Силиконовый рай

Многочисленные отклики прессы на призыв главы государства создать в Беларуси собственный вариант Кремниевой (Силиконовой) долины страдают одним существенным недостатком – в них практически отсутствует анализ тех факторов, которые превратили вышеназванную долину в икону для инновационных компаний, занятых в сфере высоких и биотехнологий, а для политических и научно-технических деятелей многих стран мира и в манящий пример для подражания. Несть числа попыткам повторить успех калифорнийского инновационного парка высоких технологий, однако результат, хотя бы отдаленно напоминающего американский, получили буквально в считанных странах. Какое же секретное оружие применяют американцы, в чем состоит страшная тайна, позволяющая им быть «впереди планеты всей» как в темпах научно-технических разработок, так и, самое главное, в скорости их внедрения в жизнь? Давайте попробуем проанализировать факторы успеха, без наличия которых любые попытки клонировать научный, технологический и финансовый успех Кремниевой долины попросту бездумная трата денег и времени.

«Вишневый сад» по-американски

Калифорния – штат особенный. Тут и впечатляющий горный ландшафт, и живописные южные долины, и побережье лазурного Тихого океана. Климат, чрезвычайно благодатный для сельского хозяйства. Правда, бывает жарковато, периодически происходят землетрясения и лесные пожары, случаются ливневые оползни, но в целом край плодородный, красивый, и потому густонаселенный. По численности проживающих здесь жителей (свыше 30 миллионов человек) он находится на первом месте среди всех других североамериканских штатов.

В тридцати милях к югу от Сан-Франциско располагается местность, вытянутая вдоль океанского побережья, историческим названием которой до средины прошлого века являлось Долина Сердечного Удовольствия (the Valley of Heart’s Delight). Название это было дано местности неспроста – тут находились многочисленные фруктовые сады, славившиеся своими абрикосами, сливами и вишнями, которые, аккуратно собранные и красиво упакованные, развозились по всей стране и продавались на рынках, в гастрономических магазинах, а также повсеместно использовались кондитерской промышленностью.

Однако время бежало, стремительно двигался научно-технический прогресс, и самые мрачные ожидания Антона Павловича по поводу рокового стука топоров и вырубки романтических садов превратились в быль на земле Калифорнии. Железная кобылка цивилизации зацокала своими копытами по этой обетованной земле. В итоге не то, чтобы уничтожили все сады, но значительная часть из них пала-таки под ножами бульдозеров. С легкой руки «отца» Кремниевой долины Фредерика Термана, профессора и вице-президента Стэнфордского университета, со средины двадцатого века здесь образовалось уникальное сообщество компаний, которые являются сейчас законодателями мод для всего мира в области компьютерных, электронных, информационных и биотехнологий. А так называемый Стэнфордский исследовательский и промышленный парк расположился в парке природном, и они прекрасно сосуществуют бок о бок. Здесь нет высотных зданий, все компании строят малоэтажные комплексы, которые органично вписываются в ландшафт местности.

Территория Парка расположена на землях Стэнфордского университета, она занимает площадь в 280 гектар и имеет прекрасную инфраструктуру, включающую 162 здания, собственную электростанцию, 70 километров дорог, эффективные системы водо- и электроснабжения, ТЭЦ, автономные службы полиции и пожарных. Из расположенного поблизости города Пало Альто проведена оптико-волоконная линия, обеспечивающая сверхбыстрый доступ в Интернет. Сюда легко добраться из 3 расположенных неподалеку аэропортов и с магистральных шоссе 5 и 101, налажено хорошее автобусное сообщение.

Термин Кремниевая долина (в русском языке укоренилось название Силиконовая долина, что является некорректным переводом, так как речь идет о базовом материале для изготовления транзисторов, а не о пластической хирургии) был впервые применен журналистом-популяризатором технических новинок Доном Хофлером в 1971 годом и оказался настолько удачным, что первоначальное название – Долина Сердечного Удовольствия практически тут же исчезло из употребления, пав жертвой научно-технического прогресса. С тех пор и в других странах, когда хотят похвастать своими достижениями в отдельно взятом географическом регионе, говорят – а это наша Кремниевая долина. Еще один пример, как имя собственное превратилось в нарицательное.

Таким образом, успех калифорнийского парка высоких технологий во многом предопределили удачное место его расположения и прекрасно развитая инфраструктура.

Штат Калифорния, где расположена Кремниевая долина, самый крупный штат США по населению – свыше 20 миллионов жителей и третий по площади территории – 411 тыс. кв. км. Является лидирующим среди других штатов страны в таких отраслях, как телекоммуникации, ИТ, медицинское оборудование, занимает первое место по привлечению прямых иностранных инвестиций. Доля Калифорнии во внешней торговле США составляет более 20 процентов. В структуре экспорта США на Калифорнию приходится 30 процентов электронной продукции и 28 процентов продукции машиностроения, включая компьютеры. Здесь сосредоточены 32 университета и 12 «мозговых» центров.

