«Материнство»: между государственной идеологией и реальностью

«Материнство»: между государственной идеологией и реальностью Этот текст родился в ответ на ту пропаганду семейных ценностей и материнства, которой активно спекулирует наше государство. Причем все эти заявления, зачастую, являются «чистой воды» идеологемами, никоим образом не отражающимися в практике и в системе социальной защиты. Развернувшаяся «истерия» на тему демографического кризиса становится выгодным политическим орудием поддержания патриархатных систем, манипулирования гражданами, и отвлечения внимания от серьёзных социально-экономических проблем.

Современная белорусская женщина все еще живет в условиях режима «обязательного материнства», а именно идеологии, в рамках которой каждое женское тело осмысливается как потенциально материнское. Материнство предстает как «естественное» предназначение женщины и максимальное выражение её феминности, единственный «нормальный» вариант ее жизнеопределения. При этом следует отметить, что само по себе «материнство» мыслится как не только личная, но и социальная, политическая ценность в связи с его ролью в биополитике, процессах рождаемости, воспроизводстве нации. Соответственно на женщину возлагается ответственность за существование государства, нации, социума. На практике же для каждой женщины в нынешних условиях становится все труднее следовать ригидным нормам и установкам.

Материнство как государственная идеология

Феминистские теоретики и исследователи осмысливают «материнство» как социальный конструкт и идеологию, которая активно используется в национальных дискурсах, призванных законодательно закрепить материнство в качестве основной функции женщины.

Украинская исследовательница Ирина Жеребкина, рассуждая о проблеме взаимоотношений в системе «женщина – национальное государство», отмечает, что:

- с одной стороны, женщины являются действительными членами социальных групп и институций в структуре государства, участницами социальных процессов;

- с другой стороны, отношение государства к ним сфокусировано на них как особой социальной категории со специфической ролью в обществе – ролью и функцией воспроизводства населения.

Таким образом, ведущим понятием в проблеме «женщины и государство» становится понятие воспроизводства, которое содержит коннотации биологического – как воспроизводство народонаселения или рабочей силы [1].

В наибольшей мере это проявляется в формировании и продвижении национальной демографической политики.

Так, другая известная исследовательница Нира Юваль-Дейвис в работе «Гендер и нация» выделяет три доминирующих дискурса, которые могут быть определяющими в национальной демографической политике:

- дискурс, который может быть назван «народ как сила», согласно которому будущее нации зависит от ее непрерывного количественного роста. В большинстве случаев ответственность за прирост населения возлагается на женщин, и государственная политика направлена на активизацию их репродуктивного поведения;

- евгенический дискурс, акцентирующий  внимание не на размерах нации, а на ее качестве. Например, тревогой о снижении качества нации обосновывается необходимость совершенствования системы здравоохранения или улучшения питания детей. Однако евгенический дискурс связывает качество нации с селективным зачатием и деторождением, он предполагает вмешательство в репродуктивные процессы с целью появления на свет только «желательных для общества» детей. Наиболее типичным примером является принудительная стерилизация людей с ментальными дефектами, вызванными наследственными заболеваниями или алкоголизмом, но нередки случаи такого рода политики и на расовой или этнической основе. Современный евгенический дискурс оперирует понятиями «генофонда нации», «генетического потенциала», от которого зависит здоровье и будущее последующих поколений нации;

- мальтузианский дискурс, связанный с политикой ограничения рождаемости с целью снижения темпов прироста населения и наиболее характерен для развивающихся стран. Ограничение рождаемости рассматривается как основная стратегия решения экономических и социальных проблем [2].

В нашей стране в наибольшей мере развиваются два выше обозначенных дискурса – «народ как сила» и евгенический. Гражданский статус женщины увязывается с ролью «хранительницы» национальных традиций и стереотипных моделей поведения. И особенно это представлено в семейно-демографической политике.

Демографическая ситуация в Беларуси определяется в таких понятиях как «демографический кризис»; «неблагоприятная / неблагополучная демографическая ситуация»; «демографическая яма», «демографические ножницы», «белорусский крест». Данная проблематика мыслится в терминах угрозы существованию нации, национальной безопасности.

