High-Tech по-белорусски

Мы так привыкли притворяться перед другими,
что под конец начинаем притворяться перед собой.

Ф. Ларошфуко

ЕС–1841. С этого «аналога машин IBM» началось знакомство автора этих строк с компьютерным миром. Для 1990 года два железных ящика с четырьмя (!) дисководами казались подлинным чудом. Несмотря на то, что машина тарахтела, как трактор «МТЗ», хотелось упасть в ноги славным минским умельцам, первыми в СССР наладившими серийное производство агрегата, который при известных допусках можно было считать компьютером. Интересно то, что минский компьютер не имел мыши (а появившийся позже «манипулятор типа мышь» отличался стальным шариком, чрезвычайно перспективным для возможного ближнего боя). Отсутствие западных удобств не мешало часами мучить клавиатуру (между прочим, белорусского производства), получая райское наслаждение и добиваясь невиданной результативности в знаменитом «Popcorn»’е.

ЕС–1841 имел даже принтер – исключительно капризный агрегат польского происхождения. Стоит сказать, что и сама «еэска» так же была склонна к сюрпризам. Во всяком случае, пломба Минского завода ЭВМ им. Орджоникидзе не прожила долго. Но когда впервые корпус был вскрыт, то под железным кожухом обнаружился электронный Интернационал – начиная с Тайваня и заканчивая анонимными, но явно иностранными блоками. Справедливости ради, стоит отметить, что некоторые платы все-таки имели белорусское происхождение, но в основном, ЕС–1841 была почти «отверткой».

В этом нет ничего страшного. Можно производить какой-нибудь крохотный компьютерный кулер и, гордясь его конкурентоспособностью на мировом компьютерном рынке, затем находить в мозаике компьютерного мозга знакомую маркировку. Но ведь и этого сейчас нет...

Интересная штука – компьютер. Он стал символом целой эпохи. Эпохи ухода от ярко-красного катка усредняющего государственного коллективизма в сумрак интеллектуального индивидуализма, чтобы затем всплыть в океане глобальной Сети. Он оказался очень эффективным оружием свободы. Так, в свое время, появление дешевого арбалета, оружия непокорных горожан, стало концом рыцарского беспредела.

Компьютер пришел к нам из фантастики, из растрепанных библиотечных книжек. В 80-е годы РС воспринимался как символ свободы выбора, интеллектуальной независимости. Он позволил сделать ранее недоступное – ускользнуть от бдительного ока государства и нанимателя, тем более, что в советское время эти два понятия совпадали. Если СССР еще мог конкурировать в создании гигантских ЭВМ, то РС его добили. За ними плановая экономика угнаться не могла.

Обмен информации окончательно вышел из-под цензуры. Из рук в руки стали передаваться дискеты. Окончательно цензура рухнула, когда заработали первые сети. Возник огромный коллективный мозг, интеллектуальное пространство без политических и идеологических границ.
Компьютер – безусловный враг «государственников» социалистического образца.

«Развитый социализм» не пережил бы компьютеризацию. Одно дело, разбирая на «запчасти» импортное бытовое «железо», с паяльниками создавать «конфетки» для баллистических ракет и ядерных подводных лодок (надо поклониться самородкам из «почтовых ящиков»), а совсем другое – запускать в миллионные серии компьютерные комплектующие и программное обеспечение. Индейцы Северной Америки в свое время тоже виртуозно владели огнестрельным оружием, но ружья они получали от «бледнолицых», которые могли их делать.

Советский Союз не выдержал бы также испытания Интернетом. Ведь Интернет – новый безграничный самиздат, где все изначально равны. Что было бы в лучшем случае, можно видеть на примере бесконечно «модернизируемого» Китая, где имеются жесткие законодательные ограничения на пользование Интернетом. Чуть легче ситуация в Беларуси, но и тут законодатели вполне серьезно рассуждают о регистрации интернет-сайтов, как периодических изданий. Есть куда стремиться – в Северной Корее Интернета нет вообще.