Вначале было слово

Практически большинство ключевых технических изобретений в области информационных технологий были сделаны в Кремниевой долине. How come? – спросили бы американцы (вопрос, означающий «а почему, собственно, это произошло?»). Используя наше историческое выражение, можно спросить – откуда есть пошла Кремниевая долина? С чего, собственно, началась история ее бурного развития?

Итак, вначале было слово. Слово, сформулированное в завещании богатого калифорнийского землевладельца Лилэнда Стэнфорда, который завещал свои обширные угодья, а также значительную сумму денег на основание нового университета. Университет, носящий его имя был открыт в 1891 году вблизи городка Пало Альто в той самой Долине Сердечного Удовольствия. В те времена западное побережье США только начинало соперничать с индустриально развитым восточным побережьем, промышленные и научные центры которого забирали себе все лучшие кадры, выпускавшиеся университетами Запада. Налицо была «утечка мозгов», пусть и не в интернациональном, а в национальном масштабе.

Именно поэтому профессор Терман, который был приглашен в Стэнфорд из Массачусетского технологического института в начале 20-х годов прошлого века, решил создать такие условия молодым и талантливым специалистам, которые бы могли наиболее полно удовлетворять их амбициозным научным, техническим и финансовым планам. Так, он смог убедить двух талантливых выпускников Стэнфордского университета Билла Хьюлетта и Дэйва Паккарда вернуться в Калифорнию, предоставив им гранты своего университета, хотя Билл успешно закончил магистратуру в МТИ, а Дэйв работал в известнейшей компании General Electric в Нью-Йорке.

Те вернулись и вошли в историю техники и менеджмента со своим ставшим легендарным гаражом в Пало Альто, где они открыли свою частную компанию в 1938 году со стартовым капиталом в 538 долларов (отсюда термин «гаражные компании»), выросшую со временем в гигантскую фирму Hewlett-Packard с числом работников около 90 тысяч человек и годовым оборотом в 43 миллиарда долларов. Этот гараж через много лет компания выкупила за 1,7 миллиона долларов у давно сменившихся владельцев, поместивших на нем бронзовую табличку «Место рождения Силиконовой долины».

Но это предыстория, а настоящая история началась уже после второй мировой войны. Толчком к этому послужили финансовые трудности, которые испытывал Стэнфордский университет. Фредерик Терман выступил с идеей сдавать в аренду имеющиеся свободные земельные площади высокотехнологическим компаниям (продавать их запрещало завещание Лилэнда Стэнфорда). Эту идею насчет ограничения высокими технологиями сам Терман назвал «нашим секретным оружием». В 1951 году известная компания Varian Associates подписала контракт на аренду и построила себе здание, а затем туда переехали и другие видные представители мира высоких технологий – Eastman Kodak, General Electric, Shockley Transistor, Lockheed, Hewlett-Packard и другие. Образовался так называемый Стэнфордский промышленный парк.

Кроме этого, в 1946 году при помощи правительства на базе Стэнфордского университета был создан Стэнфордский Исследовательский Институт, целью которого было ускорение экономического развития западного побережья. Он осуществлял координацию и финансирование правительственных оборонных программ, выполняемых сконцентрированными здесь частными компаниями. Теперь уже не было нужды бороться с «утечкой мозгов» на Восток страны, кадры сюда активно потекли не только из Стэнфорда, но и из Беркли, Университета Сан-Франциско, да и со всей страны. Триединая задача профессора Термана – удержание местных кадров, развитие местной высокотехнологической промышленности и финансовое оздоровление частного Стэнфордского университета – была успешно выполнена. Роль самого Термана в этом трудно переоценить, тут налицо так называемый «человеческий фактор» или роль личности в истории, если хотите.

Роль личности проявилась и в том, что многие лидирующие позиции во всемирно известных компаниях Кремниевой долины, будь то производственные Sun Microsystems или Cisco Systems, софтверная Oracle, интернетовские Yahoo или Netscape Communications, занимают именно выпускники Стэнфорда или других университетов Калифорнии. Именно их научный, технический и организационный талант во многом предопределил успех начатых предприятий.

Итак, наличие мощной научно-технической базы и влияние конкретных личностей на процесс формирования ПВТ – еще один фактор чудесного расцвета Кремниевой долины.

