Особенности национальной девальвации

Как я уже отмечал в материале «Девальвация: польза и вред» девальвация не всегда является абсолютным злом. Однако случалось, что девальвация приводила в конечном итоге к падению политических режимов. Например, в Индонезии.

К моменту, когда произошел Азиатский финансовый кризис 1997-1998 гг., генерал Сухарто управлял Индонезией уже 33 года. Кризис нанес по экономике мощный удар. К январю 1998 года рупия упала с 2500 до 12500 за 1 доллар  – в пять раз за полгода, при этом половину своей стоимости она потеряла за пять январских дней. Сухарто в марте 1998 года умудрился переизбраться президентом – в результате «открытого и честного» голосования депутатов собственного парламента – и сформировать новое антикризисное правительство. Но наслаждался плодами очередной «элегантной победы» диктатор недолго, поскольку ситуация в экономике ухудшилась, и Сухарто был свергнут уже в мае того же года.

Есть и противоположные примеры, когда девальвация оказалась спасением от кризиса. К примеру, в результате кризиса 2008 года экономическим локомотивом Восточной Европы стала Польша. За полгода, с августа 2008 до февраля 2009 года, польские власти постепенно снизили курс злотого к доллару в полтора с лишним раза, с 2,1 до 3,7 злотого за 1 доллар, выправив тем самым перекосы, накопившиеся в экономике. При этом негативных социальных последствий от такой девальвации почти не было. Падение курса в полтора раза почти не сказалось на росте цен: в докризисном 2007 году инфляция в Польше составляла 2,5%, а в 2008 и 2009 годах чуть-чуть повысилась до 4% и 3,5% соответственно. Благодаря этому покупательная способность средней зарплаты вернулась на докризисный уровень уже к концу 2009 года, пишет Slon.Ru. Следует отметить, что в Польша благополучно преодолела кризис не только благодаря девальвации, но в силу других благоприятных факторов и обстоятельств – большого внутреннего рынка, где есть место для национальных производителей, готовых заменить подорожавший импорт; низкой бюрократической нагрузки на экономику; благосклонности Брюсселя, позволившего Польше стать крупнейшим получателем европейских субсидий; эффективной системы местного самоуправления, которая расходует эти субсидии на наиболее выгодные проекты, продолжает Slon.Ru.

А теперь попробуем оценить, где между этими крайними «девальвационными» случаями оказалась Беларусь. Если минувшие девальвации в Беларуси всегда сопровождались аналогичным, а зачастую даже опережающим ростом цен, то теперь наша власти ошибку вроде бы учли. Предприняли меры по недопущению роста цен в режиме «ручного управления». Но имеются здесь и негативные аспекты. Так, власти изначально запретили повышать цены на все товары, но реально это коснулось в первую очередь импорта. Ибо сами же власти начали повышать цены на «отечественные» товары и услуги в обход собственного запрета. Потом и лоббисты наших товаропроизводителей подтянулись: кто-то выпросил разрешение номинировать цены в долларах (якобы только для экспорта), кому-то удалось «обосновать» повышение цен и т.д. Сейчас вроде бы как и импортерам разрешили повышать цены в случае крайней необходимости, но, я полагаю, импортеров продолжат прессовать, в то время как «отечественный производитель» будет находить все больше лазеек для повышения цен. В результате вполне может произойти, что со своим ручным регулированием цен мы придем к ситуации, когда разрыв в ценах на товары «нашего» и «не нашего» производства увеличится, причем в конечном итоге не в пользу отечественных.

А ведь цель «правильной» девальвации вообще-то противоположная. При наличии у страны работоспособной валюты, а не фантиков, девальвация приводит к пропорциональному росту цен на импорт, а цена товаров собственного производства или не растет или растет в гораздо меньшей степени. Соответственно повышается конкурентоспособность «отечественного производителя». Как в вышеприведенном примере с Польшей. В Беларуси пока все наоборот. В результате ситуация может развиваться по «венесуэльскому» сценарию, который почти неизбежен при дальнейшем расширении методов «ручного управления» экономикой. Власти Венесуэлы жестко регулировали и курс национальной валюты, и цены – и результат катастрофический. Как сообщает Slon.Ru, в Венесуэле перестали функционировать самые простые структуры, которыми человечество научилось пользоваться еще в деспотиях Люди не могут достать простейшие продукты питания. Магазины большую часть времени стоят закрытыми, потому что открывать их бессмысленно – им нечего продавать. Частные супермаркеты могут открываться несколько раз в неделю на пару часов. Им удалось где-то достать валюту, что-то завезти, и они быстро распродают эту партию товара. Товары нормируют: четыре пачки молока в одни руки, или одну упаковку стирального порошка, или два дезодоранта. Тем, кто отоварился, ставят несмываемую отметку на руке. Иногда даже вида автоматов недостаточно для поддержания порядка: начинаются драки, местные гонят из очередей тех, кто с другого района…

Так что нашим «регуляторам» стоило бы изучить «передовой» венесуэльский опыт, но не для того, чтобы перенять, а с прямо противоположной целью. Пока же наблюдения за решениями наших властей наводят на мысли о том, что они тяготеют не к тому опыту.