. Такой подход позволит требовать от уполномоченного государственного органа давать ответ на инициативное обращение по существу и предоставлять авторам обращения доступ к материалам, связанным с рассмотрением их инициативного обращения.

Теперь же вся процедура рассмотрения инициативного обращения отдана на откуп конкретного государственного органа, при этом Закон о конституционном судопроизводстве не устанавливает рамочных условий касательно сроков рассмотрения инициативного обращения, наличия мотивировочной части в случае отказа, возможности и процедуры обжалования отказа.

На данный момент, лишь Совет Министров во исполнение Решения Конституционного Суда от 26 марта 2009 г. № Р-319/2009 внес изменения и дополнения в свой Регламент, добавив Главу 8-1 «Порядок рассмотрения Советом Министров Республики Беларусь вопросов внесения предложений в Конституционный Суд республики Беларусь», содержащую относительно детализированную процедуру внесения инициативных обращений в Правительство и порядок их рассмотрения.

Обе палаты Парламента, несмотря на Решения Конституционного Суд от 26 марта 2009 г. № Р-317/2009 и от 26 марта 2009 г. № Р-318/2009, в которых признана необходимость определения в их Регламентах порядка «рассмотрения обращений, содержащих инициативу о проверке конституционности нормативных правовых актов», так и не имплементировали данные решения в свои Регламенты. Информация о правовом регулировании рассмотрения инициативных предложений Президентом и Верховным Судом отсутствует.

Таким образом, продолжающаяся практика включения в Закон о конституционном судопроизводстве отсылочных норм касательно регулирования порядка рассмотрения инициативных обращений, приведет, в первую очередь, к снижению потенциала института косвенного доступа к конституционному правосудию. Самым лучшим вариантом в этом случае, на мой взгляд, было бы принятие специального закона, регулирующего все аспекты косвенного доступа в Конституционный Суд за исключением самого конституционного судопроизводства.

IV.Законопроектом также установлены требования к содержанию инициативного обращения, среди которых: 1) вид и наименование нормативного правового акта, о проверке конституционности которого предлагается направить предложение в Конституционный Суд, дату его принятия, источник официального опубликования; 2) нормы Кодекса Республики Беларусь о судоустройстве и статусе судей, дающие право на внесение инициативного обращения; 3) правовое обоснование позиции гражданина, организации по вопросу конституционности нормативного правового акта, применением которого, по их мнению, нарушаются конституционные права и свободы гражданина, права организации.

Законопроект прямо не обязывает прилагать к инициативному обращению конкретное правоприменительное решение или судебное постановление, тем не менее, их можно отнести к иным материалам, имеющим значение для рассмотрения инициативного обращения, включенным законопроектом в число сведений, содержащихся в инициативном обращении.

К инициативному обращению могут быть приложены списки свидетелей и экспертов, которых предлагается привлечь к участию в деле в случае возбуждения производства в Конституционном Суде.

Заключение

1. Учитывая наличие лишь одного заключения Конституционного Суда, вынесенного по предложению уполномоченного государственного органа на основании инициативного обращения гражданина, существование процедуры косвенного доступа к конституционному правосудию можно объяснить лишь «неудачно» выбранной в 1996 г. структуры проекта изменений и дополнений Конституции 1994 г., согласно которым положения о Конституционном суде, ранее находившиеся в разделе посвященном конституционному контролю, были перемещены в раздел, посвященный суду. Тем самым, в соответствии со ст. 60 Конституции, гарантирующей гражданам и организациям право на судебную защиту, было создано право граждан на судебную защиту посредством конституционного судопроизводства.

Соответственно, процедура косвенного доступа в Конституционный Суд представляет собой баланс между необходимостью обеспечить конституционное право граждан и организаций на защиту своих прав и свобод органом конституционного контроля и желанием государства защититься от «неудобных» конституционных жалоб со стороны последних.

Поскольку уполномоченные органы с 1997 по 2014 г. лишь один раз использовали инициативное обращение для внесения предложения в Конституционный Суд, можно предположить, что основная задача новаций в сфере косвенного доступа к конституционному правосудию – «очеловечить» процедуру и создать видимость доступного и эффективного механизма защиты гражданами и организациями своих прав в Конституционном суде.

Теоретически, можно также предположить, что новации представляют собой эксперимент по выяснению целесообразности внедрения института конституционной жалобы, в том числе, определению интеллектуальных способностей граждан и организаций соблюдать критерии приемлемости, установленные для обращения с жалобой в Конституционный Суд и аргументированно отстаивать свои прав и свободы.

2. С момента вступления в силу поправок в Кодекс о судоустройстве и Закон о конституционном судопроизводстве, инициативное обращение можно будет внести уполномоченному ч. 4 ст. 116 Конституции государственному органу лишь при следующих условиях: а) нормативный правовой акт нарушает конституционные права и свободы автора инициативного обращения, б) данный нормативный правовой акт применен в конкретном правоприменительном решении государственного органа или в судебном постановлении, в) с момента вступления в силу правоприменительного решения или судебного постановления прошло не больше одного года.

Таким образом, внедряется конкретный конституционный нормоконтроль, с запретом обращения в защиту третьих лиц.

Анализ данных критериев также позволяет утверждать, что они скопированы с условий приемлемости конституционной жалобы, подаваемой в Конституционный Суд Российской Федерации (см. ст. 96, 97ФКЗ от 21.07.1994 N 1-ФКЗ). Поэтому можно предположить, что практика Конституционного суда РФ по вопросам приемлемости конституционной жалобы, была также проанализирована разработчиками законопроекта и будет использоваться уполномоченными государственными органами при рассмотрении инициативного обращения.

3. На уровне Закона закрепляется запрет уполномоченным органам оценивать оспариваемый в инициативном обращении нормативный правовой акт на соответствие Конституции.

4. Отказ обратиться в Конституционный Суд возможен будет при условии отсутствия в инициативном обращении данных, указывающих на обоснованные сомнения в конституционности нормативного правового акта. Критерии обоснованности сомнений в конституционности нормативного правового акта законодательством не установлены и могут стать инструментом отсева «неудобных» инициативных обращений.

Полагаю, оценка обоснованности сомнений конституционности НПА должна быть разумной, обоснованной, не ставить под сомнение реализацию конституционного права на судебную защиту в Конституционном Суде.

Законопроект, указывая на необходимость информирования автора инициативного обращения о принятом решении по его обращению, не предусматривает обязанность мотивировать отказ обратиться в Конституционный Суд, что может привести к злоупотреблениям со стороны уполномоченных органов.

5. Законопроект устанавливает требования к содержанию инициативного обращения, несоблюдение которых, может также привести к возврату инициативного обращения без рассмотрения.