Бурное развитие Кремниевой долины не обошлось без негативных последствий. Цены на недвижимость и аренду квартир и офисов достигли здесь весьма высокого уровня даже по американским меркам. Так, стоимость аренды скромной квартиры здесь достигает 1600 долларов в месяц, поэтому многие молодые специалисты договариваются со своими работодателями о возможности ночевать в офисах, а некоторые даже ночуют в приютах для бездомных. Другие в целях экономии снимают квартиры совместно со своими коллегами, превращая их таким образом в своеобразные коммуналки. Пробки на дорогах заставляют многих проводить на работе время буквально от рассвета до заката, чтобы не тратить его на стояние во многочасовых заторах на дорогах. Появилась проблема с учителями в средних школах – все ринулись в программирование, которое позволяет получать гораздо более высокие зарплаты. Существует и проблема с местами в школах, которые не могут принять всех детей школьного возраста.

Счастье не в деньгах, а в их количестве

Утверждение небесспорное, но финансовая сторона дела всегда была, есть и будет одним из залогов успеха любого предприятия. Откуда же берут деньги на свое развитие вновь создаваемые компании Кремниевой долины? Мы здесь не рассматриваем тот случай, когда в Долину перебазируются уже состоявшиеся фирмы без проблем с финансированием своего бизнеса или новых проектов.

В первую очередь, немаловажным подспорьем в этом для небольших высокотехнологичных компаний изначально, еще со времен «холодной войны» являлась мощная система госзаказов на разработку различных оборонных проектов. Денег у Пентагона всегда хватало, и финансирование перспективных проектов было и остается серьезным финансовым рычагом, стимулирующим научно-технические разработки в военно-промышленной сфере. До сих пор более половины НИОКР в Кремниевой долине финансируются таким образом государством.

Так, значительный прирост в бизнесе Кремниевой долины вызвало появление в 50-х годах прошлого века Программы обороны в области авиации, космоса и электроники. Оборонные ведомства закупали до 40 процентов от общего количества выпускаемых транзисторов. Компания Lockheed Aerospace, переместившаяся в 1956 году в Стэнфордский промышленный парк, содействовала основанию аэрокосмического факультета в Стэнфордском университете. Университет, в свою очередь, проводил в интересах компании научные разработки, готовил заключения о проектах, обучал ее служащих. Сюда же переместились научно-исследовательские центры IBM (1952 г.), NASA (1958 г.), Xerox (1970 г.).

Любые пригодные в военных отраслях изобретения и разработки щедро финансировались государством, не говоря уже о революционных прорывах в высокотехнологических областях, таких, к примеру, как начало производства компанией Intel в 70-х годах микропроцессоров, что явилось одним из самых важных изобретений двадцатого века в области компьютерных технологий.

Однако не только государственное финансирование было источником подпитки молодых перспективных компаний. Венчурное (или рискованное) финансирование также всегда широко использовалось для высокотехнологичных проектов. Его смысл сводится к тому, что частный капитал вкладывает деньги в развитие перспективных технологий, чтобы через короткое время получить значительную отдачу, как в виде прямых денежных возвратов по ставкам гораздо выше средних банковских, так и в виде части акций тех компаний, которые из разряда частных переходили в акционерные общества открытого типа и начинали продавать свои акции на рынке. Как пример можно привести компанию Apple Computer, владельцы и основатели которой в процессе акционирования своей мало кому известной компании стали миллиардерами, а компьютеры Apple до сих пор успешно конкурируют со своими IBM-совместимыми собратьями.

Не стоят в стороне и традиционные инвестиционные институты – банки и пенсионные фонды, которые активно направляют финансовые ресурсы в уже состоявшиеся предприятия с низким риском потерять их потерять. А венчурные капиталисты, получающие гораздо больше прибыли с вложенных средств и рискуют гораздо больше – из десяти профинансированных новых проектов успешным может оказаться лишь один. Но в этом и суть венчурного капитала – «авантюристического» в каком-то смысле. Но суть состоит в том, что деньги – кровь экономики, и этот классический принцип работает в Кремниевой долине как нигде, без них никакого экономического чуда не состоялось бы. В год в только во вновь создаваемые компании в Кремниевой долине инвестируется от 15 до 20 миллиардов долларов!

Поддержка государством наукоемкого бизнеса происходит не только в виде прямых госзаказов, но другими путями. Правительство США и руководящие органы штата Калифорния уделяют огромное внимание развитию и поддержке малого бизнеса, поскольку это служит повышению занятости населения, увеличению его доходов, достижению социальной стабильности в регионе. В этих целях, начиная со средины 90-х годов прошлого века, для поддержки малых компаний ежегодно выделялось по 1 миллиарду долларов. Деньги эти идут на юридическую, организационную и финансовую поддержку малого бизнеса. В свою очередь, последний является неоценимым подспорьем в работе крупных корпораций, т.к. мировая практика последних лет уже однозначно доказала, что им гораздо выгоднее и проще использовать малые компании в качестве субподрядчиков для проведения пилотных исследовательских разработок в области перспективных технологий, нежели иметь «лишние» подразделения в своей структуре.