Компьютер – оружие демократии, потому что всюду, куда он приходит, компьютер начинает выступать в роли информационного окошка в мировой океан фактов и идей. Брожение умов гарантируется.

Это «брожение» настигло и нас. Мы еще и не выдержали конкуренции с мировым компьютерным рынком. От былого Минска «компьютерного» остались только корпуса предприятий и их филиалов.

В цехах никто ничего не производит и не собирает. Все в аренде. Специалисты разбрелись по свету. Кто в Ждановичах торгует кроссовками, кто на чердаках собирает из импортного «железа» компьютеры «на заказ», кто в российской оборонке коротает годы до пенсии. Компьютерный Минск завял на корню.

Красе и гордости электронной Беларуси – «Интегралу» – живется тяжко. Между прочим, он не избежал судьбы работать «на заказ», производя микросхемы по конкретным запросам зарубежных партнеров. Вы их найдете в различных бытовых приборах под тайваньской маркировкой.

В принципе, наш «Интеграл» является белорусской «Силиконовой долиной». В буквальном смысле, так как производит и продает кремниевые пластины. Сырье, в общем. Из них потом где-нибудь на том же Тайване или в Ирландии сделают микропроцессоры. Кстати, Беларусь и на таком специфичном «сырьевом» рынке не является монополистом. Здесь имеются свои конкуренты, которые разместили у себя относительно «грязное» кремниевое производство.

Собственного белорусского микропроцессора у нас нет и не будет никогда, так как это исключительно ресурсоемкая технология, и его могут «потянуть» только крупнейшие мировые корпорации. На такой проект не хватит всего белорусского бюджета. Во всяком случае, возможное строительство белорусской АЭС обойдется дешевле. Но без процессора нет компьютера.

«Позвольте, – скажет информированный читатель, – не все так плохо. Ведь в Беларуси есть целая армия опытных программистов и компьютерщиков. Об этом не раз заявляло белорусское телевидение, радио, государственные газеты. Вот и российско-белорусский суперкомпьютер СКИФ создали». Действительно, создали. Из американского «железа». Самое ценное, что есть в СКИФе – это его программное обеспечение. Оно и заставляет все эти десятки Intel’ов работать как один огромный процессор. С этим серьезным и интересным заданием справилась группа российских и белорусских программистов. Правда, за год после шумного окончания работ по СКИФу, в Переславле-Залесском уже подготовили его новую, более совершенную версию. Рынок требует все большей конкурентоспособности.

Теперь стоит сказать несколько слов о белорусской армии программистов. Автор этих строк, для которого мир компьютерного программирования является вполне знакомым, проводит год за годом в поисках этой самой «армии». Обыскивает офисы компьютерных фирм, подвалы и чердаки кустарей-одиночек, квартиры высохших от недосыпа «подвисших» в Интернете аддиктов. Посещает все белорусские компьютерные выставки. Пришло время отчитаться о проделанной работе.

Попадается немало опытных и талантливых программистов. Некоторые из них работают в западных коллективах, сидя за персональным компьютером где-нибудь в Серебрянке. Большинство выполняют разовые заказы для конкретного заказчика. Кроят что-то удобоваримое на базе С++ или Delfi для рынков, бензоколонок и т.п.

Изредка можно столкнуться с программистами-адаптерами. Они заняты адаптированием российских и западных программ для белорусских пользователей по заказам фирм-поставщиков софта или конкретного коммерческой структуры, которую не удовлетворяют многочисленные клоны российских «1С» и «Анжелик».

Совсем редки стабильные коллективы программистов. Обычно это талантливая молодежь при каком-нибудь «флагмане» белорусской экономики или государственных министерствах. Именно они создали, к примеру, на базе Delfi сетевую программу для обеспечения персонифицированного пенсионного учета в РБ. Программа, между прочим, весьма неплоха, но пока еще очень сыра. Пользователи ее составного блока, который предназначен для бухгалтерий и отделов кадров предприятий, иногда готовы с остервенением разбить клавиатуру и монитор.

