Ориентир – «промышленные колхозы»

Фактическая национализация предприятий, успевших на заре белорусской приватизации в начале 90-х годов не только акционироваться, но и сменить госсобственника, до сих пор продолжалась в Беларуси тихой сапой.

Необходимость возврата в госсобственность многих отечественных акционерных обществ была продиктована разными причинами – возникшим конфликтом власти с директоратом, внешними «угрозами» (если на покупку крупного пакета претендовал нежелательный инвестор), желанием ускорить модернизацию (в этом случае государство «вливало» деньги в предприятие через допэмиссию, в результате чего доли крупных собственников просто «размывались», а госдоля увеличивалась) и т. д.

Теперь же, если судить по откровенному заявлению А. Лукашенко 12 октября на совещании по вопросу развития кондитерской отрасли, оставшихся «первенцев» отечественной приватизации могут национализировать по ускоренной процедуре.

«Пора давно признать ошибочность того, что было сделано в 90-е годы. Но эти предприятия: перерабатывающей промышленности, обувь и прочее, – надо за них держаться, это народные предприятия. И эти предприятия должны быть в подавляющем большинстве в руках государства. И никакой тут приватизации быть не должно! И прекратите в правительстве заниматься этой чепухой.  Начинайте управлять тем, что есть», – подчеркнул А. Лукашенко.

Он потребовал «в течение октября закрыть проблему по всем предприятиям, которые когда-то были приватизированы, розданы и прочее». «Все они должны быть государственными предприятиями!». И, как было сказано, государство должно иметь контрольный пакет акций и напрямую ими управлять.

Что касается «Спартака» и «Коммунарки», то на базе этих предприятий, как можно предположить, власти постараются создать холдинг, чтобы уже потом торговаться с инвесторами. Один из претендентов – украинский бизнесмен Петр Порошенко. В конце октября 2011 года в Минске состоялась встреча премьер-министра Беларуси М. Мясниковича с П. Порошенко, в ходе которой обсуждались возможности дальнейшего сотрудничества. В ходе нее Порошенко заявил, что готов вложить необходимый объем инвестиций в развитие данных предприятий, если белорусское руководство согласится на их приватизацию и продаст контрольные пакеты.

Один из многих случаев

Недавняя национализация ОАО «Коммунарка» и СП ОАО «Спартак» не стала прецедентом в истории отечественной приватизационной практике. Она лишь увеличила перечень тех предприятий, которые белорусская власть уже вернула под свой контроль. Тем не менее, сама процедура весьма показательна. Главное для белорусской власти в этой истории было максимально ограничить участие в приватизации белорусских кондитерских активов американского бизнесмена белорусского происхождения Марата Новикова, который имел контроль над «Спартаком» и претендовал на контрольный пакет акций в «Коммунарке». Национализация «Комунарки» и «Спартака» прошла под лозунгом допущенных ошибок в ходе их приватизации.

Судебные разбирательства с акциями «Коммунарки» инициировал Мингорисполком. В начале этого года он подал в суд на 200 акционеров «Коммунарки», которые после отмены моратория на движение акций успели их продать до того, как А. Лукашенко в марте 2011 года подписал указ, согласно которому преимущественное право на покупку акций предприятий пищевой отрасли имеет местная власть.

Напомним, в Беларуси с 1 января 2011 года был полностью отменен мораторий на обращение акций, приобретенных в ходе льготной приватизации. Некоторые миноритарные акционеры воспользовались этой возможностью и продали свои акции. Однако власти испугались, что в результате свободного хождения акций можно «потерять» ряд предприятий, поскольку в результате свободного хождения акций у них поменяется собственник. Поэтому движение ценных бумаг акций многих ОАО было взято под особый контроль. Указом от 14 марта 2011 года N107 А. Лукашенко задним числом предоставил облисполкомам и Мингорисполкому с 1 января 2011 года преимущественное право на покупку акций ряда предприятий.

Между тем, «Коммунарка» до выхода указа выкупила на свой баланс у акционеров-физлиц часть акции с целью их дальнейшей продажи компании Марата Новикова, который был в этом заинтересован. Эти акции по решению суда акции были списаны с баланса «Коммунарки» и переданы государству.