В связи с этим в стране 2006 год был оглашен годом Матери [3], а в 2008 году введены ежегодные праздники «Неделя Матери» (8-14 октября) и «День Матери» (14 октября), что предполагает «организацию и проведение в трудовых коллективах чествования женщин-матерей, праздничных мероприятий, встреч, концертов», а также «освещение в печатных СМИ вопросов охраны материнства и детства, по пропаганде здорового образа жизни, по повышению престижа здоровой семьи» [4].

Так, в своем поздравлении в честь Дня матери президент страны А. Лукашенко указал: «Материнство – самая главная миссия женщины, от которой зависит будущее стран и народов, само развитие цивилизации» [5].

Соответственно государство проводит определенную семейно-демографическую политику, направленную в частности на укрепление семьи и поддержку женщин в их желании иметь детей. Государство постоянно подчеркивает, что социальная политика особенно в отношении материнства и детства является приоритетной задачей.

Формируется модель, согласно которой между женщиной и государством заключается своеобразный контракт, в котором женщина должна выполнять свою репродуктивную функцию, определенные обязанности по содержанию и воспитанию детей, а государство призвано контролировать этот процесс, оказывать помощь и поддержку женщине, семье и детям. Женщина предстает как исполнитель государственного заказа. Подобная позиция размывает границы частного пространства. Формируется система «институциализации» материнства, в рамках которой различные государственные институции (государственные органы охраны материнства и детства, медицинские и образовательные учреждения и др.), призваны осуществлять «заботу» о репродуктивном теле женщины, развивается система государственных льгот для женщин.

В 2011 году в стране была принята уже вторая Национальная программа демографической безопасности. И если Национальные планы действий по обеспечению гендерного равенства не подтверждены строкой в национальном  бюджете, не имеют адекватных ресурсов и механизмов для реализации, то на демографическую программу выделяются значительные суммы из бюджета. Семейно-демографическая политика является уже длительный период времени доминирующим элементом государственной политики. С момента обретения государством независимости семья находится в сфере особого внимания государственной идеологии, так как в возвращении традиционной семьи видится решение демографических вопросов, закрепления, поддержания и воспроизводства существующих систем.

В компании по укреплению семьи лично заинтересован президент Лукашенко, позволяющий использовать свое имя, свой образ и образы своих родственников в пропаганде семейных ценностей. Лукашенко часто появляется со своим ребенком на официальных визитах, праздниках и т.д. Глава государства задает поддержку семьи как один из краеугольных камней его политики:

Для нас приоритетность семейной политики вытекает из необходимости улучшения демографической ситуации в стране и формирования здоровой и благополучной нации. Потому что только крепкая семья составляет основу сильного государства!» [6].

Согласно нормативно правовым актам о семейной политике, семья предстает как гарант и основа существования государства, как основная ячейка общества, нормативная среда для реализации женщиной своей репродуктивной функции и воспитания детей. Государство возлагает на себя функцию по созданию условий для экономической самостоятельности и роста благосостояния семьи, что в частности включает обеспечение гарантий занятости на рынке труда работников из семей, создание специальных рабочих мест, поддержка семейного предпринимательства и фермерства, предоставление нуждающимся семьям с детьми дополнительной финансовой и натуральной помощи, услуг, проведение льготной налоговой политики, выплаты государственных пособий семьям, воспитывающим детей, осуществление льготного кредитования  и т.п. [7]

Материнство предстает как гражданский долг каждой женщины (демографическая политика) и основание сохранения и поддержания гендерного разделения ролей (семейная политика). Женщина мыслится в первую очередь сквозь призму её материнской функции, в связи, с чем трудовая деятельность отходит в большей мере на второй план, хотя женщины, как и в советский период, в большинстве своем работают. Женщина получает статус особого гражданина, в отношении которого государство должно проявлять повышенную заботу в целях охраны здоровья женщины (ограничение или запрет некоторых видов и форм трудовой деятельности для женщин вообще, беременных и матерей с детьми), создания условий для совмещения материнства, заботы о доме, семье и трудовых обязанностей (льготы при предоставлении трудовых отпусков, социальные отпуска и пособия, гарантии в праве на труд, создание системы детских учреждений, инфраструктуры быта).  При этом некоторая либерализация в отношении женской роли проявилась во введении возможности использовать отпуск по уходу за ребенком до достижения им трех лет отцом ребенка или другими родственниками [8].