В подполье сидят «патчеры». Эти клоны хакеров заняты производством сборников пиратского софта, размещая на дисках вместе с взломанными программами многочисленные «Патчи». Именно из их рук 99% белорусских компьютерных пользователей получает новые варианты Windows, Mc Office и т.д. Считается хорошим тоном в такой пиратский сборник «подсадить» компьютерную карту Минска, телефонную базу данных Белтелекома и Velcoma. По слухам, нет проблем в покупке базы МТС. В среде «патчеров» встречаются весьма специфические личности, которые посвящают себя скачиванию с порносайтов огромного количества максимально откровенных фотографий, чтобы затем составлять из них целые галереи для тиражирования на неплохо продаваемых дисках. Естественно, что этих компьютерных пиратов назвать программистами нельзя.

Остаются хакеры. Некоторое время назад одна из центральных белорусских газет от души радовалась тому, что на Западе приходят в ужас от расплодившихся в Беларуси хакеров. Мол, это говорит не только о невероятном интеллекте белорусской компьютерной молодежи, но и о присутствии в стране той самой армии белорусских программистов, которую старательно ищет и не находит автор этих строк. Грустно, когда сталкиваешься с такой журналистской неграмотностью.

Сравнить программиста с хакером, это все равно, что сравнить строителя с террористом-подрывником. Это разные профессии. Программист на базе своих знаний строит новое, устремлен в неизведанное. Хакер идет следом, выискивая в сыром, недостроенном софте «лазейки» и «щели». Хакер – исследователь уже построенного, он как карманник, который прекрасно разбирается в основных фасонах мужских курток и женских пальто. Но он их не шьет. Он может только лазить по чужим «карманам». Хакерство – тупиковая ветвь развития компьютерного мира, признак безнадеги в карьере и умственной нищеты. Неужели вершиной карьеры и примером для наших сынов и внуков, сидящих сутками за клавиатурами, является хакер?

Если ориентироваться на пропагандистские мифы, которыми при помощи телевидения и госпечати хозяева «Красного дома» активно забивают голову белорусского обывателя, то Минск является ни чем иным, как одним из мировых центров хайтека. Это подтверждают, по традиции нашего официоза, некие «зарубежные эксперты». Исподволь навязывается тезис, что Беларусь не торгует сырьем, а экспортирует новейшие технологии. Но какие технологии High-Tech мы продвигаем на мировой рынок, остается загадкой. Во всяком случае, Минстата РБ не фиксирует такие экспортные продажи. Может быть наш главный экспортер хайтек-технологий – Белорусское телевидение?

Пару лет назад, вернувшись из США, нынешний советник президента РБ Валерий Цепкало написал некий документ в адрес А. Лукашенко. Исходя из сумм, которые выручает от продажи программного обеспечения Россия, автор пришел к выводу, что и Беларусь способна получить от продажи программного продукта сотни и сотни миллионов безусловных единиц. Для этой финансовой реки не нужно даже строить «русло». Сидит себе молодежь перед бэушными мониторами, выжигая глаза, ну и пусть сидит. На кофе и сигареты заработают. И государство замерло в ожидании валютных переводов.

Прошли годы. За это время на мировом компьютерном рынке не появился ни один белорусский программный продукт. В коридорах минских вузов не замечен ни один крупный компьютерный «вербовщик». И хотя известные минские разработчики ПО забирают себе талантливую молодежь, на страницах мировой печати и на сайтах не всплыло ни одного белорусского «компьютерного» имени, за исключением парочки все тех же вездесущих хакеров.

