Кодекс об образовании оставит студентов и без образования, и без самоуправления

Согласно плану Палаты представителей на 2014 г., в декабре этого года парламент рассмотрит поправки в Кодекс об образовании. На сайте Министерства образования уже появился проект поправок. [1]

Белорусская студенческая ассоциация БОСС, действующая при Учреждении «Студенческая фабрика мысли», еще в 2013 году предложила 7 статей в Кодекс об образовании, которые решили бы 7 главных проблем студенческого самоуправления Беларуси:

1. Студенческое самоуправление (ССУ) отсутствует в законодательстве как таковое. Для сравнения: в польском законе для ССУ в отведена целая глава, а в украинском есть статья 38, которая гарантирует ему широкие полномочия.

2. ССУ не обладает субъектностью в отношениях с третьими лицами (не является юридическим лицом, не может выступать от собственного имени), в связи с чем предлагалось внести дополнение в Кодекс об образовании о праве ССУ приобретать статус юридического лица (студенческой общественной организации).

В Литве же студенческие самоуправления (они там названы студенческими представительствами) могут зарегистрироваться в качестве юридического лица – общественного объединения. Это позволяет литовским студентам заключать соглашения со студентами других университетов, вступать в национальные и международные студенческие ассоциации. Примечательно, что одно столетие назад белорусские студенческие объединения имели больше прав, чем сейчас. Так, Белорусский студенческий союз Виленского университета им. С.Батория являлся членом Объединения Белорусских Студенческих Организаций (ОБСО) в Праге, а также взаимодействовал с Международной студенческой конфедерацией (Conf?d?ration internationale des ?tudiants — CIE) [2].

3. Студенческое самоуправление юридически не является представителем студентов, поэтому мы предлагали дополнить Кодекс нормой, согласно которой студенческое самоуправление является представителем студентов в процессе управления учреждением высшего образования.

В Германии, Украине и Польше органы студенческого самоуправления являются единым выразителем интересов студенчества. Если ректор хочет узнать позицию своих студентов, он разговаривает с руководством ССУ. В белорусских же вузах ни студенческие советы, ни какие-либо иные органы и организации не обладают правом выражать мнения студентов на переговорах с администрацией учебного заведения. Как следствие – незащищенность студентов как группы.

4. Студенты не входят в состав большинства коллегиальных органов, принимающих решения по правам и интересам студентов. Белорусский закон ничего не говорит о студенческой квоте в органах самоуправления вузов. Только в Положении о Совете учреждений образования, утвержденном Министерством образования РБ 18 июня 2011г., устанавливается 25%-е представительство учащихся в таком совете. При этом не делается различий между университетом и детским садом. Однако на практике даже в таком бесправном органе, как совет вуза студенческая квота обычно не обеспечивается. Естественно, БОСС предложил внести в Кодекс об образовании норму об участии представителей студенческого самоуправления во всех органах, чьи решения затрагивают права и интересы обучающихся.

Сейчас белорусские студенты ограничены в возможности участвовать в выработке решений, не способны блокировать ущемление своих прав и интересов на стадии, когда это сделать легче всего, то есть на этапе обсуждения и принятия решения. Из-за отсутствия представительских функций и ограниченного участия в органах управления учреждения высшего образования, студсамоуправление фактически бесправно в отношении вопросов, касающихся студентов. Между тем в Германии и Польше существует обязательная студенческая квота на места как высшего органа университета – сената, так и других мало-мальски значимых органов, вроде стипендиальных и бюджетных комитетов.

5. Вуз фактически несет ответственность и отчитывается перед госорганами за действия студентов. Из-за этого он постоянно вмешивается в работу ССУ. Мы предложили внести в Кодекс дополнение о праве ССУ приобретать статус юридического лица (студенческого общественного объединения), то есть структуры, самостоятельно отвечающей за свои обязательства и возможные нарушения.

Данная проблема отсутствует в Германии и Польше, поскольку автономность и самостоятельность ССУ вошли в разряд само собой разумеющегося. Литва решила закрепить в их законодательстве, предоставив органу студенческого самоуправления право стать юридическим лицом. Беларусь же вместо того, чтобы в свое время ввести в законодательство новый вид общественного объедения – студенческое ОО, ввела такой вид как «государственно-общественное объединение», коим является БРСМ.

6. ВУЗы не выделяют достаточных средств на студенческую активность. В связи с этим студенты предложили внести дополнение в Кодекс об образовании о выделении определенной доли от бюджета вуза на финансирование ССУ.

