Динамика трендов общественного мнения. Потенциал патриотической ниши

Июньский соцопрос НИСЭПИ зафиксировал стабилизацию президентского рейтинга Александра Лукашенко на достаточно высоком уровне в 40%, при этом индекс доверия президенту продолжил рост и приблизился к 50%. Этот рост обусловлен не столько объективными социально-экономическими факторами, сколько эмоциональными страхами большей части избирателей. На фоне низкого уровня оппозиционности в обществе (18%), относительного благополучия в финансово-экономической сфере, низкого уровня протестных настроений, негативного восприятия насильственной революции в Украине большинством электората, победа А. Лукашенко на следующих президентских выборах представляется весьма предсказуемой.

Одновременно с этим в экспертных и политических муссируются слухи, что сам А. Лукашенко намерен воспользоваться текущей благоприятной политической конъюнктурой и может назначить досрочные президентские выборы уже на февраль будущего года.

При этом, Лукашенко продолжает активные поиски новых способов и направлений воздействия на общественное сознание и пытается расширить свою электоральную базу еще значительнее. На фоне неудачи с актуализацией антикоррупционной проблематики, он начал активно использовать патриотическую риторику и заигрывать с национально ориентированным электоратом, удельный вес которого достаточно велик (до трети) и который ранее традиционно негативно относился к действующему главе государства. Такая тактика в сложившейся ситуации теоретически может помочь ему заполнить брешь в системе государственной идеологии, что придаст официальной пропаганде некоторую динамику и целостность.

Индексы социального самочувствия белорусов

Июньский опрос НИСЭПИ в очередной раз подтвердил, что белорусское общество продолжает оставаться в состоянии социальной фрустрации (неудовлетворенность без приемлемой альтернативы). Вывод экспертов НИСЭПИ о том, что в массовом сознании белорусов «экономика победила политику», представляется нам недостаточно обоснованным. Напротив – индексы социального самочувствия и динамика поддержки действующего президента продолжают двигаться в разном направлении. То есть, высказанное нами еще в прошлом году наблюдение, согласно которому уровень электоральной поддержки А. Лукашенко утратил прямую и непосредственную зависимость от динамики материального благополучия граждан, сохранился и даже усилился.

В этом контексте июньское исследование НИСЭПИ выявило ряд новых формальных алогизмов в настроениях и субъективных ощущениях белорусского социума. Теперь между собой не коррелируются не только показатели уровня материального достатка и поддержки действующего президента. Возникли заметные противоречия в направленности самих индексов «социального самочувствия», которые теперь также не связаны друг с другом.

В июне на 7% увеличилось количество респондентов, которые сочли, что их материальное положение за второй квартал ухудшилось (до 32%, в марте – 25%). Это худший показатель за последние два с половиной года. При этом количество тех, кто заявил об улучшении своего материального положение остается достаточно низким – 9% (падение на 1% по сравнению с мартом).

Объясняя причины такого резкого падения индекса социального самочувствия, можно согласиться с выводами экспертов НИСЭПИ, которые отмечают скромный в понимании белорусских граждан рост реальной заработной платы в январе-мае текущего года – на 3,6%. И хотя рост реальной заработной платы все же имеет место, более действенным стрессором для белорусского социума, как мы уже неоднократно отмечали ранее, остается фактор инфляции. Это подтверждает и июньский опрос. Так среди проблем, которые в наибольшей степени волнуют граждан, 80% респондентов назвали рост цен (другие проблемы набирают менее 40%). Действительно, властям так и не удалось обуздать инфляцию. За январь-май розничные цены увеличились на 8,9%, хотя правительство надеялось удержать инфляцию  по итогам года на уровне 11%. Неудивительно, что на фоне ухудшения индекса материального положения выросло и количество респондентов, которые считают, что белорусская экономика продолжает находится в кризисе – до 58% (рост по сравнению с мартом – на 3%).

На фоне негативной динамики индексов материального положения и восприятия кризиса внешне неожиданным стала позитивная динамика индекса материальных ожиданий и индекса «правильности курса». По сравнению с мартом количество оптимистов, которые считают, что социально-экономическая ситуация в Беларуси в ближайшее время улучшится, выросла на 5% и достигло 29% (лучший результат с 2010 года).

Индекс «правильности курса» впервые с марта 2011 года вышел из отрицательной зоны. В июне количество респондентов, которые считают, что «в целом положение вещей в нашей стране развивается в правильном направлении или в неправильном» сравнялось – по 42,3%.

Электоральная поддержка Александра Лукашенко

На фоне разошедшихся векторов индексов «социального самочувствия» граждан стабилизировался электоральный рейтинг Александра Лукашенко, который в июне составил – 40% (аналогичный результат в марте). А индекс доверия главе государства существенно подрос – на 4% (до 50%). Не доверяют ему существенно меньше – 39% респондентов.