Кроме того, существуют разнообразные программы поддержки высокотехнологичного малого и среднего бизнеса. В городе Сан-Хосе, центре Кремниевой долины, создана «зона предпринимательства» площадью 18 кв. миль, где компании имеют ряд льгот: им возмещается местный налог с продаж (8,2% от суммы продаж) с первого миллиона долларов для физических лиц и 20 миллионов долларов для юридических лиц, компенсируется 50% расходов по найму работников, предоставляется освобождение от налогообложения зарплат работников этих предприятий, существует ряд других льгот.

Огромное значение имеет привлечение иностранных инвестиций. В том же Сан-Хосе создан и успешно действует международный бизнес-инкубатор, в котором работают фирмы из многих стран мира. К ним предъявляются жесткие требования, но и поддержка оказывается немалая. Конечными целями ставятся улучшение занятости местного населения, привлечение прямых иностранных инвестиций, установление взаимовыгодных торговых связей с теми странами, которые представлены работающими здесь инофирмами, привлечение передовых технологий и идей. Свободное участие иностранных компаний в «освоении» Кремниевой долины – требование времени, ведь высокие технологии не знают границ и замыкание бизнеса только на местные предприятия может в конечно счете привести к проигрышу темпа развития и потери лидерства в жестком научно-техническом соревновании.

Своего рода «золотая лихорадка» привлекает в этот регион многих выпускников вузов. Модным среди молодых технических «гениев» стала разработка актуальных тем, которые можно потом за баснословные деньги продать крупным корпорациям, работающим в тех же направлениях и вынужденным выкладывать круглые суммы, чтобы достигнутые результаты не достались конкурентам. Эта головная боль для крупных фирм тем не менее также в какой-то степени является стимулом для научно-технического прогресса.

Результат всего этого? Компании, расположенные в Кремниевой долине, генерируют в год 200 миллиардов долларов в виде своих доходов. По этому показателю Долину могут перегнать разве что самые крупные развитые капиталистические страны мира.

Таким образом, можно сказать, что кроме всего прочего, успешное развитие наукоемких высокотехнологичных предприятий в Кремниевой долине обязано наличию разнообразной поддержки частного бизнеса со стороны государства, т.е. благоприятной экономической среды, существованием стабильной системы госзаказов, присутствием на рынке крупных финансовых ресурсов и привлечение иностранных инвестиций.

Примером самого удачного копирования успеха Кремниевой долины, пожалуй, можно назвать Китай. Это улица Чжунгуаньцунь в Пекине, где расположены Академия наук Китая, Пекинский университет, Политехнический институт и ряд других известных вузов. За двадцать лет своего развития этот район превратился в гигантский технопарк, где сосредоточены лучшие научно-технические кадры и компании Пекина. Здесь расположены 10000 предприятий, среди которых более половины приходятся на электронную отрасль. В среднем здесь регистрируется до 10 компаний в день (!). Кроме местных компаний, сюда активно привлекаются и транснациональные корпорации, сейчас их число перевалило за четыре десятка и постоянно увеличивается. На каждые 74 сотрудника здесь приходится 1 доктор наук, на каждые 15 человек – 1 магистр. Темпы промышленного роста здесь составляют 30 процентов в год.

* * *

Еще одним примером удачного копирования американского опыта является Франция, где на юго-востоке страны в городе Гренобль, столице зимних Олимпийских Игр 1968 года, находится французская Кремниевая долина, сосредоточившая в себе предприятия и научно-исследовательские центры в сферах микроэлектроники, нано- и биотехнологий. Предприятия соревнуются между собой за право пригласить на работу лучших исследователей, инженеров и техников страны. Работа здесь считается самой престижной и высокооплачиваемой. Здесь же основали свои предприятия и крупные иностранные фирмы из США и Японии. Сейчас создается новый «технополис» Minatec, который будет специализироваться в новейшей и самой перспективной отрасли – нанотехнологиях. К 2005 году в нем на площади 8 гектаров будет трудится 3000 исследователей, инженеров, рабочих. Общая сумма инвестиций в этот новый технопарк, которые лягут на плечи государственных и местных органов, составляет 800 миллионов франков.

Резюме

Суммируя вышесказанное, можно кратко перечислить следующие факторы успеха Кремниевой долины:

• Отличное место расположения
• Прекрасно развитая инфраструктура
• Мощная научно-техническая база
• Участие выдающихся личностей
• Благоприятная экономическая среда
• Стабильная система госзаказов
• Имеющиеся на рынке крупные финансовые ресурсы
• Привлечение иностранных инвестиций

Остается проанализировать эти факторы и сделать выводы о путях и возможностях повторить результаты, достигнутые в американской Кремниевой долине.

Метки
Добавить комментарий

Наше Мнение © 2003-2020

Публикация писем читателей не означает согласие авторов проекта с высказанным мнением.