Так чем же нам гордиться? Может быть, телевизором «Горизонт»? Во всяком случае, не проходит и недели, чтобы БТ не провело очередное «горизонтальное» зомбирование телезрителей. Шедевр последней теленедели – «марка «Горизонт» вытесняет с российского рынка «Panasonic». И невдомек, что за последние десять лет сборка телевизоров стала уделом стран «третьего мира». Ведь уже четверть века никто днем с огнем не сыщет американский телевизор. За последние десять лет все труднее обнаружить «голубой экран», выпущенный непосредственно на островах Восходящего Солнца. Сейчас даже в стране Утренней Свежести все меньше и меньше телевизоров сходит с конвейеров. Мир давно смотрит в экран «Philips’а», собранного в Поднебесной. Между прочим, и наш «Горизонт» не что иное, как голая «отвертка». Не более того. Интересно, что мы будем собирать, когда телевизор окончательно «растворится» в PС с плоским экраном размером в настенный ковер?

Так что от «Горизонта», как тупиковой ветки High-Tech, стоит вернуться к компьютерам, благо, что сделать это совсем не трудно, так как в главном торговом центре «Горизонт» можно задешево «отовариться» бэушной компьютерной техникой (прямая поставка из стран ЕС). Между прочим, Беларусь, по словам ее пропагандистов, законодатель мод и в грузовом автомобилестроении. Вот и стаскивают наши автопредприятия со всей Европы подержанные «Volvo», «Scania» и «Mersedes»’ы. Тенденция, однако.

То же самое и с software. Еще долгие годы нам придется покупать чужие программы и их пиратские копии, так как развитые школы программирования самым парадоксальным образом оказываются связаны с уровнем демократии в стране. Начало расцвета российской школы не просто совпало с открытием страны окружающему миру, демократизацией политического строя. Это были взаимосвязанные тенденции. Одним из законодателей мод на мировом рынке софта является школа программирования из Индии. По разным оценкам, Индия получает от продажи продукции своих программистов до 3,5 млрд. USD в год. Там компьютерным софтом занимаются миллионы специалистов. Стоит напомнить, что Индия – крупнейшая демократия на планете. Нет нужды напоминать, что каждую новую ОС компании Microsoft готовят и тестируют десятки тысяч опытнейших программистов со всего мира. Правильнее было бы сказать, из нового мира – мира компьютерного High-Tech.

Так что же с белорусским High-Tech? Есть ли у нас перспектива уцепиться хотя бы за брызговики сияющего лимузина мирового научно-технического прогресса? А зачем? В школах у нас сплошная специализация – классы все гуманитарного типа, неплохо иностранный язык учат, по пению уроков добавили, а уж физкультура вообще вышла на первый план. До математики ли? Зато все новое поколение белорусов будет не хиленьким и в очках, а свежим и румяным, на лыжах/коньках с роддома, с навыками хорового пения и начальным языковым образованием. Не нация, а просто какая-то секта европейских ниндзя.

Так как же с уроками информатики? Полный успех на машинах трех-четырехлетнего возраста. Именно такой «техникой» и оснащено большинство столичных компьютерных классов, что не мешает отправить в Санкт-Петербург новейшие, естественно импортные, компьютеры для оборудования в одной из питерских средних школ класса информатики – подарка белорусского президента. Стоит напомнить, что только до конца 2006 года каждая белорусская школа получит хотя бы один компьютер. На сегодняшний день лишь 15% школ имеют выход в Интернет (по словам замминистра промышленности Беларуси Г. Свидерского – 18.02.04). Между тем открытие «белорусского» компьютерного класса в северной столице России состоялось 3 апреля текущего года. Миф о белорусском High-Tech’е начинает приносить плоды. Правда, не гражданам страны их вкушать.