Оценивая потенциал и динамику уровня электоральной поддержки Александра Лукашенко можно отметить и еще один косвенный, но достаточно показательный индекс. В контексте вопросов о геополитическом выборе, НИСЭПИ периодически задает респондентам вопрос: кого бы они видели президентом единого государства Беларуси и России в случае их объединения. В июне соответствующий рейтинг Александра Лукашенко составил 34% (на 9% выше, чем у Владимира Путина), и это максимальный показатель с 2008 года. В предшествующие годы он составлял всего 27-28%.

Алогизм в соотношении самих индексов «социального самочувствия», а также отсутствие их корреляции с динамикой поддержки действующего президента представляется нам только внешним. Можно с большой долей уверенности предположить, что при очевидном недовольстве своим материальным положением, большинство респондентов оценивают ситуацию в сравнении.

И здесь по целому ряду признаков решающим стал фактор соседней Украины (это, в частности, подтверждается повышенным уровнем внимания белорусского социума к событиям в этой стране: следят за этими событиями свыше 2/3 респондентов). Большинство белорусов негативно восприняло революционные события в Украине. На фоне продолжающейся в Украине войны, инфляции и девальвации, уровень которой намного превышает белорусский, нарастающих экономических и социальных проблем, курс белорусского президента действительно представляется большинству граждан правильным, а их собственные перспективы кажутся гораздо более радужными, чем у воюющих соседей. Лукашенко при этом выступает в роли гаранта не повторения украинского сценария в Беларуси.

В поисках новой пропагандистско-идеологической ниши

Несмотря на очевидную прочность текущей электоральной поддержки действующего президента, значение этого фактора не следует преувеличивать даже в среднесрочной перспективе. Стабилизацию рейтинга Лукашенко на достаточно высоком уровне и рост доверия к нему со стороны населения пока еще очень рано рассматривать как устойчивый тренд. После острого социально-экономического кризиса 2011 года его электоральные показатели долгое время оставались в зоне сильной турбулентности.

Нынешняя высокая электоральная поддержка А. Лукашенко, как отмечено выше, обусловлена не столько объективными экономическими факторами, сколько эмоциональными страхами большей части избирателей. А человеческие эмоции, как известно, гораздо волотильнее любых экономических факторов и показателей. Сегодня большинство избирателей видят в нем «меньшее зло», однако под влиянием внешних обстоятельств (не обязательно белорусских, то есть вообще не подконтрольных действующему президенту), эти настроения могут быстро измениться. Тем более, что несмотря на рост индекса «правильности курса», большинство граждан в июне хотело бы перемен (52%, по сравнению с декабрем 2010 года рост на 11%), на стороне стабильности оказалось только 38% респондентов.

Сам А. Лукашенко по всем внешним признакам это также прекрасно осознает и активно ищет новые эффективные каналы и формы воздействия на электорат. Он пытается «изобрести» новые лозунги и идеологемы, которые позволят ему мобилизовать на свою поддержку новые группы избирателей. Этот поиск он начал еще в период киевского Майдана, когда он в очередной раз стала очевидной опасность отрыва руководителя страны от чаяния и настроений большинства граждан.

Основная болезненная для Лукашенко проблема заключается в том, что большинство избирателей (даже многие из тех, кто остается ему лояльными) перестали видеть в нем действительно «народного президента», искреннего выразителя интересов «простого народа». Большинство электората считает его президентом «чиновников и силовиков». Июньское исследование в очередной раз подтвердило высокий уровень этого скептицизма. Так, только 36% респондентов согласилась с утверждением Александра Лукашенко, что «Власть в Беларуси не допустила разделения общества на нищих и богачей, защитила и поддержала человека труда». Близкое количество респондентов (39%) отметило, что созданная Александром Лукашенко модель – «это мое государство, оно защищает мои интересы».

Еще 45% посчитало, что «это лишь отчасти мое государство, оно недостаточно защищает интересы таких как я». Эту электоральную группу нельзя считать враждебной действующему президенту. Напротив, объективно, это его электоральная «периферия», значительная часть которой может проголосовать за него на следующих выборах. Суммарный показатель тех, кто считает созданную Александром Лукашенко модель полностью или частично «своим государством», примерно коррелируется с количеством респондентов, которые не считают, что находятся в оппозиции к нынешней власти – соответственно 84% и 82%.

Однако очевидно, что одного только лозунга об «идеальном», «подлинно народном» государстве уже недостаточно. А учитывая естественную усталость от личности Александра Лукашенко, занимающего пост президента свыше 20 лет, а также ограниченности финансовых ресурсов власти для осуществления масштабных популистских программ, для мобилизации на свою поддержку этой электоральной «периферии» ему сейчас нужны дополнительные мотиваторы, новые, более эффективные лозунги, месседжи и идеологемы.

