Свободный труд и рынок: квадратура круга

Как не возрадоваться тому, что в новом столетии у нас есть почти что все. Машины, квартиры, домашние кинотеатры. Есть и наркомания, проституция, безработица. То, чего не было при социализме. Чего не хотят признать ныне многие во власти и без оной. Часто «нарко-прости-безра» связаны органично друг с другом. Когда нет работы, то сразу появляются ее заменители. О которых только что сказали. Именно по этой причине работа и есть ключ ко многим социальным и асоциальным проблемам.

Пока же работы в Беларуси хватает всем. Есть даже небольшое положительное сальдо иммиграции, что является позитивным в оценке ситуации в стране. Тем не менее, наши предприятия перенасыщены рабочей силой. Хотя директорат может иногда ворчать о нехватке рабочих и служащих. Это так, если речь идет о хороших специалистах.

Но нынешнее положение дел заставляет правительство осторожно восставать против политической формулы руководства: «никакой безработицы». Она пугала и остается страшилкой до сих пор.

А что же на самом деле? И что делать «если»?

Свобода выбора рабочих мест?

Тех, кто работает в «общественном» производстве в стране насчитывается 4407.5 тысяч человек. Четыре с половиной миллионов участвуют в общественном разделении труда. Кто как. Скажем прямо, что разобраться в степени эффективности применения рабочих кадров довольно сложно. 4.4 миллиона заняты в самой стране. Полмиллиона и более выехало на внешние рынки труда. Часть из тех, кто работает чисто формально, и держит трудовую книжку у друзей на предприятии, в малом бизнесе. Кто-то вообще не обращает внимания на такую мелочь, как трудовая книжка. Молодежь стремится зарабатывать деньги без оформления на работу и без лишних формальностей. Родители работают за детей, а дети сидят дома со своими собственными детьми. Вариантов множество и никакие статистические службы их не смогут подсчитать. Работа есть. Не слишком доходная, но как феномен существует. Для всех. Безработица минимальна. Почему? 

С одной стороны, выручает сам авторитарный режим. Милиционеров и иных сотрудников силовых структур очень много. На улицах Минска и других городов сразу можно увидеть молодых и сильных ребят в форме, которые изнывают от безделья. «Несут службу». Легче заказать манекенов с видеокамерами, но тогда начнем считать безработных? Конечно, начнет работать система домино. Увеличение незанятости в одном секторе экономики приведет к росту конкуренции за рабочие места. То, что у нас пока мало работает.

Важен и сам феномен безработицы. Он имеет положительное рыночное начало. Это – конкуренция талантов, дисциплина занятости и акселератор продаж. Замученные собственной исключительностью работники белорусского сервиса и торговли диктуют  нам правила игры. Строительные рабочие ведут себя как воины захватчики на чужой территории. Этакие оккупанты ремонтирующихся квартир. Белорусские рабочие изнывают от собственной трудовой исключительности.

Потребителей больше, чем производителей? Рынок наизнанку? Да, именно это и имеет в нашем неосоциалистическом варианте всеобщей занятости. Как писали в учебниках политэкономии прошлого века – «всеобщая занятость как закон социализма». И надо же – есть она белорусская всеобщая занятость. В условиях полукапитализма и неосоциализма.

Эта всеобщая занятость так надоела всем, что министры и премьеры стали иногда поговаривать об увольнениях. Точнее, ликвидации излишних рабочих мест. Сначала в госсекторе, в государственных предприятиях. Затем и дальше – там, где лишние руки и ноги создают высокие расходы и издержки.

Что это? Покушение на политическое кредо страны? Давление реальных обстоятельств? Верно – второе. Когда новые тарифы на энергию ведут к новым издержкам, то надо делать самое простое и разумное. Сокращать ненужные затраты, т.е. – излишнюю занятость в стране. Как говорил один из популярных политиков: лучше 1000 рабочих за 200 долларов зарплаты, чем 200 с зарплатой в 1000 долларов. Это, кстати, политический выбор страны.