Кроме того, Высший хозяйственный суд Беларуси по иску Госкомимущества в августе установил, что госдоля в ОАО «Коммунарка» и ОАО «Спартак» была занижена. Это решение ВХС и стало основанием для инициирования концерном «Белгоспищепром» проведения допэмиссии с целью увеличения госдоли, которое блокировали акционеры кондитерских предприятий. На этом основании 12 октября А. Лукашенко волевым решением (в нарушение закона о хозяйственных обществах) ликвидировал наблюдательные советы на «Коммунарке» и «Спартаке», которые противились допэмиссии, и распорядился назначить на эти предприятия новых директоров, что было исполнено по сути в этот же день.

Лукашенко потребовал до конца октября увеличить госдолю на «Коммунарке» до 57,8% против нынешних 27,07%, на «Спартаке» – 60,2% против 16,06%. 26 октября на этих предприятиях состоятся внеочередные акционерные собрания, на которых изберут новые составы наблюдательных советов. Госдоля в «Коммунарке» и «Спартаке» будет увеличена через допэмиссию акций, которые безвозмездно передадут государству.

Если надо, инструменты найдутся

Инструмент ликвидации наблюдательных советов в ОАО с целью запуска механизма национализации стал, пожалуй, первым в отечественной практике.  Хотя он стал лишь подтверждением тезиса, что власти используют широкий арсенал инструментов, чтобы направить приватизацию в нужное ей русло.

Например, в 2004 году Высший хозяйственный суд признал недействительной приватизацию крупнейшее фармацевтическое предприятия страны – ОАО «Белмедпрепараты». Как и в случае с «Коммунаркой» и «Спартаком», суд установил, что предприятие акционировано с нарушением законодательства.

Между тем, минское объединение «Белмедпрепараты» в числе первых предприятий откликнулось на призыв правительства акционироваться – вслед за тем, как в 1993 году в Беларуси появился полный пакет необходимых документов. Окончательно созрели для акционирования здесь в 1995 году, когда и управленцы, и коллектив уяснили для себя его смысл. В то время они надеялись, что акционирование заложит фундамент для капитализации производства. Не пугало коллектив и появление нового собственника. Логика была такая: если появится нормальный хозяин, он не только не даст предприятию погибнуть, но и будет заинтересован в улучшении его работы.

Однако когда к «Белмедпрепаратам» стали проявлять потенциальные инвесторы, государство, конечно же, не могло допустить того, что ключевое предприятие «стратегической» отрасли перейдет под контроль чужому собственнику.

Еще у одного первенца приватизации – «Холдинговой компании «Пинскдрев» в акционерном капитале нет ни одной государственной акции, – все акции распределены между физлицами, – тем не менее, сегодня оно полностью контролируется государством.

3 января 2011 года А. Лукашенко своим указом N2 назначил госконцерн «Беллесбумпром» управляющей компанией холдинга «Холдинговая компания «Пинскдрев». Появление указа N2 было мотивировано необходимостью защитить интересы трудового коллектива после случившейся на «Пинскдреве» трагедии.  25 октября 2010 года в СООО «Пинскдрев-ДСП» произошел взрыв и пожар, в результате которого погибли 14 человек. После чего на «Пинскдреве» фактически была введена «золотая акция» (хотя этот институт в Беларуси уже несколько лет юридически отменен). Ибо формулировки указа практически скопированы из ранее действовавших в Беларуси указов о введении «золотой акции». Согласно указу, «решения управляющей компании, связанные с деятельностью холдинга, а также коммерческих организаций-участников холдинга, в том числе по вопросам, относящимся к исключительной компетенции высших органов управления этих организаций, обязательны для выполнения такими органами управления». При этом решения управляющей компании холдинга «Холдинговая компания «Пинскдрев» оформляются органами управления участников этого холдинга «в виде собственных решений в бесспорном порядке, то есть без права их отклонения или отмены, независимо от соблюдения условий и порядка принятия таких решений».

Отметим также, что в холдинговую компанию «Пинскдрев» входят также 4 совместные предприятия, в которых доля иностранных инвесторов составляет до 49%. В отношении их «Беллесбумпрому» также предоставлено право принимать решения, «которые обязательны для выполнения и оформляются этими органами управления в виде собственных решений в бесспорном порядке, без права их отклонения или отмены».

По сути, в большинстве случаев с национализацией ОАО белорусские власти поставили под сомнение законность приватизации, которая привела к управлению этими предприятиями частного или коллективного собственника.

