Получен урожай тысячелетия...

Об условных душах и их безопасности

«Так вот. Я вам, конечно, сочувствую в ваших метаниях. Но, откровенно говоря, лично мне ожившие покойники бьют по мозгам гораздо сильнее, чем данные статистики. Тем более, что данных статистики я никогда не видел, а покойников и видел, и обонял предостаточно...»

А. и Б. Стругацкие. «Пикник на обочине».

Битва за урожай-2004 развивалась по нарастающей: стратегические прикидки Минсельхозпрода (Генеральный штаб) определили его примерный вес в 6,5 млн. т., президент (Главнокомандующий) настоятельно попросил штабистов «организовать» еще хотя бы полмиллиона, первые вести с полей (от Информбюро) указывали, что будет собрано примерно 7,180 млн. т., на Дожинках (День победы) вице-премьер (командующий фронтом) Иван Бамбиза подытожил: 7 млн. в общественном секторе, 600 тыс. в частном; но Лукашенко уточнил: потянет на 8 миллионов. По его словам, это такая победа, для осмысления которой нам понадобится изрядный срок. Для справки: до сей поры наибольшим за всю историю был урожай 1987-го, первого послечернобыльского года – 7,804 млн. т. Таким образом, нынешний урожай – это урожай тысячелетия!

Поэтому не будем терять время и наморщим лбы.

Поскольку на день Дожинок в общественном секторе уборка практически завершилась, то следует считать, что утяжеление каравая до 8 миллионов произошло за счет частника. И на сей счет существует изрядное сомнение.

Во-первых, уж больно разнятся между собой цифры, озвученные Бамбизой и Лукашенко. Согласитесь, что из 600 тысяч получить миллион невозможно даже при помощи самых «современных» методов счета, которые применяет наш Минстат. Но если частник на самом деле произвел 1 млн. т. зерна, это означало бы резкое увеличение объема валовой продукции в этом секторе.

Но на самом деле, по данным того же Минстата, в январе-августе 2004 г. производство у частника по сравнению с аналогичным периодом 2003 г. сократилось на 3,6%. Это во-вторых.

В-третьих, исключая фермеров, которые обязаны отчитываться по засеянным площадям и урожайности перед органами статистики, наш мельчайший, «камерный» землевладелец – не обязан, а у сельсоветов до них, что называется руки, не доходят, поэтому все это оценивается с помощью известного метода – «на глазок».

В-четвертых, в личных подсобных хозяйствах, лишенных доступа к добротным семенам, средствам защиты растений, удобрениям, которые они в прошлом практически бесплатно «получали» в колхозах, урожаи слабенькие, зерно низкого качества и чрезвычайно засоренное семенами сорняков. Да и высевают сельчане злаковые часто с единственной целью – получить солому на подстилку кабанчику.

Словом, обычная рутина, привычное крестьянское дело, которое хиреет буквально на глазах. В этом легко убедиться, выйдя за околицу, «на зады» любой деревеньки, где в зарослях чертополоха можно и заблудиться, и на волчье логово напороться. И поскольку природа не терпит пустоты, сельские и дачные окрестности превращены в одну огромную свалку. Впечатление такое, что наше общество оказалось полностью неподготовленным к нашествию пластиковой тары, которая хоть мало весит, но занимает много места и практически не разлагается. А все мероприятия «года наведения порядка на земле» ограничиваются в основном покраской фасадов.

Это тоже к слову. Победы, в общем, никакой нет. У наших соседей, в России и Украине, где сельское хозяйство ведется без центрального надзора и даже вопреки «государственному невмешательству», в нынешнем году урожай тоже выше прошлогоднего и весомее, чем за последние несколько лет. И никакого фурора по этому поводу. Знают, занесешься с похвальбой – на будущий год будешь небесной канцелярией наказан.

Наши удержу не знают. Выступая на «Дожинках-2004», А. Лукашенко, как всегда, говорил много и на сей раз почти исключительно об успехах, достигнутых вопреки заявлениям некомпетентных критиканов и простых заблуждавшихся в правильности избранного курса. А текущий год, когда собрали такой большой урожай, был назван оратором «переломным».