Зачем же нам этот миф? Он нужен официальному Минску так же, как и другие многочисленные мифы, которые рождаются в кабинетах белоруской машины агитации и пропаганды. Сюда же стоит отнести мифы о социальной защищенности белорусского гражданина, загрузке всех производств, росте благосостояния народа и расширении границ «среднего класса», зависти всего мира к нашим «достижениям», всемирной славе и уважении белорусского президента, непревзойденном качестве белорусских продуктов, поразительном трудолюбии народа, который навеселе только с обеда, а с утра работает как зверь, невиданной красоте белорусских девушек и женщин (ни одной miss в стране не обитает), росте интереса к стране со стороны зарубежных инвесторов (который год в приемных министерств живут, как цыгане), стратегической значимости для России белорусского ПВО и «дальше со всеми остановками». Не республика, а какая-то империя чудес. Бывает и такое. Есть, к примеру, простой рояль, а есть и кабинетный. Так что и у нас все должно быть не только, как «у людей», но даже лучше, чем у них.

Есть у «людей» подземные торговые города, вот и мы зароемся выше макушки прямо в центре Минска. Нужен ли нам минский подземный город? Нас не спросили. Надо, чтобы было все как у «людей». Повесили на Тверской на столбы горшки с цветами – и мы повесим. Потом сторожим, так как воруют... Весь мир ходит с кредитными карточками, вот и мы их введем. Не беда, что банкоматов мало и они сломаны через один, не беда, что наш народ как был нищим с пустым кошельком, так и им и остался, но уже с пластиковой карточкой в кармане. Зато, как у «людей». И пошло – поехало: гипермаркеты, телевизионная вышка, ледовые дворцы и манежи. Надо ли, первостепенно ли – не до этого. Народ должен видеть, что курс власти «верен»!.. Грустно наблюдать всю это вакханалию провинциализма.

Сказки о выдающемся технологическом прорыве – традиционная и неотъемлемая часть внутренней и внешней политики любого авторитарного государства. Она призвана замаскировать аксиому, проверенную веками – прогресс в науке и технике возможен только в открытом, демократическом обществе, в обществе, переживающем социально-экономическое Возрождение. Огромным напряжением всех сил и ресурсов тоталитарные и авторитарные режимы могут на отдельном историческом отрезке прорваться к вершинам науки и техники, но выдержать длительную гонку НТП они не в силах. Даже такой мировой ресурсный лидер, как СССР, не смог победить в этом соревновании.

На историческом фоне битв супердержав попытки Минска объявить себя европейским технологическим лидером выглядят и глупо и смешно. Невооруженным взглядом видно, что наука в стране разваливается, что талантливая молодежь уезжает целыми группами, исследования финансируются хуже тюрем, академик, как отмечал А. Войтович, зарабатывает меньше госслужащего среднего ранга. Зато пропаганда, что ни день, то сообщает нам то о разработке неких «не имеющих аналогов в мире» лекарств, то новых энерготехнологий на базе опилок, то об обнаружении новых физических законов среди приборов 70-х годов.

Зато сколько постановлений принято! Сколько перемещений сверху вниз и наоборот сделано. А науки нет. Вот и трещим на каждом углу, что нобелевский лауреат Ж. Алферов наш, витебский, в школу по белорусской земле бегал. Бегать то он бегал, да до Стокгольма добежал используя свой талант, а также потенциал российского образования и столетние традиции научного поиска огромной державы.

Разрекламированное новое достижение белорусской науки – связь традиций хиромантии с диагностикой заболеваний, окончательно убедило белорусскую общественность – научная Беларусь деградировала до уровня язычества и шаманства. Оттиски рук коллекционировать – это Вам не генетический код человека разгадывать! И тут мы впереди планеты всей. Следующим этапом станет защита диссертации об открытии ископаемого «Svintus grandiozus». Или, что-то подобное уже было?.. О каких компьютерах, о каких технологиях может идти речь!..

