Общество в стиле «ретро»

Общество в стиле «ретро»: Традиции показухи

Говорят, человек – это стиль. В еще большей степени это относится к обществу в целом. Мы можем долго рассказывать всему миру об экономических и культурных «достижениях», но стиль выдает и говорит правду. Именно воцарившийся в последние годы в Беларуси «ретро-стиль» создает тот впечатляющий эффект погружения в прошлое, который так привлекает гостей из стран бывшего СССР. Дело не только и не столько в испытываемом постсоветскими людьми чувстве ностальгии. Беларусь дает им возможность посмотреться в историческое «зеркало», увидеть, от чего им удалось избавиться за последние годы. В этом смысле наша страна служит своеобразным эталоном постоянства (в официальной версии – стабильности), позволяющим измерить глубину происходящих вокруг изменений. Подобно верстовому столбу, она играет роль нулевой точки отсчета для ретроспективного осмотра пройденного пути. Бережно сохраняемые «традиции» прошлого с поправкой на постмодернизм и «дух эпохи» создают неповторимый образ общества «в стиле ретро». Жизнь протекает здесь так, будто бы ничего не случилось – не было никаких перестроек, не происходит никаких революций.

В современных конструктах белорусской государственной идеологии сквозит нескрываемая гордость. Нашей стране выпала честь быть истинными продолжателями традиций российской державности (Россия уже с этой ролью не справляется), советского прошлого, православной цивилизации. Одну из таких, уходящих глубоко в историю, традиций являют собой «показные», т.е. принципиально отличающиеся от реальной действительности, мероприятия.

Ближайший источник показухи – советское прошлое. Именно там сформировалась ее (показухи) «идеологическая роль» – показывать самим себе и всему миру «преимущества социализма». С тех пор она так и существует в двух ипостасях – для «внутреннего» (своего рода приятный самообман) и «внешнего» употребления. Нынешний белорусский режим ориентирован «на показ» даже в большей степени, чем советский. Тот тоже стремился показать «всему миру» преимущества нового строя. Однако в силу масштабов социалистического строительства (особенно после образования социалистического лагеря), относительной изолированности для иностранного наблюдателя, коммунисты могли позволить себе относиться к этому достаточно спокойно. Суверенной Беларуси «расслабляться» нельзя. Преимущества своей «модели» ей приходится доказывать в гораздо более сложных условиях информационного общества и гораздо большему числу оппонентов (даже ближайшим соседям и «брату» по союзу). Не остается ни времени, ни сил на то, чтобы заниматься реальным делом. Все работает «на показ».

В советское время в ходу был лозунг, запущенный в оборот после самоуверенных заявлений Н. Хрущева, который призывал: «Догнать и перегнать Америку!». В современной Беларуси его заменил лозунг «Догнать и перегнать советское прошлое!». На этом пути достигнуты определенные успехи, хотя сделано далеко не все. Даже в простых, бытовых вопросах нынешней власти далеко до той заботы, которую проявлял о нуждах «простого человека» «реальный социализм». Возьмем, к примеру, физкультуру, спорт, сферу досуга в целом. Прогуливаясь в парке 50-летия Октября, я уже много лет наблюдаю, как разрушается построенная в «лучшие» застойные времена «дорожка здоровья». Давно пришли в негодность турники и другие спортивные снаряды. Не лучше обстоят дела и с установленными 30 лет назад каруселями. Их восстановление мало интересует власть, потому что не может дать того пропагандистского эффекта, который можно извлечь из строительства новых библиотек и дворцов. Положение не может изменить даже насаждаемый в рамках нынешней государственной идеологии «культ здоровья».

Пропасть между показухой ледовых дворцов и олимпийских достижений, с одной стороны, и повседневной жизнью граждан – с другой, становится все глубже. В свободное время минчане по-прежнему предпочитают пробежкам на свежем воздухе спонтанные пикники «на обочине». В 70-80-е, прогуливаясь по Минску, вы могли спокойно попить газировки из «автомата», купить себе теплый пирожок с повидлом. Сегодня вы найдете крутое кафе, которое, несмотря на заработок в 200 долларов, вам будет не по карману. Пирожок, при желании найти тоже можно. В кулинарном отделе супермаркета вам его разогреют в микроволновке. Но вы никогда не узнаете, когда и кем он испечен. Власть чересчур увлечена борьбой с американским фастфудом и «вшивыми блохами», чтобы заботиться о таких мелочах, как вкусы потребителя.

В дореволюционной России воспевали «жизнь за царя», после революции восторжествовала жизнь «по идее». Советская показуха знаменовала собой «полную и окончательную» победу идеологии над реальной жизнью. Если факты противоречат теории, тем хуже для фактов. За годы советской власти люди привыкли к тому, что жизнь должна соответствовать «идеологии», а не наоборот. Если вас спрашивают на улице с микрофоном в руке, вы лихорадочно вспоминаете о том, как «должно» отвечать в подобных случаях. Журналисты белорусского телевидения без всяких указаний отлично осознают, как «положено» освещать те или иные события. Самоцензура и стремление предугадать (угодить) далеко опережают указания начальства.