Также система здравоохранения уделяет особое внимание репродуктивной медицине, охватывая вопросы сохранения репродуктивного здоровья женщины, начиная уже с раннего возраста, планирования, сопровождения беременности и родов, методов контролирования рождаемости (аборты, контрацепция) и вспомогательных репродуктивных технологий. Это все включает также совершенствование оказания медицинской помощи, продолжение процессов институционализации (напр., открытие в областях и г. Минске центров здоровья молодежи по вопросам охраны репродуктивного здоровья, создание кабинетов для проведения информационной работы), проведение активной пропаганды и просвещения, информационной работы по вопросам репродуктивного здоровья, в целях формирования ответственного сексуального и репродуктивного поведения юношей и девушек (напр., проведение республиканских творческих конкурсов, разработка типовых программ обучения, издание и распространение информационно-образовательных материалов и рекламы, организация проведения Единых дней здоровья) [9]. Основная идеология системы здравоохранения – сохранение репродуктивного здоровья женщины в целях биологического воспроизводства здоровых граждан и их последующего воспитания в соответствии с нормативными представлениями о роли женщины, семьи в обществе.

Таким образом, анализ нормативных документов и законодательства показывает, что в стране постоянно принимаются какие-то законодательные документы, призванные создать систему социальной защиты семьи и материнства. Однако не остается ли на уровне повседневности это всего лишь декларируемыми установками?

 

Материнство как повседневная практика женщин

Если для государства «материнство» – это в основном демографический потенциал, то для женщины это практика ее повседневной жизни, где недостаточно голословных заявлений, а нужна реальная помощь и поддержка. Законодательно государство закрепляет ответственность за рождение и воспитание детей за женщиной, тем самым возлагая на нее и всю ответственность за решение возникающих проблем, помещающих ее иногда в безвыходные ситуации.

Обозначим мнения молодых мам о предпринимаемых государством мерах в отношении охраны материнства, собранные в ходе глубинных интервью в 2011 году в Минске:

«Знаешь, политика и практика – всё-таки разные вещи. Политика направлена на то, что все давайте уровень повышать, все мы тут защищаем матерей, все мы защищаем, там, детей. Вроде как политика такая. На самом деле получается … то, что я столкнулась в реальности – нет обеспечения ни поликлиник, ни роддомов. То есть очень бедная оснащенность. Я лежала – было 35 градусов жары. Условия просто невыносимые. Естественно нет кондиционеров ... А питание я вообще молчу отвратительное ... Говорить можно всё, что угодно, а на самом деле то, что касается условий, – ужас … Мне, например, льгот каких-то как матери нет. То есть я, получается, только в убытке, ущербе, в убытке от того, что у меня есть ребенок. Потому что там я зарабатывала, когда я работала, 1 800 000. Когда я «работаю» дома, я зарабатываю 200 000. Если не ошибаюсь 200 000, я ещё на пособие не становилась, но, по-моему, столько. Я только получается потеряла» (26 лет, менеджер по персоналу, индивидуальный предприниматель).

«Не достаточно эффективная. Плюс – довольно длительный отпуск, сохранение рабочего места, какая-то финансовая поддержка. Минус – денежное пособие просто мизерное, не хватает на ребенка, не говоря о том, что и у молодой мамы есть свои потребности» (27 лет, филолог).

«Пособие маловато. Если учесть, сколько стоят памперсы, детское питание, получается, что маме на себя, на прокладки те же потратить вообще нечего, не говоря о том, что маме тоже надо и голову помыть и что-то одеть. Поэтому попадаешь в полную финансовую зависимость от мужа. И тоже, как актуально стало, какие-то там льготы, хотя бы в системе здравоохранения хотелось бы, не говоря уже о магазинах и тому подобное. Потому что в поликлинику я пришла, а у меня нет больничного, потому что я в декретном, но и талона нет, так как я болела, и получается типа «больничный», но его как бы и нет, так как я в декрете. Папа мой пришел за час и занял для меня очередь. Я пришла, а мне говорят в очереди «Мы вас не пропустим, потому что у вас нет талона». Я говорю «Я не по талону, а по больничному». А они «А у вас и больничного нет, мы вас не пропустим». А я говорю «У меня двухнедельный ребенок в больнице», ну и врач вышла и сказала, что примет. И если бы не врач, меня бы не пропустили. И это при том, что у меня маленький ребенок, но он был в больнице, и я могла сидеть в очереди, а если ребенок дома, то с кем его оставить, особенно если он на грудном вскармливании. То есть хотелось бы там больше внимания к таким вещам. Плюс кормление в общественных местах, специальные комнаты тоже хотелось бы» (26 лет, психолог).