Что на это возразить? Вроде бы и нечего. Ведь еще Михаил Чигирь в бытность премьером мечтал о переломе. И вот мечта сбылась, но ... хлеб подорожает.

А. Лукашенко, похоже, сознательно обходит этот факт стороной, когда утверждает: «Количество полученного зерна – базовый показатель, который определяет возможности экономики в целом, развитие животноводства, роста производства продуктов питания, той продукции, которая востребована не только на внутреннем, но и на внешних рынках...» Убедительно? Но только на первый взгляд. Ни один из так называемых базовых показателей не может быть ни универсальным, ни достаточным не только для экономического процветания, но даже для оценки текущего состояния экономики. Ватикан, например, не имеет ни промышленности, ни сельского хозяйства, да и вообще «реального сектора экономики». Но по всем показателям относится к преуспевающим государствам, хоть и не имеет базового. Правда, не всем гражданам Ватикана можно позавидовать, поскольку и тамошняя «вертикаль», и многие из нижестоящих страдают неврозами ввиду невозможности удовлетворить базовый инстинкт. Но это предмет их выбора.

А мы обратимся к нашему.

Например, даже «аграрии на асфальте» знают, что косвенным продуктом питания скота являются молоко и мясо. В данном случае – пищеварения. Так вот, с затребованностью «этой продукции» на внутреннем и внешних рынках можно разобраться и с помощью визуального наблюдения, и опираясь на данные родного Минстата, который бесстрастно сообщает: импорт зерновых культур в Беларусь за 8 месяцев текущего года достиг 580,9 тыс. т и увеличился в 1,5 раза по сравнению с аналогичным периодом 2003 г., цена на пшеничную муку – в 1,6 раза, хлеба и хлебобулочных изделий – на 24,5%, что на 3 процентных пункта превышает сводный индекс потребительских цен на продтовары. Оно и понятно, хоть в лепешку расшибись, но пшеницу твердых сортов, необходимую для пристойного хлебопечения, в Беларуси не вырастишь. Впрочем, на это можно было бы не обращать внимания, если бы мы на внешние рынки поставляли, например, ту же рожь в объемах, достаточных хотя бы для компенсации растущих издержек от повышения цен экспортерами зерна в нашу страну.

Но этого нет.

Что касается внутреннего рынка, то он просто не может «переварить» дополнительные тысячи, тем более – миллионы тонн. Когда подводились итоги прошлого года, ознаменовавшегося небывалым урожаем капусты, аграрии сетовали на отсутствие должного спроса, ввиду чего сей ценный питательный продукт пришлось скармливать скоту. И это при том, что хозяйства и фермеров ориентировали на увеличение производства овощей.

По мнению высказавшихся специалистов, внутренний рынок сегодня сбалансирован, его платежеспособный спрос соответствует тем объемам, которые производятся. А за границу, в Россию в частности, излишки того же зерна или картофеля продать невозможно.

Вот и выходит, что нынешнее хлебное изобилие больше всего порадует таких «нерезидентов», но всегда активных поедателей, как воробьи да мыши. Но к экономике этой имеет весьма косвенное отношение.

Именно состояние рынка, по убеждению специалистов, ограничивает рост производства. Поэтому и производство, и переработка, и потребительский спрос колеблются в пределах «золотой середины», определяемой возможностями каждой из сторон. А они таковы, что у комбикормовых заводов нет денег на закупку зерна у фермеров, у хозяйств – на закупку у заводов собственного, переработанного в комбикорма зерна; население, в силу сложившейся традиции (хлеб всему голова!), потребляет его столько и такого, сколько считает нужным даже в стесненных материальных условиях. Даже если реальная зарплата повысится в 10 раз (у нас любят намного опережать прогнозы), потребление хлеба и хлебобулочных изделий увеличится незначительно. Так что людям этот приварок, вроде бы и ни к чему.

