Сельское хозяйство: методологический ресурс роста

По данным Белстата, в ушедшем году все хозяйства (организации, фермерские и хозяйства населения) увеличили валовое производство в сопоставимых ценах на 3,1% и произвели продукции на 131,4 трлн. рублей.

Доля растениеводства составила 48,4% в структуре производства, на животноводство пришлось 51,6% произведенной стоимости. При этом в сельскохозяйственных организациях и фермерских хозяйствах производство увеличилось на 3,8%. Производство в растениеводстве увеличилось на 10,9%, в животноводстве – уменьшилось на 0,8%.

Доля организаций и фермеров в структуре произведенной стоимости составила 78%, хозяйств население – 22%. Отметим исключительную точность статистических замеров, согласно которым, в 2013 году доля хозяйств населения составляла 22,1%, а через год несколько сократилась в сравнении со своим богатыми ресурсами «конкурентами».

Создается впечатление, что они и на самом деле конкурируют. Ведь, с одной стороны, речь идет о крупных деньгах: в хозяйствах населения произведена стоимость в 26 трлн. рублей. Не будь этих денег – и учтенная статистическая стоимость валовой продукции составила бы всего 105 трлн. рублей.

Можно предположить, что в этом деле экономические резоны уступают политическим соображениям, ибо действующая власть действительно много делала для развития сельского хозяйства, много инвестировала, постоянно облегчала дотационный режим организаций, и, следовательно, вправе требовать убедительных результатов. Разумеется, львиную долю ресурсов власть скормила сельскохозяйственным организациям, фактически лишив доступа к этим ресурсам остальных субъектов хозяйствования.

Впрочем, организации хоть и увеличили производство, но не настолько, чтобы его объемы удовлетворяли все внутренние и внешние потребности,  способствовали оздоровлению экономики и отраслевых финансов. Достаточно сказать, что экспортные потребности и взятые на себя обязательства,  Беларуси приходится удовлетворять  за счет импорта «польской свинины».

Тем более, надо демонстрировать, по меньшей мере, статистически фиксируемый рост. Как говорится, если его нет, то надо придумать. Технически это не сложно и не очень подозрительно для публики. Которая давно в курсе, что в частных хозяйствах производится значительная доля всей с/х продукции. Например, в середине 1990-х эта доля едва не достигла 50%. Рубикон, перешагнув который, требовалось дальше развивать частное земледелие. Но власть на это не решилась.

Официальные аграрии заговорили, что мелкие хозяйства «страну не накормят», поскольку не могут производить товарную продукцию. В отличие от колхозов, которые нужно и можно преобразовать в «фабрики мяса и молока». В общем, приступили к реанимации прежних «крупно-товарных» хозяйств.

При этом не обошлось без жонглирования понятиями. Например, крупно-товарным считается хозяйство, которая получает крупную прибыль. Прибыль как таковую – хоть и с учетом «разумных» дотаций. Однако на большинстве предприятий издержки превышали стоимость произведенной продукции и, следовательно, предприятия в действительности были банкротами, а не товаропроизводителями.

В официальном статучете подлоги были привычными еще с советских времен. Как, например, в случаях, когда разнокачественные вещи приводились к общему количественному знаменателю. По этому пути пошла и современная официальная статистика, прировняв товарное и преимущественно натуральное хозяйство, колхозы и хозяйства населения, установив для них одни и те же оценочные показатели.

Некоторый смысл в этом был, поскольку часть продукции населения попадала на рынок, а большую его часть, потребляемую самими хозяйствами в производственных целях, как и потребляемую семьями, можно оценивать в денежной форме. Но следовало бы четко определиться с количественными и качественными критериями, в частности с ценами. Если, например, урожайность продукции растениеводства оценивать в зависимости от земельных площадей, предоставленных хозяйствам, структуры их использования, средней урожайности в данной местности, то статистический урожай всегда превысит фактический физический и фактический стоимостный урожай.

А если, как в прошлом году, уродятся яблоки? Куда частнику с ними? Какую-то незначительную часть продают сами хозяева. Но когда речь заходят о тоннах плодов, требуется посредник. Потребкооперация закупала яблоки по 450 рублей за килограмм с условием их доставки на предприятие за свой счет. Какой тут профит? Хай яно згніе...Не только яблоки, но и прочая продукция в большинстве случаев не попадает на рынок и в нужной мере не потребляется в самом производстве.

Зато Белстат оценивает продукцию исходя из установленных закупочных государственных и рыночных цен для фермеров и организаций. Получается, как говорил один политик, и верно, да скверно. То есть нетоварная продукция оценивается как товарная.Помимо этого «методологического» подлога применяются и другие статистические фокусы.

Например: сельское население Беларуси в 2013 году сократилось во всех половозрастных группах; численность трудоспособных сократилась на 12 тыс. человек, пенсионеров – на 20 тысяч. Вместе с тем значительно сократилась численность крупного рогатого скота, в том числе коров. Уменьшилось количество овец и коз, лошадей и домашней птицы.За 2013 год пахотная площадь уменьшилась с 610,6 до 595,7 тыс. га.

Но: производства по сравнению с 2012 годом увеличилась в стоимостном выражении с 23,33 до 23,38 трлн. рублей. А в минувшем году – до 26 трлн. рублей.Получается, что люди убывают, скот сводится, а статистическое производство растет. Как говорится, вопреки тенденции.