«Просто вот пособие, которое дают 250 тысяч на женщину с ребенком, – это конечно настолько смешно, и вот хорошо, если муж, допустим, много зарабатывает, а вот я говорю, как мы хотим строить квартиру, то денег будет очень много идти, поэтому как бы очень тяжело будет. А некоторые же бываю девочки, которые матери одиночки, и вот, за 250 тысяч я вообще не представляю, как можно прожить с ребенком ... Я вот у девочки спрашивала, сколько идет на ребенка, она мне сказала, что где-то 500 тыс. в месяц. Хотя она еще кормит грудью. То есть она какие-то прикормки начала давать.  Соответственно, а самой тогда что кушать? ... Правда дают единовременное, ну это копейки относительно там где-то 1,5 миллиона, это максимум или там миллион сколько-то там дадут при рождении ребенка, что тоже если там купить коляску и кроватку – и раз, два и обчелся. Ну, конечно, я считаю, если бы, может, как-то побольше бы платили, как то может и рождаемость была бы выше. А то очень тяжело. Вот мы сейчас еле живем вдвоем на две зарплаты. Ну тоже как-то стараемся и как-то может подработать. А когда мы будем жить на одну зарплату втроем, это я вообще уже не представляю. Тяжело будет очень. Государство стимулирует к тому, чтобы рожали, но ничего для этого не делает, так скажем. Реально спросить у человека, который решает дать пособие 250 тысяч, чтобы он расписал, вот что можно на эти денежки купить. Сейчас детская одежда стоит на уровне взрослой. Тем более детских особо распродаж нет. Некоторым ничего не остается делать, как заходить в сэконд-хэнд покупать ... одежду вторых рук, ну и тем не менее, даже покупая такую одежду на 250 тысяч не проживешь в месяц» (26 лет, инженер-технолог).

«Как бы об это ни говорили громко и красиво, мне кажется, у нас все пущено на самотек ... выплаты детского пособия, пособия по уходу за ребенком, сейчас так красиво сказали, что оно поднялось, увеличилось, а на сколько увеличилось, на три процента. Может, в масштабах республики это большая сумма ... 283 тысячи – как неработающая мама может прожить с ребенком? Понятно, что рассчитывают, что есть там родители, которые помогают, а по большому счету, это мой ребенок, а не моих родителей, скажем, моя головная боль. А если я не замужем, а если у меня мужа нет, если так получилось, в жизни я сирота, – каким образом мне прожить на эти деньги и с каких позиций они рассчитываются, на кого? Ведь если пачка памперсов стоит 90 тысяч – это одна пачка памперсов, а если ребенок не ест, не хватает грудного молока или он искусственник – или ему не подходит наша Белактовская каша, и банка каши стоит 38 тысяч – это на 7 дней? А мама, что не человек, маме кушать не надо? А квартплату с нее убирают? А одеваться маме не надо? А ребенку тоже … коляска стоит больше миллиона новая, кроватка самая простая стоит 300 тысяч, комплект в кроватку с одеялом стоит 300 тысяч ... у нас, мне кажется, все это так на самотек, на авось, все тянут – и хорошо. А то, что жалуются, как-нибудь вырастят ... Я 22 сентября ушла в декретный отпуск, и все я осталась без работы, без зарплаты, а декретные, вот эти дородовые, которые начисляю по больничному, я получила только 4 ноября. Все это время я сидела без денег. Никто не объяснил, почему так. Вот, например, А***, она родила 8 сентября двойню, ей еще не выплатили послеродовые. Я с ней вчера разговаривала, она говорит, что, может, хоть 4 декабря выплатят. Так она уже с детьми. Ладно, когда я ушла, я пока беременная могу съесть картошки жаренной, без излишеств. А родиться ребенок, что я младенцу скажу: «Ты подожди, не кушай, не хоти, пускай у тебя не просыпается это желание или там не писай в этот памперс, потому что у меня нет денег», ты же не объяснишь» (27 лет, учитель-дефектолог).