Еще один источник показухи – бюрократия. В свое время олицетворением чиновничьего рвения и очковтирательства стали потемкинские деревни времен Александра I. Беларусь с успехом продолжает их «строительство» в политике, экономике, культуре, образовании. Президент отлично знает о том, что его обманывают, но это его вполне устраивает. Он не хочет ехать на незапланированные встречи, чтобы увидеть истинное положение вещей. По его словам, он все это и без того хорошо знает. Как говорится, «тьмы низких истин нам дороже нас возвышающий обман». Как «главный чиновник» страны он и сам любит заниматься показухой и с большим удовольствием руководит «показательными выступлениями» – дожинками, открытием ледовых дворцов, народными собраниями. Наблюдая за тем, как мастерски он вел себя в «урегулировании» конфликта с частными предпринимателями, трудно отделаться от мысли, что присутствуешь при хорошо разыгранном спектакле, где роли давно определены и отрепетированы. Президент играет роль «хорошего», «доброго» следователя, министры – «злых» и некомпетентных. Подтекст встречи очевиден: «Доверьтесь доброму, иначе будете иметь дело со «злыми».

В стремлении показать себя с лучшей стороны, безусловно, есть и психологические основания. Мы можем лишь гадать, какие чувства испытывает эксгибиционист, выставляющий напоказ сокровенные части своего тела. Скорее всего, какую-то разновидность морального и физического удовлетворения. Возможно, и власть, в своем стремлении показать действительные и мнимые «достижения», испытывает нечто подобное. С гораздо большей определенностью можно сказать, что в навязчивом стремлении доказать что-то другому присутствует выраженная неуверенность в себе. В последние годы Беларусь постоянно стремится доказать всему миру (ростом ВВП, стабильностью, спортивными достижениями, чистотой и порядком), что она чего-то стоит. Причем доказывает это прежде всего тем, кого «официально» осуждает и «не любит». Подобного рода поведение – когда человек стремится заручиться поддержкой (одобрением, восхищением, завистью) того, кого ненавидит, – свидетельствует о наличии психических комплексов. Именно психологические корни показухи помогают объяснить ее иррациональный характер.

Кто из нас в детстве не присутствовал при том, как на спор совершается масса самых странных и глупых поступков? Гораздо более серьезные последствия имело подобное поведение в годы Великой Отечественной войны. Советское руководство, в своем стремлении показать всему миру «доблесть советской армии», требовало побед, приуроченных к «датам». Тысячи погибших стали платой за «красивые», «показные» мероприятия.

Культурные корни показухи следует искать в патриархальной культуре традиционного общества. Жизнь крестьянской семьи достаточно четко делится на две сферы – бытовую («для себя») и праздничную («для гостей»). Для первой характерно все, что используется в повседневности, – посуда, одежда, формы общения. Для гостей извлекается все праздничное (для специального употребления), наводится особый порядок, вспоминаются забытые слова. В общем, начинается всем известная «показуха», обусловленная стремлением показать лучшее. Городская жизнь делает человека более самостоятельным, независимым от общественного мнения (от того, «что люди скажут»). Он все больше ориентируется на свой личный интерес, на возможности для самореализации. Стремление «выделиться», обратить на себя внимание уступают место ценностям, которые видны не сразу.

В Западном обществе по одежде не всегда отличишь миллионера от простого служащего. Машину покупают лишь в соответствии со своей покупательной способностью и социальным статусом. Белорусское общество по своему духу остается преимущественно патриархальным. Все свои средства человек нередко носит на себе. Его психологический портрет представляет собой странный коктейль из постоянных жалоб и хвастовства. Жалобы на жизнь (правительство, начальника, низкую зарплату) сочетаются со стремление «показать», что он не хуже других, а в чем-то и преуспевает. Достижения выражаются в покупках и продвижениях по службе. Именно так ведет себя Беларусь и в своих отношениях с Россией. Постоянные жалобы и просьбы об экономических преференциях причудливым образом сочетаются с хвастовством о том, что у нас все «лучше» – нет конфликтов, социальных проблем, терактов.

Одним из проверенных средств, позволяющих «показать» лучшее наилучшим образом, является изобретенная в советское время наука эффективного сравнения – что-то вроде новой «теории относительности». Главная задача – найти правильный предмет для сравнения. Так, в сравнении с 1913 годом в Советском Союзе любой показатель (что ни возьми – производство тракторов, телевизоров, уровень грамотности) выглядел впечатляюще. Роль таких «предметов для сравнения» в нынешней Беларуси выполняют годы перестройки, когда «все развалилось и пришло в негодность» (своего рода «окаянные дни»). Мудрецы Востока призывали не сравнивать себя ни с кем, если не хотите быть в постоянном расстройстве. Всегда найдется тот, кто живет лучше, кто вас «обгонит» и «обыграет». В системе западного образования используется хорошее правило – сравнивать ученика с ним самим, только на более ранней ступени обучения. Догнать и перегнать кого-то не всегда удается, а вот показать реальный прогресс вполне реально. Именно его и следует оценивать.

