Авторитаризм и скорость

Недавно председатель Государственного комитета по имуществу Г. Кузнецов дал пресс-конференцию о ходе приватизации белорусских предприятий. По его мнению, ответственные за продажу акций директора предприятий и чиновники министерств ведут себя чересчур осторожно. «Есть разногласия с концернами и министерствами. Почему они боятся – не знаю», – отметил он и добавил, что «многие в министерствах и ведомствах не понимают важность вопроса или боятся потерять управляемость предприятиями», – передает слова Кузнецова агентство Интерфакс-Запад.

«А действительно, почему?», – задалась риторическим вопросом газета Администрации президента «Советская Белоруссия» в самом многотиражном пятничном номере за 19 февраля. Этот вопрос и впрямь наболел, а за два последние года и вовсе стал «проклятым». Ведь если прислушаться к заявлениям других чиновников, то окажется, что белорусское государство регулярно само себе пеняет на медлительность работы и само же себя подгоняет.

Тянем-потянем

Вот сводка избранных откровений чиновников высшего ранга только за последний месяц.

22 января в Речице в ходе регионального семинара для идеологических работников Гомельской области первый замглавы Администрации президента Н. Петкевич заявила, что идеологическая работа зачастую делается «для галочки» и откровенно призналась: «Наша беда – формализм. За ним забывается повседневная работа с людьми, нужно идти от жизни», – передает БелТА. (В скобках стоит напомнить, что именно государственная идеология по задумке ее заказчика и разработчиков должна была цементировать белорусское общество, задавать ориентиры развития государства, мотивировать граждан к труду и, в конце концов, гарантировать стабильный рост ВВП – а как же иначе?)

2 февраля во время заседания правительства, премьер-министр С. Сидорский заявил, что проблема разгрузки складов белорусских предприятий до сих пор не решена. Особого внимания премьера удостоилось Министерство промышленности, где в 2009 г. складские запасы практически в два раза превысили норматив. Кроме этого премьер отметил, что в 2009 г. правительство особое внимание уделяло решению проблем в Минстройархитектуры и «Беллесбумпроме».

Через три дня во время заседания оргкомитета по подготовке и проведению чемпионата мира по хоккею 2014 г. Сидорский упрекнул министра спорта и туризма О. Качана в слабой активности по привлечению инвесторов для строительства инфраструктуры к чемпионату. «Если вы не понимаете, о чем я говорю, то посмотрите, какая пиар-кампания развернута в России по продвижению зимней Олимпиады-2014 в Сочи», – предложил премьер-министр.

Наконец, 17 февраля Александр Лукашенко в очередной раз напомнил министрам и губернаторам о том, что государственную систему нужно дебюрократизировать и привести управленческие структуры в «удобоваримое состояние». Президент особо отметил, что «если министры, губернаторы и другие руководители не способны это сделать — это очень плохо, это очень серьезный звонок».

По ком играет волынка?

Этот звонок особенно призывно звенит с 2008 года – как раз с того времени, когда в Беларуси был взят курс на «либерализацию всех сфер жизни» и, в частности, составлен план акционирования и приватизации белорусских предприятий до 2010 г. Тогда же выяснилось, что белорусская либерализация рискует надолго увязнуть в бюрократической волоките.

Процитированный выше Г. Кузнецов хорошо знает, о чем говорит, когда сетует на осторожность чиновников. В 2008 г. первая волна акционирования белорусских предприятий шла настолько вяло, что ГКИ пришлось авральными темпами заканчивать то, что предполагалось делать в течение всего года.

К декабрю 2008 г. было создано только 34 ОАО из запланированных к акционированию 171 предприятий, зато в результате поразительного административного ускорения ГКИ сумело выйти на 155 ОАО в конце года. 121 акционерное общество за месяц – это отличный «валовой показатель». Однако проклятый вопрос остался: почему, взяв курс на либерализацию, белорусское государство так упорно волынит и давит на тормоза?

Эффективный авторитаризм

Принято считать, что у авторитарного государственного устройства есть свои преимущества перед демократией. Белорусский президент не раз напоминал, что благодаря его жесткому методу управления Беларусь до сих пор не разворована, социально уязвимые группы населения получают поддержку, а производственное, технологическое и культурное наследие СССР сохранено и приумножено. С каждым годом этот миф становится все более уязвимым, но именно в последние 2 года у белорусского авторитаризма появился шанс показать, на что он способен.

Как отметил по время интервью на «Радио ТУТ» политолог BISS Денис Мельянцов, авторитарная форма правления действительно более эффективна в экстремальных условиях: «Если государство ведет войну или находится в экономическом кризисе, то демократия – это не совсем подходящая форма правления».

