Сочинские встречи

Сочинские встречи

Любые союзы распадаются, если не имеют четко очерченной цели.
Клеменс Меттерних, канцлер Австрийской империи

 

Визит Александра Лукашенко к Владимиру Путину наконец-то состоялся и официально признан чрезвычайно успешным. Это позволило комментаторам из белорусских государственных СМИ вздохнуть с облегчением и в очередной раз заняться любимым делом – трубить в фанфары, походя понося скептиков, позволяющих себе всевозможные инсинуации на тему похолодания в межгосударственных отношениях.

Между тем, перерыв в полноценных контактах лидеров двух стран, вроде бы составляющих Союзное государство Беларуси и России, в самом деле затянулся почти до неприличия. Очевидно, например, что не состоялось таковых в октябре, во время их последней личной встречи на праздновании 60-летия освобождения Украины. Помнится, тогда краткосрочность наезда белорусского правителя в Киев даже носила оттенок некоторой скандальности. Последний же серьезный разговор состоялся более полугода назад, еще в минувшем августе. Кстати, в том же Сочи.

Стоит отметить, что черноморский курорт уже давно является излюбленным местом приема Владимиром Путиным Александра Лукашенко. За последние два года нынешний приезд белорусского президента в «Бочаров Ручей» – уже пятый. При том, что за тот же срок в Москве Александр Григорьевич побывал лишь однажды – в сентябре 2003 года, когда он принял участие в торжественных мероприятиях по поводу дней Беларуси в России, в том числе посредством игры в хоккей. Да и Путин нашу небольшую, но гордую страну за это время своими посещениями не баловал. Встречались, конечно, в Санкт-Петербурге, Ялте, Астане, однако там проходили коллективные мероприятия в рамках разных аббревиатур – СНГ, ЕЭП, ЕврАзЭС, ОДКБ, на которых обсуждать наболевшие вопросы двусторонних отношений было менее сподручно.

Оно, конечно, совсем неплохо – сочетать приятное с полезным, то есть кратковременный отдых с плодотворной интеграцией, но, похоже, это все-таки не совсем то, чего в последнее время хотелось бы белорусскому лидеру. Стены резиденции слышали немало разного рода деклараций и обещаний о грядущем слиянии двух братских стран в объединительном порыве, однако по каким-то неведомым причинам подавляющее их большинство так и не было реализовано. Может быть, место это для обсуждения таких процессов не слишком подходящее?

Для прогнозирования перспектив не до конца понятного межгосударственного образования представляется целесообразным напомнить вкратце историю кавказских встреч. Начало ей было положено в марте 2003 года. На первый раз дело ограничилось обсуждением «актуальных вопросов двустороннего экономического сотрудничества, хода подготовки конституционного акта и других аспектов союзного строительства». В силу приватности события о нем даже не упомянул в своей нашумевшей книге известный хронолог Владимира Путина, корреспондент «Коммерсанта» Андрей Колесников.

Продолжение последовало в сентябре, но на сей раз стало достоянием широкой общественности, ибо по его итогам состоялась пресс-конференция. На ней было подтверждено озвученное ранее намерение ввести на территории Беларуси российский рубль с 1 января 2005 года. По итогам обсуждения цен на газ было заявлено, «что достаточно сложно разобраться в том, кто кому должен». Посему был сделан вывод, что «нужно переходить на рыночные отношения в этой сфере, не прекращая переговорного процесса по созданию совместного предприятия по единой трубопроводной системе». В отношении конституционного акта было отмечено, что если он будет согласован и для его принятия потребуется референдум, то последний будет проведен.

Затем был июнь 2004 года. По окончании переговоров Александр Лукашенко назвал их «самыми честными за всю историю белорусско-российских отношений». В силу того, что в феврале имел место известный газовый скандал с отключением Беларуси от «трубы», основное внимание было уделено именно топливным проблемам. В результате было заявлено, что «удалось договориться практически по всем вопросам, включая поставки газа». Правда, как сказал Путин, «мы вряд ли сможем реализовать планы по введению единой денежной единицы 1 января 2005 года». Естественно, опять обсуждалась подготовка конституционного акта с учетом новых предложений российской стороны. Речь также шла о взаимодействии Беларуси и России с СНГ.