Фиаско антикоррупционной риторики

В начале текущего года из лексикона Александра Лукашенко исчез ранее часто повторявшийся месседж о том, что «наши людишки сами во всем виноваты»: в росте цен, девальвации и т.д. Тогда же он попытался сделать ставку на хорошо срабатывавшую в первые годы его президентства риторику борьбы с коррупцией. Весной прошла целая череда арестов достаточно крупных чиновников, обвинённых в различных злоупотреблениях. Однако, на этот раз антикоррупционная пропагандистская кампания не принесла существенных электоральных дивидендов. О чем наглядно свидетельствуют и данные июньского опроса НИСЭПИ.

Только 39% респондентов согласны с тем, что «власть постоянно и жестко борется с коррупцией». При этом гораздо меньшее количество респондентов (27%) верят, что «А.Лукашенко сможет добиться успеха в борьбе с коррупцией, проведя решительную чистку рядов чиновников высшего ранга и ужесточая наказания за подобные преступления».

Еще 30% (очевидно достаточно лояльных ему респондентов) сочли, что он «будет пытаться бороться с коррупцией, но ему вряд ли удастся добиться существенных успехов». 21% респондентов посчитали, что ему «трудно бороться с коррупцией, поскольку он сам во многом зависит от коррумпированных чиновников». Еще 20% в принципе не верят, что Лукашенко «будет серьезно бороться с коррупцией, поскольку он тем или иным образом заинтересован в ней».

Однако, что не менее существенно, сама антикоррупционная проблематика не является топово значимой для массового электората. В иерархии проблем, которые в наибольшей степени волнуют избирателей, коррупция заняла пятое место с 23%. Очевидно, что эта тема не может принести Александру Лукашенко серьезных электоральных дивидендов на выборах будущего года. И это толкает его на дальнейшие поиски.

Борьба за патриотическую нишу

После оккупации Крыма и фактического вмешательства России на Донбассе, Александр Лукашенко начал активно использовать патриотическую риторику, подчеркивать ценность независимости и суверенитета страны, а также необходимость бороться за эти ценности. В его выступлениях появились высказывания о национальной идентичности и национальной гордости, стратегической важности национальной консолидации. В своем очередном ежегодном послании парламенту часть выступления он демонстративно сделал на белорусском языке, хотя ранее на белорусском языке он только язвил в отношении оппозиции. На протяжении последних месяцев он несколько раз также озвучивал идеи о необходимости поддержки родного языка и национальной культуры.

Очевидно, что такого рода идеологический разворот имеет объективные причины и обусловлен вполне оправданными опасениями перед нарастающей авантюрностью и агрессивностью Кремля. Однако такого рода риторика оказалась широко и позитивно воспринята массовым избирателем. Так, оценивая различные месседжи, прозвучавшие в ежегодном послании президента, подавляющее большинство респондентов (71%) поставили на первое место тезис: «Мы не пророссийские, не проукраинские и не пропольские, мы – не русские, мы – белорусские!».

Очень высокую поддержку (68%) получил и тезис президента – «Мы, белорусы, не хотим и не должны допустить раскола нашего общества. Наши независимость и молодая государственность раздражают, конечно же, многих. И если в нашем единстве появится трещина, обязательно найдутся желающие этим воспользоваться». Даже среди респондентов, не доверяющих Лукашенко, с этим согласились 46%.

Нам представляются оправданными выводы экспертов НИСЭПИ, которые отмечают влияние российско-украинского конфликта на рост патриотических идей в белорусском обществе: «Мобилизация под национальными лозунгами оказалась заразительной. Россияне консолидируются вокруг идеи «Русского мира», белорусы – вокруг идеи своей уникальности («мы не пророссийские, не проукраинские...»)».

Отметим также, что опрос НИСЭПИ показал наличие в белорусском социуме количественно серьезной электоральной группы, ориентированной на национальные ценности и национальную идею. Так, к примеру, июньский опрос показал, что 32% респондентов поддерживают историческую символику (герб «Погоня» и бело-красно-белый флаг). Это очень высокий показатель, учитывая что данная проблематика не только долгое время репрессивно искоренялась властью, но и де-факто была табуированной для большей части белорусской оппозиции.

Особенно значимым представляется тот факт, что наибольшей поддержкой (38%) национальная символика пользуется в среде молодого электората (18-29 лет), хотя именно эта группа уже не застала (во всяком случае в сознательном возрасте) период, когда эти символы были официально государственными. Еще более высокий показатель поддержки национальной символики (43%) в такой социально активной группе, как постоянные пользователи интернета (общий удельный вес – 32%).

Как отмечено выше, приверженность национальным символам прививалась молодежи не оппозицией. Для них это – самостоятельный, собственный выбор, не обусловленный текущими политическими процессами и партийными симпатиями. Пока не ясно, как далеко готов зайти Александр Лукашенко в национально-культурной тематике. Однако потенциально, указанные социальные группы могут стать для него перспективным источником рекрутинга новых сторонников.