Позитивные изменения: советы вузов

Кодекс об образовании, введенный в нашей стране в 2011 году, несмотря на существенные недостатки, содержит и перспективные положения, направляющие развитие системы образования в современное русло. В отношении высшей школы такие прогрессивные положения относятся к составу совета вуза.

Так, статья 25 называет совет «основным органом самоуправления учреждения образования». И хотя советы обладают ограниченными правами, многие вопросы университетской жизни и взаимодействия вуза со стейкхолдерами не могут решаться без участия совета. Например, персональные стипендии совета вуза назначаются только после принятия им соответствующего решения (ст. 42), и ректор не в праве самостоятельно его изменить. Статья 208 вводит механизм назначения на должности деканов, директоров институтов без права юридического лица «по представлению совета», а заведующие кафедрами – путем избрания. Та же статья вводит и советы факультетов как органы их самоуправления. Однако такой важный момент как «компетенция, состав и организация деятельности совета учреждения образования определяются Положением о совете учреждения образования, утверждаемым Министерством образования Республики Беларусь». Очевидно, в этом плане попытка законодателя сделать кодекс документом прямого действия не удалась, более того, объединение подходов к советам столь разных учреждений, как детские сады и университеты, выглядит малопродуктивным.

Тем не менее, рассмотрим Положение, которое было утверждено Постановлением Минобразования Беларусь № 84 от 18.07.2011,в части, касающейся вузовских аспектов. Сразу отметим, что это Положение трактует Кодекс с сужением полномочий, поскольку к его компетенции отнесено решение только «основных вопросов деятельности учреждения образования», которые перечисляются в п. 4 документа. Список состоит из 13 позиций и завершается безликим «и другие». Однако другого законодательства об образовании, кроме Кодекса, у нас нет, значит и других быть не может.

Положение в п. 5 говорит о том, что состав совета формируется из представителей обучающихся, их законных представителей, руководителей структурных подразделений, педагогических и иных работников учреждения образования. Кроме того разрешается вводить представителей местных исполнительных и распорядительных органов, иных государственных органов, организаций – заказчиков кадров, общественных объединений и иных организаций.А п. 6 устанавливает пропорции этих социальных групп:25 % – представители обучающихся учреждения образования и их законные представители, 75 % – остальные.

При этом, если представители обучающихся и работников вуза избираются, то внешние члены совета включаются в его состав по представлению заинтересованных организаций. Нет никакого правила об избрании в совет проректоров, поскольку они не являются руководителями структурных подразделений и, не возглавляя лично никакое подразделение, не могут быть избраны в состав совета. Вхождение их в состав совета от ректората также неправомерно, поскольку такого органа официально не существует.

В соответствии с п. 22 Положения «решения совета, не противоречащие законодательству Республики Беларусь и утвержденные руководителем учреждения образования», носят обязательный характер для работников учреждения образования, обучающихся и их законных представителей. Таким образом, решения, устраивающие председателя совета, которым по определению является руководитель учреждения, принимаются демократическим путем. Но для блокирования не устраивающих решений демократии не нужно – они просто не будут утверждены.

Возвращаясь к теме прогрессивности, рассмотрим, как используются вузами возможности, данные законодательством. Для этого воспользуемся информацией, имеющейся на сайтах наших вузов.

Попытка выполнить анализ состава советов здесь наталкивается на сюрприз: у значительной части вузов этой информации на сайтах нет. Только 25 вузов, в т. ч. 2 негосударственных (МИУ и БТЭУП), дали доступ хотя бы к минимальной информации о их советах. При этом оказалось, что самих советов нет в публикуемой структуре некоторых вузов, в том числе и в разделах их уставов. Хотя все доступные уставы, по меньшей мере, упоминали советы в разделе управление. Это были действительно упоминания, существенно укороченные по сравнению с Положением. Несомненно, каждый вуз имеет положение о собственном совете, изучить которое не представилось возможным (только на 4 сайтах нашелся этот документ). Это может означать только одно – советы в некоторых учреждениях имеют столь малое значение, что о них забыли составители структур, а председатель совета не счел необходимым задуматься.

Во всех обнаруженных положениях о совете вуза среди задач отмечалось: укрепление связи с производством, развитие взаимоотношений с заказчиком кадров. Этот тезис звучит и в министерском Положении, так что вузы не развили данный аспект.

Поскольку только 8 вузов (БГУ, МРЭУ, БГМУ, МИУ, ГИИ МЧС, ВГК связи, МГИ продовольствия, БГТУ) сделали доступной информацию о составе своих советов, дальнейшие выводы не могут, конечно, претендовать на статистическую достоверность, но настораживает то, что только в одном из них (БГТУ) в состав совета введены представители заказчика кадров. У ректора БГУ есть определенное уставом право вводить в совет таких специалистов, но он им не воспользовался. Наибольшей популярностью пользуются представители профсоюзов: председатели профкомов и сотрудников, и студентов – во всех списках. С уважением все вузы отнеслись к представителям БРСМ. Из всех 8 советов в составе замечены аспиранты и магистранты – по одному разу, учащиеся входящих в состав вуза колледжей – 2 раза. И во всех советах, вопреки Положению, доля обучаемых существенно ниже нормативной и составляет, как правило, 10 %. Ближе других к нормативу оказался БГМУ – 23 %.

Таким образом, в настоящее время значительная часть наших вузов не выполняют республиканское положение по составу советов в отношении обучаемых и практически игнорируют возможность усиления связи с потребителями кадров путем привлечения их в состав советов.