Данные выдержки из интервью хорошо показывают, что за фразой «маленькое пособие» стоит постоянный труд по выживанию, поиску источников дохода и т.п. И главную ответственность за это несет женщина. Идеология материнства не предполагает обсуждений кондиционеров, растяжек, прокладок и др., игнорируя повседневный приватный образ жизни женщин. Этот опыт невидим для мужчин-парламентариев, которые, как и большинство мужчин, не были в декретном отпуске, крайне редко посещают поликлиники и др. Для современной белорусской женщины семья становится ресурсом экономического выживания, так как других возможностей государство ей не предоставляет. Да и можем ли мы рассчитывать на воплощение гендерной политики равных возможностей и равных прав в жизни, если государство само ставит женщину в неравные условия экономически и символически (например, мизерные пособия и социальная норма уходить в декретный отпуск именно женщине). Помимо этого, государство рекрутирует женщину не только как репродуктивную силу, но и как трудовой ресурс. Однако для многих женщин совмещение материнства и трудовой деятельности становится серьезной проблемой. Хотя государство и приняло определенные законодательные меры, защищающие женщину мать и способствующие совмещению этих двух функций, при этом на практике многие женщины все еще испытывают проблемы.

С одной стороны, это проявляется в трудностях в продвижении по карьерной лестнице. Работодатели не заинтересованы в «приобретении» работницы, которая потенциально может выпасть на три года из рабочего процесса, а еще больничные и др. И хотя государство официально обозначило право мужчины на декретный отпуск, но не спешат все еще мужчины воспользоваться этим правом. Декретный отпуск и последующий уход за ребенком остается преимущественным правом и обязанностью женщины.

Соответственно женщина становится невыгодным работником. Кроме того, подобная двойная нагрузка (работа и дом) не может не сказываться негативно на самочувствии женщины, ее профессиональной мотивации и т.п. Забота о семье и материнство лишают женщину ресурсов для эффективного конкурирования на рынке труда, в связи с трудностями в привлечении женщины к ненормированной работе, работе с частыми командировками.

Обо всем этом красноречиво свидетельствуют факты статистики положения женщин на рынке труда, о которых я писала уже неоднократно в других статьях [см. 10].

Также нередки факты дискриминации женщин в трудовой сфере в связи с их возможными или существующими «материнскими» функциями. Согласно статьям 16 и 268 Трудового кодекса запрещается отказ в приеме на работу или в заключении трудового договора и  снижении заработной платы женщинам по мотивам, связанным с беременностью, наличием детей в возрасте до трех лет, одиноким матерям – с наличием ребенка в возрасте до 14 лет (ребенка-инвалида – до 18 лет). В случае же отказа в заключении трудового договора указанным категориям женщин, наниматель обязан сообщить им мотивы в письменной форме и отказ в заключении трудового договора может быть обжалован в суде. Кроме того, расторжение трудового договора по инициативе нанимателя с такими категориями женщин не допускается, кроме случаев ликвидации организации, прекращения деятельности индивидуального предпринимателя и т.п. [11].

Однако беларусские исследовательницы И.М. Чистякова и И.А. Чуткова, проведя гендерную экспертизу трудового законодательства, отмечают проблематичность практической реализации 268 статьи. Так, доказать в суде, что отказ в приеме на работу имеет дискриминационный характер, практически невозможно, поскольку у нанимателя всегда есть возможность прикрыть истинную причину отказа такими основаниями как недостаточный опыт работы, уровень образования и т.д. Это же относится и к прекращению трудовых отношений по инициативе нанимателя, и к продвижению по службе. Нередко после возвращения работницы из отпуска по уходу за ребенком наниматель находит причину для ее увольнения в отставании ее квалификации или вследствие опасений по поводу предстоящих больничных [12].