В отличие от нашего кодекса, украинский закон о высшем образовании гласит: «Финансовой основой студенческого самоуправления являются средства, определенные Ученым советом высшего учебного заведения в размере не менее 0,5 процента средств специального фонда соответствующего высшего учебного заведения». У студенческих организаций Украины есть гарантированные средства на деятельность, у белорусских вместо этого – полная финансовая зависимость.

7. ССУ не может самостоятельно приобретать и распоряжаться материальными и финансовыми средствами. Это решается созданием новой формы общественных объединений – студенческой общественной организации в статусе юридического лица.

Альтернативой может служить пример Польши, где ректор университета выдает председателю студенческого правительства доверенность на приобретение и распоряжение имущества, заключение сделок от имени университета.

Для наглядности продемонстрируем различия в положении студенческого самоуправления в Украине, Польше, Литве, Германии и Беларуси с помощью таблицы:

 

Украина

Польша

Литва

Германия

Беларусь

Студенческое самоуправление (ССУ) закреплено в законодательстве о ВО

+
(ст.38 закона о ВО)

+
(глава 4 закона о ВО)

+
(ст. 56-57 Закона об образовании и науке)

+
(Секция 41 Рамочного акта о ВО)

-

ССУ является юридическим лицом

-

+-
(Студпарламент Польши является юр.лицом)

+

-

-

ССУ  является представителем студентов в процессе управления учреждением высшего образования

+

+

+

+

-

Студенты входят во все органы УВО, чьи решения затрагивают права и интересы обучающихся

+-

+

+

+

-

Выделение определенной доли от бюджета вуза на финансирование ССУ;

+

+

+

+

-

ССУ может самостоятельно приобретать и распоряжаться материальными и финансовыми средствами

-

+-
(реализовано на практике через доверенность ректора и субсчета)

+

+

-

 

Как видим, разработчики закона закрыли глаза на нужды студенческого самоуправления и существующую практику за рубежом. Они, как и ранее,  оставили студенческое самоуправление без нормативной базы.

Зададимся вопросом о последствиях.

Не будем подробно останавливаться на том факте, что такие шаги государственных органов игнорируют замечания Болонского секретариата 2012 г. в части недостаточного участия студентов в управлении вузом. Это была одна из трех причин отказа во вступлении Беларуси в Болонский процесс. Белорусский законодатель даже не делает вид сближения с ценностями и нормами Европейского пространства высшего образования. К чему это приведет, когда Министерство образования вновь обратится в Болонский секретариат в 2015 г, догадаться не трудно.

Остановимся лучше на последствиях для качества образования, потребителями которого выступают белорусские студенты.

Мы не можем обойтись без студенческого самоуправления, если хотим преодолеть кризис качества высшего образования. Студенты недовольны качеством высшего образования, не довольны им и работодатели. Единственный способ повысить его – это предоставить право голоса по образовательным стандартам наиболее заинтересованным в качественном образовании лицам – студентам и будущим работодателям.

В тех странах, где это сделано, студенты избирают студенческое самоуправление и национальные студенческие союзы, а те в свою очередь сражаются на уровне министерства образования и советов университетов за качество преподавания, новации в учебном процессе. Однако комиссия-разработчик закона так и не предусмотрела участия студентов в формировании образовательных стандартов. Нет каких-либо полномочий и у союзов работодателей, а ведь именно наниматели собственным кошельком заинтересованы в выпускниках, которые бы налету осваивали новейшие технологии, обладали уверенными навыками и конкретными знаниями, а также были психологически готовы работе в современной организации.

Получается парадоксальная картина: образовательная вертикаль в одном лице поручает (утверждает образовательные стандарты согласно ст.205 Кодекса), контролирует (ст.124) и исполняет собственные поручения. Это замкнутый цикл, в котором нет места ни студентам, ни работодателям, требующим актуальных предметов, современных методик и приближенного к практике преподавания.

Таким образом, с очередными изменениями в Кодекс об образовании студенческое самоуправление не получит законодательного закрепления, а студенты и наниматели так и останутся без качественного образования и квалифицированных кадров соответственно. Хочется надеяться, что здравый смысл все же возобладает и в проект закона вместо статей, ущемляющих интересы студентов, попадут нормы, их защищающие. Пока ведь еще не поздно: проект закона формально открыт для изменений.

-----------

[1] Материал подготовлен в рамках взаимодействия «НМ» с Общественным болонским комитетом. См. также Дунаев В. Кодекс обобразовании: корректировки и дополнения без изменений; Ветохин С. Позитивные изменения: советы вузов.

[2] Воронкевич С.А., Луцевич А.С., Махинов П.Д., Шестопалов Е.И. Студенческое самоуправление Беларуси – Минск: «Энциклопедикс», 2013 – 52 с.