В отличие от «не совсем поворотливой» демократии, которая требует больше времени для нахождения компромиссов, в критической ситуации авторитаризм должен действовать быстрее, потому что, согласно теории, «при авторитаризме решения принимает один человек или ограниченная группа лиц».

Need for Speed

Войны в Беларуси, слава богу, нет. Зато мировой экономический кризис уже проник в ценники на бензоколонках и все глубже прокрадывается в жизнь обывателей. По идее, выстроенная в Беларуси авторитарная система управления должна лучше страховать нас от кризиса – иначе какой от нее толк?

Продолжая мысль, можно подумать, что белорусский авторитаризм должен по команде акционировать и приватизировать предприятия и привлекать иностранные инвестиции «на раз». Действительно, если мы дважды всенародно решили сэкономить на демократии и выбрать более эффективную форму правления, то почему наши склады так медленно разгружаются?

Ладно со складами. Что вообще мешает назначенным президентской рукой чиновникам эффективно выполнять свою работу? Неужели не обидно, что каким-то загадочным образом не менее авторитарная, коррумпированная и вдобавок олигархическая Россия работает быстрее – по крайней мере, так нам отсюда кажется.

Завороженная бюрократия

Есть несколько объяснений ставшей уже легендарной прокрастинации (© Я. Романчук) белорусских управленцев. Это и слабая профессиональная подготовка чиновников и директоров, отвечающих за проведение акционирования и приватизации, и боязнь брать на себя риски по срыву прогнозных показателей, и затраты на процедуру акционирования. Свою роль играет и зависимость от «долиберализационного» прошлого, когда у предприятий было больше возможностей пользоваться преимуществами перекрестного субсидирования и дешевыми кредитами.

Кроме этого, экономический кризис сделал потенциальных инвесторов более разборчивыми, а белорусское руководство – более осторожным в своих планах продажи предприятий. Как не раз говорил А. Лукашенко, продавать собственность «за бесценок» мы не будем. Не последнюю роль играет имидж страны за рубежом. Как известно, в последнем рейтинге Всемирного банка Беларусь умудряется совмещать 58-е место по простоте ведения бизнеса с 183-м (последним) местом по легкости уплаты налогов. [1]

Эти доводы логичны и в целом дают ответ на вопрос «Почему белорусские чиновники боятся либерализации?» Но за кадром осталась еще одна возможная причина административного торможения рыночных реформ в Беларуси в 2008-2010 гг. – знаменитая белорусская коррупция.

Обычно, описывая прогресс Беларуси в реформировании правового и экономического климата, комментаторы ссылаются на индексы Всемирного банка (Doing Business и Paying Taxes), Индекс восприятия коррупции (ИВЦ) Transparency International и подобные рейтинги, составляемые с позиции предпринимателей, ведущих бизнес в конкретной стране [2].

С точки зрения бизнеса вырисовывается не самая приятная картина. Бизнес в Беларуси занимает весьма слабые позиции, а государство предстает коррумпированным монстром. Но если занять точку зрения государства, то обнаружится другая интересная зависимость.

«Сильное, коррумпированное государство»

Взгляните на таблицу. Первые две числовые колонки демонстрируют очевидный прогресс нашего государства в деле сбора налогов на протяжении тех самых «тучных лет», когда Беларусь демонстрировала успехи своего «экономического чуда». Если взять за индикатор «силы» государства способность собирать налоги, то белорусская власть основательно укрепилась.

 

Налоговые поступления в бюджет, % от ВВП

ИВЦ

 

2000

2007

2000

2007

2009

Беларусь

16,6

24

43

150

139

Бельгия

27,4

25,8

25

21

21

Россия

13,6

16,7

82

143

146

Германия

11,9

11,8

17

16

14

Украина

14,1

16,7

87

118

146

Источники: World Development Indicators 2009 (World Bank); Transparency International.

Правая часть таблицы показывает темпы роста коррумпированности белорусского же государства. Справедливости ради нужно отметить, что в 2000 г. исследование Transparency International охватывало 90 стран, в 2007 – 150, в 2009 – 180, т.е. откат Беларуси вниз по Индексу восприятия коррупции объясняется, в том числе, и увеличением числа стран-участниц индекса. Тем не менее, и здесь прогресс налицо.

В стандартном, политкорректном учебнике по правоведению коррупция предстает одним из главных государственных пороков, разъедающим основы власти и общественной морали и угрожающим суверенитету. Зато в современной экономической социологии и политологии можно найти противоположные выводы. Более того, статистика свидетельствует, что коррупция может расти параллельно с усилением государства.

