Серьезное предложение на рынке страха

Ну вот, терроризм. Подлинный центр общественных проблем, под который всегда есть что подверстать: падающие самолеты, «иракский кризис» во Франции, взятый в заложники учебный процесс в Северной Осетии. Почти у каждого имеется свой ответ по поводу данного «центра», и ни у кого нет ответа. В частности непонятно: почему, во имя чего, как долго и в каких масштабах.

Похоже, терроризм превращается в повальную моду. Причем один авторитетный источник тверждает, что Россию ожидают новые теракты: «об этом говорят почти все без исключения эксперты». На чем основываются эксперты? На перечне террористических данностей. Если террор существует, то он будет иметь продолжение и в будущем. Он очень тонок и элегантен, этот экспертный мозг. Он умеет своевременно предупредить.

Тот же источник предлагает единственно надежное средство от террора – некую загадочную новую идеологию («опираясь на которую можно будет отвечать на любые внешние и внутренние вызовы»). С которой только стоит ознакомиться всем потенциальным террористам – так все резко и вернется на круги своя. Вроде как даже террор захлебнется в собственной бессмысленности. Возможно, даже исчезнет как факт и феномен.

Между тем вопросы, поставленные ребром (чем же еще?) остаются. Не ломая голову над попытками ответа на них (как поступает большинство СМИ), «Русский журнал», как известно борющийся с «журналистскими штампами», рубрицирует эти штампы, так сказать, обхватывает их с помощью гипер-пупер-интерпретации. Согласно «РЖ», в попытках понять террор и победить его (проиграть ему) выделяются несколько позиций – «пораженцы», «каратели», «изоляционисты», «глобалисты», «оптимисты», «паникеры», «инициативники», «отказники» и «объективисты». В общем, много всяких людей думают про теракты.

Существует масса предположений относительно целей, которые преследуются террористами. Но главное из них касается «тефлонового Путина» и его «жесткого курса». Вот якобы подлинная цель террора. Хотя, по замечанию Газеты.Ru, «вокруг школы в Беслане царит пугающее молчание. Боевики вроде бы не пытаются выйти на связь и выдвинуть определенные требования, а штаб по освобождению заложников, сколь можно понять, не предпринимает активных попыток вступить с ними в переговоры или не сообщает о таковых».

Таким образом, при обилии всевозможных предположений относительно «целей» и предложений относительно «средств» за кадром остается едва ли не главное: непонятно, чего именно добиваются террористы. Коррекции политики на Северном Кавказе? Развала России (по мнению подавляющего большинства экспертов)? Подъема тиража центральных газет? Увеличения смотрибельности телеканалов? Миллиарда долларов в швейцарском банке? Об этом никто не говорит. Либо разговор на данную тему тщательно фильтруется.

Отсюда, по меньшей мере, следует что теракты могут являться деяниями совершенно бессмысленными (выступать своего рода «чистой» данью моде), но также могут преследовать определенные цели. Например: а) привлечь общественное внимание к определенным «насущным» проблемам; б) отвлечь общественное внимание от «насущных» проблем; в) выполнять функцию медийного удара по «политическому курсу» (хотя не вполне понятно, что именно в «курсе» не удовлетворяет террористов); г) усиливать «жесткость» «курса» (например, МЧС и спецслужбы получат дополнительные средства на борьбу с терроризмом); д) являться фоновым средством улучшения «имиджа» определенного режима (например, белорусского в сравнении с другими режимами (скажем, американским или российским). Или вот еще: способствовать вмешательству международных структур типа ООН во внутрироссийские дела. Или вообще вмешательству Запада. Хотя непонятно, каким образом и в каких масштабах.

Словом, терроризм может выступать не только орудием «слабых» против «сильных», но и напротив – орудием «сильных» против «слабых» при том, что слабость и сила рассматриваются как величины относительные. В этом смысле «терроризма» не существует. Его почти невозможно анализировать, но можно расследовать – в качестве отдельных случаев.

Мне кажется, что «слабые» (в строгом смысле) к терроризму неспособны. Для террора, как минимум, необходимы: финансы, выучка, спецодежда, знания особого рода (например, о том, как пронести бомбу на самолет). Терроризм – это не столь дешевый товар, как может показаться на первый взгляд. Он требует ресурсов. К террору способны не столько те, кому есть что сказать (хотя существует миф о заговоре СМИ и террора), но те, у кого имеются возможности ничего особо не разъяснять.

Разве не из этого нужно исходить при всякой попытке осмыслить его проявления?

Метки