К сожалению, единственное социологическое исследование этого вопроса, доступное широкой общественности, было проведено лишь в 1998 году, однако, его результаты красноречиво свидетельствовали о фактах дискриминации при приеме на работу. В результате социологического опроса безработных женщин города  Минска тогда были выявлены различные причины отказа в приеме на работу, имеющие дискриминационный характер. Было установлено, что наиболее часто в приеме на работу женщинам отказывали по причине их возраста (по мнению нанимателя, они либо старше, либо моложе требуемого возраста) – 26,8% случаев отказа. При этом женщинам зрелого возраста отказывали вдвое чаще, чем молодым. Второй по распространенности причиной отказа дискриминационного характера являлось наличие у женщины малолетних детей (15,9%). На третьем месте был отказ в приеме на работу, обусловленный нежеланием брать на работу лиц женского пола (9,8%), на четвертом месте – отказ из-за беременности женщины (5,7%). Не сталкивались со случаями отказов в приеме на работу, носящих дискриминационный характер, примерно половина респонденток – 49,6% [13].

С другой стороны, само совмещение материнства и трудовых функций затруднено в связи с тем, что рабочий график обычно не чувствителен к тому, что подготовка к материнству и забота о ребенке требует частого посещения специальных учреждений, например, женской консультации, поликлиники, детского сада, школы и др.  Распорядок этих учреждений зачастую совпадает с  рабочим временем женщины, тем самым вынуждая ее прибегать к разнообразным практикам.

В качестве примеры можно привести также ряд выдержек из интервью с молодыми минчанками, имевшими опыт беременности. Всем им задавался помимо прочего вопрос о том, каким образом осуществляется баланс занятости и наблюдения беременности.

«Ну да отпроситься проблематично было. Ну старалась как-то выпросить время такое, чтобы после работы. Но был «свой» врач в консультации, поэтому было проще, если бы просто, как все, то были бы большие проблемы» (29 лет, менеджер-экономист).

«И вот приходилось переносить. На работе, когда я работала, и вот эти анализы постоянно, я говорю: или за свой счет надо было брать, ну или там какие-то отгулы. Ну то есть уже подстраивалась. У нас считается, что самое главное поликлиника, а потом уже соответственно моя работа. Поэтому время всегда было для посещения врача очень неудачное» (26 лет, инженер-технолог).

«Я дико злилась и все время звонила мужу, чуть ли не матом уже ревела там. Потому что получается: ты садишься и ты в очереди можешь провести в поликлинике 3-4 часа. При чем, я, там, запланировала, например, что прием у меня в два, а могла я придти к врачу только к четырём. То есть вот такое, это была норма. Поэтому, естественно, я злилась потому, что мне нужно было заниматься другими делами, работа, а я не могла. То есть я работала, получается, до девятого месяца и как бы везде что-то там надо было. Очень много времени в очередях. Ужасно» (26 лет, менеджер по персоналу, индивидуальный предприниматель).

Подобное регулирование трудовых отношений, которое закрепляет за женщиной материнскую функцию, сохраняет гендерное разделение труда и традиционный гендерный порядок в обществе. Кроме того, обесцениваются декларативные заявления в сфере гендерной политики государства, касающиеся таких эмансипаторных механизмов, как закрепление мер по повышению образовательного уровня и юридической грамотности женщин, привлечения их в трудовую сферу и органы принятия решения, создание условий для проявления лидерских качеств и активности, стимулирования совместной ответственности мужчин и женщин в семье, вопросах репродуктивного и сексуального здоровья. При этом в государственных документах по достижению гендерного равенства в Беларуси также предполагается проведение мер по сохранению традиционной семьи, охране репродуктивного здоровья женщины в целях охраны материнства и детства. Все это определяет официальный гражданский статус женщины как работницы и матери.

Поэтому подобная политика видится нам как служащая целям использования женщины как трудового и репродуктивного ресурса, подменяя понятие равных возможностей понятием создания условий для выполнения женщиной ролей матери, работницы, основной воспитательницы детей, заботящейся о семье и доме

***

Итак, в Республике Беларусь наблюдается разрыв между официальной идеологией и реальным положением женщины в обществе. Гендерная политика государства, предполагая проведение некоторых эмансипаторных мероприятий для женщин, на практике оказывается неэффективной и часто декларативной в связи с акцентированием важности сохранения традиционных ролей и семьи на фоне усиливающейся семейно-демографической политики. Государство гарантирует женщинам получение пособий и предлагает и другие стратегии для выполнения материнских функций. Однако на практике женщинам приходится довольствоваться пособием на ребенка, равным бюджету прожиточного минимума, при этом испытывая затруднения в профессиональной деятельности. Позитивные изменения здесь могут быть только, если «материнство/ родительство» перестанет быть и де-юре и де-факто сугубо женской функцией.