Правда, в последние годы появилось множество неучтенных статистикой и напоминающих оживших мертвецов персон, добывающих свой хлеб насущный на помойках и в мусорных баках. И они в самом деле бьют по мозгам сильнее данных статистики. Вот их бы бесплатная хлебораздача порадовала. Но случись такое, оно тоже не имело бы отношения к экономике.

К слову, в странах с высочайшим уровнем производства зерна «на условную душу населения», с которыми, как нас уверяет вице-премьер Иван Бамбиза, уравнялась Беларусь, людей, питающихся отбросами, давно нет. Может быть потому, что там меньше говорят о продовольственной безопасности, но больше делают для людей. Не бесплатной раздачей хлеба, а созданием условий для самореализации личности во всех сферах общественного бытия и сознания.

Успех спекуляций на тему привесов и удоев среди населения и даже просвещенной публики во многом определяется экономической безграмотностью и привычкой оценивать производственные показатели в погонных метрах и тонно-километрах. Де мол, увеличился грузопоток, а что привезли и куда увезли, это в основном никого не интересует. В газетах, например, пишут, что в Минске или в другом городе назапашенных картофеля и овощей с лихвой хватит до нового урожая. И всякий раз возникает вопрос, почему с «лихвой» и как велика эта «лихва»? Какой, например, вклад фермеров в обеспечение столицы?

По мнению председателя правления Белорусского общественного объединения фермеров, никакой. Фермеры исключены из этого планового процесса. Они сами продают свою продукцию. А в организованной торговле дела ведутся так. В начале года Минский горисполком выделяет кредиты на поддержку колхозам и совхозам, а осенью не знает, как забрать эти деньги. С молоком и мясом сложно – товары, можно сказать, стратегические. Остается «вырывать» картофелем и овощами. Поэтому на предложения фермеров – такой ответ: «Рады бы купить, но у фермеров покупать не будем, берем за долги у колхозов и совхозов». Поэтому на хранение закладывается продукция неважного качества, хоть потери при хранении и соответственно издержки велики, но ее хватает с лихвой. И что значит «до нового урожая», если со дня на день на рынок пойдут фермерские ранний картофель и овощи.

С ценами тоже интересно, поясняет г-н Ермоленко. Город кормят капустой, допустим, по 300 рублей за килограмм, когда у фермера она стоит 150 рублей. Городской потребитель покупает за 300, потому что такая цена заложена. Вот и расходится колхозный картофель по садам, больницам, предприятиям общепита. И получается, что деньги на покрытие колхозных долгов изымаются из социальной сферы. Их оплачивают посетители студенческих столовых, рабочие предприятий. В этом ничего нет нового. А «лихву» вывозят на свалку, чтобы обеспечить емкости для хранения нового урожая.

А что делать с зерном, которое у нас в основном фуражное. Кое-что, разумеется, можно продать за рубеж. Остальное – употребить на месте. Не все так просто. В 1987 году, когда был получен сравнимый с нынешним урожай, поголовье крупного рогатого скота в общественном секторе составляло 6,5 млн. голов, в настоящее время – 3,6 миллиона, свиней было 3,5 млн. голов, сейчас – 2,4 миллиона.

Знаете, свинья хоть и прожорливое существо, хоть корова жует беспрестанно, но вдвое и втрое больше они съесть не смогут. По крайней мере, продуктивно усвоить. И куда с добром?

В последнее время много говорят о безопасности страны, в том числе продовольственной. В нынешнем году она считается, безусловно, обеспеченной, поскольку при любых вариантах потенциальным супостатам голодом уморить нас не получится. А между тем продовольственная безопасность в экономическом смысле означает, что нормально, сбалансированно, калорийно, с нужным набором витаминов и микроэлементов должны питаться все без исключения социальные слои, группы и индивиды. А в Беларуси, что официально признано, каждый пятый имеет доходы ниже прожиточного минимума.

Какая уж тут безопасность?..

Метки