Наконец, как уже упоминалось, в августе прошлого года состоялась еще одна встреча на море. По сообщениям белорусских СМИ, атмосфера на ней была просто идиллической. На пресс-конференции Владимир Путин фактически подтвердил это, сказав, что «на данный момент у нас нет никаких проблем, которые бы заставляли нас тревожиться по поводу перспектив развития российско-белорусских отношений. Они носят очень позитивный характер и развиваются в хорошей динамике». В очередной раз были обсуждены условия поставки российского газа в Беларусь. Ситуацию вокруг конституционного акта снова пообещали рассмотреть на ближайшем заседании Высшего государственного совета (ВГС). Кроме того, российский президент предложил «переспать» с идеей введения российского рубля в качестве единой валюты. Чтобы обеспечить такую возможность, ориентировочную дату реализации данного проекта решили передвинуть на 1 января 2006 года.

Что же мы имеем по результатам последней встречи? Следует признать, что почти полное отсутствие сведений в течение четырех часов с начала встречи держало в определенном напряжении, так как информация о присутствии любимого Россией ламбрадора Кони была хотя и успокаивающей, но недостаточной. К счастью, по уже сложившейся доброй традиции, собеседники не оставили широкие массы в неведении и сообщили об итогах переговоров на пресс-конференции. Найдите десять отличий от предшествующих встреч.

Итак, обсуждалось больше 20 вопросов, и по всем, как утверждалось, были приняты решения. Было отмечено, что экономика растет, а взаимный товарооборот увеличивается. Таким образом, в сфере экономических отношений проблем почти не осталось («почти», видимо, относилось к переходу на взимание НДС по принципу страны назначения). Далее, даже после всех «цветных революций» хочется сохранить СНГ, но в реформированном виде. В крайнем случае, «как орган, который будет способствовать нашим консультациям на высшем уровне». По проблемам обеспечения равных прав граждан на территории друг друга было условлено дать соответствующие поручения правительствам. Про военно-техническую сферу и ВТО тоже не забыли.

А следующими пунктами программы были – кто бы сомневался – цены на газ, единая валюта и конституционный акт. Причем по первому из них Владимир Путин сделал своему коллеге почти королевский подарок: до конца нынешнего и в течение следующего года цену предполагается сохранить на нынешнем уровне. Более того, без каких-либо особых компенсаций. Во всяком случае, о приватизации «Белтрансгаза» речь как будто уже не заходила. Обещанные же ответные льготы по обеспечению деятельности «Газпрома» на территории Беларуси никак не выглядят адекватной мерой.

Это тем более удивительно, что в самой России на самом высоком уровне сейчас чрезвычайно активно рассматривается вопрос о повышении внутренних цен. 22 марта Алексей Миллер заявил, что монополия предлагает полностью отказаться от практики регулирования цен на газ для промышленных потребителей уже со следующего года. И, несмотря на возражения Германа Грефа и Алексея Кудрина, эту идею поддержал российский президент. Соответственно, как сообщил на прошлой неделе на пресс-конференции в Минске заместитель председателя правления «Газпрома» Андрей Круглов, «цены на российский газ, поставляемый в Белоруссию, могут быть повышены со следующего года».

Чем же объясняется такая резкая перемена настроений в пользу союзника? Вполне вероятно, что именно последствиями «цветных революций». Явно обеспокоенная ими, Москва пытается покрепче привязать к себе Беларусь, полагая, что ради этого можно пойти на дополнительные издержки в экономической сфере. Впрочем, готовность России к самопожертвованию все же не беспредельна – по вопросам конституционного акта и единой валюты согласие снова не было достигнуто. Было лишь сказано, что «идея еще не умерла» (В. Путин), и туманно обещано, что, возможно, эти проблемы будут рассмотрены на заседании ВГС, предварительно намеченном на конец апреля.