А между тем жизнь идет. Белорусский народ обрастает всяким бытовым High-Tech’ом. По городу нужно ходить с «флэшкой», так как куда не придешь, везде из-за газетного вороха подмигивает монитор компьютера. Бабули общаются с внуками-школьниками при помощи Siеmens’ов, домохозяйки ищут рецепты квашения капусты в Рунете, студенты по весне очень заняты sex-sms’ом, дачники заказывают в Интернете семена... Только в «Красном Доме» живут в мире грез. Они словно не знают, что годовой инновационный бюджет «Philips»’а по сумме больше всего ВВП Республики Беларусь. Вот и Валерий Цепкало, как говорится, не моргнув глазом, заявляет в микрофон на выставке «СеBIT–2004», что «Беларусь не только не отстает» от мировых грандов High-Tech, но держится «вровень с ними». Это надо понимать так, что мы является держателями неких мировых технологических брэндов? В литейке МАЗа попутно «варим» процессор «BelIntel»?

А что, нам не привыкать. Скопировали в свое время автобус «Neoplan» – получился автобус «МАЗ». Переставили российскую ракетную установку «Град» на шасси «МАЗ» – получилось «новое» оружие «БелГрад». Список все удлиняется... Сколько скопировано и ввезено в страну – знает только особая белорусская спецслужба, которая занимается промышленным шпионажем. Тащат, прежде всего, из России... А что же делать? Не патенты же у буржуинов скупать?..

Но стоит снова вернуться на уже озвученную выше европейскую выставку «СеBIT–2004» (март 2004 г.). Белорусы приехали на нее с огромной помпой. Судя по репортажам белорусского телевидения, весь Ганновер встречал посланцев Александра Григорьевича.

Автор этих строк с большим вниманием смотрел видеосюжеты с выставки. Российские и западные каналы, традиционные приверженцы практики «двойных стандартов» вели себя так, словно белорусской экспозиции на выставке не было вовсе. Но все компенсировало белорусское телевидение. Перемежая лица глубоко удовлетворенных минских чиновников уже знакомыми кадрами из «Euronews» (увеличенного формата, чтобы не было видно лэйбов евроканалов), авторы сюжетов много рассказывали об оглушительном успехе белорусского High-Tech, много говорили о выставочном городке, где всего так много и так хорошо, но где белорусская экспозиция «не затерялась», постоянно ловили каких-то выставочных менеджеров, вытягивания из них стандартные слова вежливости. Апофеозом европейского измерения нашего High-Tech’а стали кадры с березкой, которая сиротливо стояла в ряду других древ на территории выставки. Березка была немедленно объявлена «белорусской» (хотя с тем же успехом могла быть и любой другой)...

Выставочный телевизионный маскарад катился по белорусской «Панораме» БТ всю неделю, пока работала «СеBIT–2004». С каждым репортажем нетерпение телезрителей нарастало, так как оставался невыясненным главный вопрос: что выставила Беларусь на выставке? Дело в том, что белорусские операторы показывали нам все что угодно, кроме самой белорусской экспозиции.

Нет, справедливости ради, стоит отметить, что иногда белорусские стенды показывали, но как-то издалека. Чаще всего экспозиция только угадывалась за торсами и бюстами белорусского обслуживающего персонала. Забегая вперед, скажем, что мы выяснили, что, а если вернее, кого привезли белорусы на ганноверскую выставку «СеBIT–2004». Они привезли Валерия Цепкало.

Дело в том, что господин Цепкало организовал с Минском прямо из Ганновера (ВАУ!) видео-конференцию, на которой, строго смотря в глаз видеокамеры, рассказал нам, в какой High-Tech’овской стране мы живем! Если учесть, когда такое общение было впервые налажено и стало обычным «у людей», то белорусский прогресс налицо.

В последний день выставки из Ганновера пришел сюжет с интервью представителя Intel. Менеджер крупнейшей в мире компьютерной корпорации радостно объявил с экрана, что только здесь на выставке узнал о наличии разницы между Беларусью и Россией и безумно рад, что пополнил копилку своих знаний в европейской географии. О достижениях белорусского High-Tech’а не сказал ни слова. Наверное, забыл...

Метки