Такой аналитический трюк в 2008 г. на примере Украины проделал политолог из Йельского университета Кейт Дарден. Исследователь обратил внимание на то, что в целом развитые страны, особенно из числа государств ОЭСР, демонстрируют высокие показатели «силы» государственных институтов* при низком индексе восприятия коррупции.

С другой стороны, как видно из таблицы, коррумпированные государства также демонстрируют свою сильную сторону. Чего только стоит взлет Беларуси с показателя в 16,6% до 24 % за семь лет. Обратной стороной этого успеха оказалось падение в рейтинге ИВЦ.

«В особых случаях взяточничество может заменить принцип исполнения долга или личной преданности и стать тем связующим звеном, которое сделает государство эффективной иерархией», – предполагает Дарден, анализируя украинский случай. Почему бы и нам так не поступить в случае с Беларусью? [4]

По ту сторону «белорусского чуда»

Как уже отмечалось, Индекс восприятия коррупции отражает мнение независимых экспертов об уровне коррупции в государстве. Данные Генеральной прокуратуры РБ рисуют иную картину. Если посмотреть на статистику коррупционных преступлений в Беларуси, то обнаружится, что именно в «тучные годы» (2003-2007) наблюдалось снижение коррумпированности белорусского государства. Именно в этот период в стране осуществлялась Государственная программа по усилению борьбы с коррупцией, по завершении которой в 2006 г. число коррупционных преступлений сократилось на 18,6 %.

Затем в феврале 2008 г. Генеральным прокурором вместо П. Миклашевича был назначен Г. Василевич. Именно в этом году особенно часто стали звучать те самые упреки в бюрократизме, инертности и неразворотливости, которые высшее руководство страны до сих пор адресует своим подчиненным. Год завершился редким по масштабу и резонансу коррупционным скандалом с незаконно купленной недвижимостью, в котором оказались замешаны высокопоставленные чиновники Генпрокуратуры и МВД.

Разумеется, эта динамика не должна вводить в заблуждение, поскольку во многом отражает эффективность работы самих органов прокуратуры и милиции. И все же можно предположить, что резкий скачок количества зарегистрированных преступлений в период 2008-2009 гг. не случаен и связан нашей загадкой административного торможения белорусской государственной системы.

Позволим себе такую гипотезу. Белорусский управляющий класс эффективно отработал в период «нефтяного оффшора» и еще не успел договориться о правилах поведения в новых условиях. Именно эта неопределенность – не понятно, кто и сколько выиграет от либерализации – объясняет «боязнь» чиновников среднего и нижнего звена перед либерализацией и является причиной волокиты.

Поэтому в последнее время так участились коррупционные скандалы. Не успел премьер-министр 2 февраля сказать о том, что Минстройархитектуры находилось на особом счету правительства, как уже 17 февраля ГУБЭП МВД объявило о возбуждении уголовного дела в отношении трех должностных лиц по обвинению в хищении Br 2,5 млрд и намекнуло на возможную причастность к делу высокопоставленные чиновники этого министерства.

Очень похоже, что белорусская коррупция (а вовсе не белорусская идеология), которая долгое время обеспечивала укрепление институтов нашей государственности и рост ВВП, дает сбой и нуждается в адаптации к новым условиям. К сожалению, самым эффективным инструментом такой адаптации являются посадки чиновников. Поэтому в предстоящем году кроме разгрузки складов мы будем наблюдать и «разгрузку» белорусских министерств.
------------------
* Оценивалась способность государства собирать налоги и размер государственных расходов в % от ВВП.

[1] См. подробнее в исследовании Валерии Костюговой Перспективы приватизации в республике Беларусь // BISS, SA #5, декабрь 2008. http://belinstitute.eu/index.php?option=com_content&view=article&id=224%3A2010-02-15-09-33-53&catid=8%3Aeconomy&Itemid=28&lang=ru
[2] Александр Муха. Как Беларусь выглядит в международных рейтингах, http://nmnby.eu/pub/1001/11m.html
[3] Darden Keith (2008). The Integrity of Corrupt States: Graft as an Informal State Institution. In: Politics Society, 36; pp. 35-59.
[4] Отдельно по теме взяточничества см. Алексей Медвецкий. Занимательная коррупция, http://nmnby.eu/pub/1002/01m.html

Обсудить публикацию

Метки
Добавить комментарий

Наше Мнение © 2003-2020

Публикация писем читателей не означает согласие авторов проекта с высказанным мнением.