При этом, как отмечают юристы, даже если при приватизации какие-то предприятий допущены ошибки, власти должны были учитывать срок исковой давности для таких сделок (а это 10 лет). Хотя, надо полагать, если возврат в госсобственность продиктован политическими мотивами или экономической целесообразностью, юридические мотивы в Беларуси вряд ли сработают.

Все под контролем

То, что в структуре капитала «первенцев» приватизации нет доли государства или она не очень существенна, объясняется условиями того времени. На старте приватизации в Беларуси существовала возможность покупки 50% акций за приватизационные чеки «Имущество» и деньги (со скидкой к цене), а также использование заемных средств, в том числе и кредитов, для покупки принадлежащих государству акций членами трудовых коллективов. И ряд предприятий, успевших выкупиться раньше, использовали эти, абсолютно законные в то время схемы.

В Беларуси на заре приватизации было создано около 30 ОАО без государственной доли. Можно спорить с тем, насколько эффективен такой способ приватизации.  Однако таковы были законодательные правила игры, и десятки коллективов в них поверили.

Напомним, приватизация в Беларуси началась в 1991 году. Однако полное законодательное оформление после сложных перипетий приватизация получила лишь в середине 1996 года. Но в 1997 году приватизация снова была заторможена, поскольку отсутствовала программа приватизации.

Наконец, 20 марта 1998 года был подписан декрет президента, который отменил принятие ежегодных программ и перечней предприятий, подлежащих приватизации, и, по сути, сделал этот процесс непрерывным.  Декрет практически вернул существовавшую до середины 1996 года прежнюю схему чековой приватизации, исключая единственное: теперь не 50% принадлежащих государству акций ОАО можно было приватизировать за деньги и за ИПЧ «Имущество», а до 50%.

Коль четко не сказано, что за чеки будет продаваться половина стоимости каждого предприятия, то нетрудно предположить, что лакомые куски собственности в открытой продаже не появятся. Тем более, что декретом от 20 марта 1998 года А. Лукашенко запретил использование заемных средств для выкупа госакций. Ликвидация этого инструмента фактически поставила крест на выкупе госимущества, акционирование превратилось смену вывесок – на этом этапе на контрольный пакет, кроме государства, практически не мог претендовать никто.

Этим же декретом был введен мораторий на период безвозмездной приватизации на отчуждение акций, приобретенных гражданами у государства на льготных условиях. Таким образом власти попытались заморозить неподконтрольный процесс «утечки» собственности.

В результате государство убрало последний легальный механизм для структуризации пакетов мелких акционеров. Если бы за этим последовали шаги по построению цивилизованного фондового рынка, то «заботу» о рядовых акционерах можно было бы как-то понять. Ликвидация же институтов, способствующих концентрации пакетов в руках крупного собственника, по сути консервировала процесс коллективизации предприятий, вела к созданию «промышленных колхозов».

Энтузиасты первой приватизационной «шеренги» верили, что акционирование даст дополнительные стимулы для улучшения работы и роста прибыли. Однако на практике реализовать преимущества нового статуса для привлечения капитала в развитие предприятиям мало кому удалось.

Введенный в 1998 году мораторий на движение акций застопорил развитие рынка ценных бумаг в стране. Хотя, отметим, именно эта задача является одной из ключевых при проведении приватизации, ибо рынок ценных бумаг помогает обеспечить перелив капитала в наиболее эффективные отрасли.

Приватизационные реформы в Беларуси были постепенно свернуты, затормозилось развитие фондового рынка. В этих условиях рассчитывать на инвестиции со стороны было практически нереально.

Спустя 10 лет в Беларуси запрет на движение приватизационных акций был снят. Соответствующие изменения и дополнения А. Лукашенко внес Декретом №7 от 14 апреля 2008 года в Декрет №3 от 20 марта 1998 года «О разгосударствлении и приватизации государственной собственности в Республике Беларусь». Ограничения на обращение акций открытых акционерных обществ, приобретенных в ходе льготной приватизации, были отменены в 3 этапа, а с 2011 года они должны были исчезнуть вовсе. По крайней мере, это предусматривалось декретом N7.

Однако 14 марта 2011 года А. Лукашенко подписал указ N 107, который заметно ограничил свободное движение акций – преимущественное право на покупку акций ряда предприятий было предоставлено облисполкомам и Минскому горисполкому.