В приличном обществе не принято злоупотреблять некорректными сравнениями. Взрослому не следует утверждаться за счет детей, здоровому – за счет больного. Белорусское политическое руководство умело использует науку сравнения в свою пользу. Чаще всего для сравнения берутся дальние регионы России, где постоянно кто-то замерзает и не получает зарплат. На худой конец, привлекаются отсталые республики Средней Азии. До недавнего времени, пока это имело смысл, в сравнениях активно фигурировала Украина, а по некоторым показателям – и республики Прибалтики. Вместе с выгодными сравнениями часто используются и просто некорректные. Например, столь любимые старшим поколением сравнения с военным временем или с ситуацией в России. В последнем случае это просто спекуляция на свободе слова и ориентации на «негатив» российских СМИ. Наряду с идеологической функцией, сравнения все чаще играют роль психологического (компенсаторного) механизма «самоутешения». Белорусское общество «утешается» тем, что где-то происходят катастрофы, а когда-то был голод и война.

Показуха обладает способностью прельщать даже самых умных и критически мыслящих. Сегодня многие оппозиционно настроенные интеллектуалы демонстрируют поразительную наивность, когда речь идет о наших национальных добродетелях – склонности к чистоте и порядку, трудолюбию и законопослушанию. Ради этого они готовы поверить в позитив нынешнего наведения «порядка на земле». Большинство учителей белорусской школы по-прежнему верит в преимущества советской (читай – современной белорусской) системы образования перед западной. Умом мы понимаем, что « купляць беларускае » себе дороже (ну не может быть успешной экономика без конкуренции!), чувства говорят иное. Хочется верить, что «свое» обладает какими-то преимуществами. В советское время ведь тоже скептицизм в отношении коммунизма и коммунистов сочетался с мифами о превосходстве нашей техники и прочих «брендов» над американскими (пусть это будут какие-то «сверхновые» вооружения).

Психологически это объяснимо. Когда все плохо, хочется поверить в хорошее. В такой ситуации власти даже нет нужды кого-то обманывать. Человек демонстрирует внутреннюю готовность к самообману. Заметьте, что в своей профессиональной сфере, как правило, никто не заблуждается относительно истинных масштабов наших «достижений». Каждый сам отлично знает, чего стоит нынешнее оборудование, технологии, компетенции. Кто лучше специалиста знает, насколько он далек от передовых достижений и новых тенденций. Но как только речь заходит о сферах, где человек является дилетантом, он проявляет поразительную наивность и доверчивость. Белорус легко «клюет» на «утешающую» пропаганду официальных СМИ: «Есть еще порох в пороховницах. Посмотрите на наши промышленные гиганты. Им давно уже предрекали гибель. А как славно работают наши программисты! А наши спортсмены!!!»

К сожалению, чистота и порядок на улицах белорусских городов является результатом хорошей работы дворников, а вовсе не повышения уровня культуры. Наши заслуги в спорте носят какой-то хаотичный, случайный характер и ничего не говорят о развитии физкультурной работы в стране. О здоровье нации гораздо больше говорят цифры – рост бытового и производственного травматизма, уровня заболеваемости, сокращение продолжительности жизни. По размаху показухи мы давно обогнали СССР. Достаточно посмотреть на то, что происходит в сфере торговли, в промышленности, армии или образовании. Вершиной «показательности» мероприятий стала «идеологическая работа». Кратковременное увлечение интеллектуалов формулировкой «национальной идеи» сменилось прагматикой чиновничьей работы. Содержательные аспекты государственной идеологии уже мало кого интересуют. Главная задача «идеологического работника» – составить план, вовремя предоставить отчетность, зафиксировать проведение мероприятий, сделать стенд, принять участие в выставке и пр. Собственно это и есть самый верный способ похоронить любую, даже здравую идею.

Современная Беларусь, безусловно, проигрывает СССР в целостности мысли и действий. Ей приходится вести постоянную политику «двойных стандартов», совмещать «несовместимое». Да и как иначе примирить права человека и борьбу против них, поддержку демократии и ее постоянное охаивание, борьбу за мир и сотрудничество с политикой «осажденной крепости».

После кратковременного периода перестройки в середине 90-х в Беларуси начался длительный период реставрации. Его начало ознаменовано коренным изменением стиля общественных дискуссий и настроений. Стремления каяться за прошлое и учиться демократии хватило ненадолго. Вновь пришла мода на «хорошие» новости. Опять неприличным стало заниматься «самобичеванием», «охаивать» прошлое. Вместо того чтобы информировать о происходящих событиях, журналисты занимаются их интерпретацией, вместо общественных проблем мы слышим жизнеутверждающий «позитив». Высокий стиль вызвал всплеск патриотических настроений, повсеместной гордости за свое прошлое и настоящее. Впрочем, появились и некоторые различия. Уровень доверия обывателя к государственным СМИ гораздо выше, чем это было в застойные 80-е. Народ как-то легко и даже с радостью поверил в предложенную ему «сказку». Судя по всему, кампания по «перевоспитанию» нации (см. Перевоспитание нации: Белорусская модель; Лицемерие; Ксенофобия) дает свои плоды.

Метки