--------------------

[1] Жеребкина, Ирина. Женское политическое бессознательное. Алетейя, 2002.

[2] Юваль-Дейвис, Нира. Гендер и нация. Издательство Elpa, 2001.

[3] Указ Президента Республики Беларусь от 05.03.2005 N 117 «Об объявлении 2006 года Годом матери».

[4] Приказ Министерства здравоохранения Республики Беларусь от 03.10.2008 N 933 «Об утверждении плана мероприятий Министерства здравоохранения по проведению в 2008 году в Республике Беларусь Недели матери (8 - 14 октября) и празднования 14 октября 2008 г. Дня матери».

[5] Лукашенко, А.Г. Наполните каждый день миром и радостью // Советская Белоруссия. 13.10.2007.

[6] Лукашенко, А.Г. Благополучие родной земли — дело всех и каждого. Послание Президента А.Г.Лукашенко белорусскому народу и Национальному собранию // Советская Белоруссия. №77,  24.04.2009. С.1-7.

[7] Кодекс Республики Беларусь о браке и семье: 9 июля 1999г. №278-3. По состоянию на 15 января 2011г. Мн.: Амалфея, 2011.

Указ Президента Республики Беларусь от 26.03.2006 № 135 «Об утверждении Национальной программы демографической безопасности Республики Беларусь на 2007-2010 годы»

Указ Президента Республики Беларусь от 11.08.2011 № 357 «Об утверждении Национальной программы демографической безопасности Республики Беларусь на 2011-2015 годы»

Указ Президента Республики Беларусь от 21.01.1998 № 46 «Об утверждении Основных направлений государственной семейной политики Республики Беларусь»

Указ Президента Республики Беларусь от 22.11.2007 N 585 «О предоставлении молодым и многодетным семьям финансовой поддержки государства»

Закон Республики Беларусь от 07.12.2009 N 65-З «Об основах государственной молодежной политики»

[8] Кодекс Республики Беларусь о браке и семье: 9 июля 1999г. №278-3. По состоянию на 15 января 2011г. Мн.: Амалфея, 2011.

Трудовой кодекс Республики Беларусь. Кодекс от 26.07.1999г. №296-3. По состоянию на 17.01.2011г. Мн.: Амалфея, 2011. Ст.14, 16, 120, 166, 168, 183-185, 189, 262-269.

Указ Президента Республики Беларусь от 21.01.1998 № 46 «Об утверждении Основных направлений государственной семейной политики Республики Беларусь»

Закон Республики Беларусь от 30.10.1992 № 1898-XІІ «О государственных пособиях семьям, воспитывающим детей»

[9] Закон Республики Беларусь от 18.06.1993 № 2435-XII «О здравоохранении»

Постановления Министерства Здравоохранения № 81 от 06.09.2007г. «Об организации деятельности женской консультации в государственных организациях здравоохранения»

Постановления Министерства Здравоохранения  № 192 от 22.12.2007 «Об организации деятельности родильного дома (отделения) государственной системы здравоохранения»

Приказ Министерства здравоохранения №288 23.12.2004г.  «О мерах по совершенствованию акушерско-гинекологической службы Республики Беларусь»

Приказ Министерства здравоохранения №150 от 29.02.2008г. «О совершенствовании нормативно-правовой базы по акушерству и гинекологии»

Приказ Министерства Здравоохранения № 42 23.01.2008г. «Об утверждении республиканской комплексной программы по планированию беременности и профилактике невынашивания»

[10] Щурко, Татьяна. Что мы празднуем 8 марта? // «Новая Европа», 07.03.2012.  http://www.n-europe.eu/article/2012/03/08/chto_my_prazdnuem_8_marta

[11] Трудовой кодекс Республики Беларусь. Кодекс от 26.07.1999г. №296-3. По состоянию на 17.01.2011г. Мн.: Амалфея, 2011.

[12] Чистякова, И. М.; Чуткова, И. А. Гендерная экспертиза законодательства, регулирующего трудовые отношения // Пол. Гендер. Справочное пособие для юристов. Мн.: Пропилеи, 2005. С. 48.

[13] Там же, С.44.