Вообще говоря, в необходимости проведения заседания данного органа, то есть ВГС, возникают сомнения. Действительно, не собирался он уже более двух лет, но рабочие встречи проходят более или менее регулярно, и решения на них, как видим, принимаются. А если не всегда выполняются, так и с решениями ВГС происходило то же самое. Конечно, когда дело вплотную приблизится к принятию конституционного акта, тогда, безусловно, эту процедуру желательно было бы освятить на самом высоком уровне.

Вот только есть опасения, что это случится еще очень не скоро, если вообще произойдет. Судя по всему, стороны уже исчерпали все возможности для компромиссов, и для достижения желанной цели кто-то должен пойти на принципиальные уступки. Либо полное равенство, либо инкорпорация сами знаете кого. Однако на сегодняшний день не существует никаких серьезных предпосылок к совершению такого ответственного шага. Так что, скорее всего, если запланированное заседание ВГС и состоится, то будет чисто символическим. Вялотекущая интеграция продолжается.

P.S. Несколько слов о «надеждах, юношей питавших» в связи с данной встречей. В качестве едва ли не главной причины длительного перерыва в личных контактах некоторые белорусские политологи называли недовольство Владимира Путина по поводу проведения в прошлом году референдума. Исходя из этой гипотезы, а также из того обстоятельства, что Кремль якобы будет стремиться не дать Западу новой площадки для очередной революции, штатный лукашенковед и путинолюб «Нашего мнения» высказал накануне встречи соображение, что «именно сейчас Москве как воздух понадобится быстрая демократизация белорусского политического режима, его немедленный выход из международной изоляции, смена одиозного и недоговороспособного руководства».

Не тут-то было. Выраженная в Сочи горячая признательность за «беспрецедентную российскую поддержку на международной арене», в частности на заседании Комиссии ООН по правам человека, где «миру пытаются навязать антибелорусскую резолюцию», является лучшим свидетельством оправданности таких ожиданий. Пора признать, что нет между руководителями государств-союзников антагонистических противоречий. Да, разногласия, причем достаточно серьезные, возникают регулярно. Да, Александр Григорьевич до последнего времени периодически позволял себе не самые корректные высказывания в адрес как российских властей вообще, так и своего коллеги в частности. Но представлять дело так, что Путин только и ищет удобного момента, чтобы избавиться от Лукашенко как партнера, – значит выдавать желаемое за действительное.

Отсутствие глубокой личной симпатии отнюдь не означает, что свои чувства российский президент будет проецировать на межгосударственные отношения. При всех проблемах, которые, судя по заявлениям многих высокопоставленных персон Российской Федерации, Беларусь создает своей восточной соседке, в Кремле отлично понимают, что в данный момент лучшего – притом, естественно, реального – варианта у них просто нет.

Мало того, и в обозримом будущем рассчитывать на его появление не приходится. Прежде всего, сам белорусский руководитель уже сделал и продолжает делать все возможное, чтобы на его части избирательного поля не появилось конкурентов. В условиях абсолютной монополии на электронные средства массовой информации это большого труда не составляет. Что же касается российских каналов, то у Минска есть уже успешный опыт их переключения на белорусское вещание. Да и вообще, едва ли можно в принципе представить, чтобы российские государственные СМИ активно «пиарили» какого-то «своего» кандидата. А от политиков из оппозиционной среды Москва сама старается держаться подальше. Причем не потому, что они в действительности настроены антироссийски, а потому, что им создан такой имидж.

Огромная часть российской политической элиты до сих пор внутренне никак не может признать, что империя кончилась. К сожалению или к счастью, но, по всей видимости, – надолго. Так что рассчитывать на поддержку с востока в плане осуществления демократических преобразований не стоит.

Метки