Однако, когда в России заработная плата  достигла 500 долларов и рвется к 1000-долларовому уровню, нам ли петь «старые песни о главном». Кто и зачем будет работать в стране за 200 долларов. Малограмотные и ограниченные сборщики и сборщицы на конвейерах страны? Пролетариат, который уже представляет угрозу для нынешнего неономенклатурного класса?

Да, нынешней власти надо ориентироваться на создание рынка труда. Не рынка бездельников, в чем мы уже расстарались. А рынка жесткого и дисциплинирующего. Того рынка, который и дает верное представление о мере труда и мере потребления.

Заметим по ходу дела, что в течение последних лет рост доходов в 2 раза превышал рост ВВП. Мы (правительство и власть) делали страшные вещи. Приучали людей к всеобщей национальной игре «халява». Не надо было работать больше или лучше. Не надо было совершенствовать свои профессиональные способности. Российские нефтедоллары давали возможность жить не по средствам. Что и делала вся страна: от президента до дворника. Пока Россия финансирует нашу лень на 5 миллиардов долларов, эта национальная забава продолжается. 

Сначала надо разобраться, что нам важно? Мало безработных или умеренное количество. В соответствии с канонами экономической теории 4-5% безработицы является «естественной нормой». Столько найдется пьяниц, наркоманов и тунеядцев. На 100 человек взрослого населения. У нас – больше. Все 8-10. И это также социальный факт. То, что требует особых методов экономического и социального лечения.

Из известной цифры, в соответствие с которой в экономике республики было занято 4407,5 тыс. человек, выделим существенное. 3521,4 тыс. человек, или 80% из всех занятых, составляли работающие в организациях (кроме субъектов малого предпринимательства негосударственной формы собственности). Своего рода фундамент нынешнего общества и экономики. Со своими трудовыми книжками и контрактами, из-за которых столько разгорелось страстей. Кроме того, на условиях совместительства и по гражданско-правовым договорам для работы в этих организациях привлекалось 128,3 тыс. человек.

Конечно, были и уходы на пенсию, увольнения и прочие причины отказа от рабочего места. В этом «колесе» заметны такие свойства – организациями (кроме субъектов малого предпринимательства негосударственной формы собственности) в январе-мае 2007 г. было принято на работу 317 тыс. человек, в том числе на дополнительно введенные рабочие места – 22 тысяч. Однако, обратите внимание, что  уволено по различным причинам было 324 тыс. человек. Это больше, чем приток рабочей силы. Из общей численности уволенных 80% выбыло по собственному желанию и соглашению сторон, 7% – за прогул и другие нарушения трудовой дисциплины, 1,3% – в связи с сокращением численности или штата работников, ликвидацией организаций.

Кстати, цифра в 7% прогульщиков и прочих просто бьет в «социальные глаза». Наши родные 7 процентов и будут естественной нормой безработицы. Кто сомневается – вперед на эксперименты. Достаточно полутора десятка предприятий и организаций и – ответ будет верифицирован.

Кто и как работает? Это вопрос для бизнеса и государства. Найти исполнительного и квалифицированного работника сложно. Тем более, не пьющего. Это вообще сверхзадача. Питие в национальном масштабе подрывает основы качественной политики в области занятости. На место одного пьющего приходят два таких же. И как порвать порочный круг?

Просто – безработица, свободный выбор рабочих мест и места проживания. Тогда и будем регулировать рынком собственные спрос и предложение.

 

Незанятость как модус рынка. Наши перспективы.

Начинать надо с уничтожения прописки. Регистрация через Интернет и по почте. Простая и ясная. Для того, чтобы вас могли найти в случае необходимости. Для статистики и рыночных расчетов. Для исследования и анализа экономических и социальных процессов.

Второй элемент – свобода выбора рабочих мест. Это – мобильность по вертикали и горизонтали. Конкурс на занятие должностей в правительстве и государственных организаций любого уровня. В связи с этим – третий элемент новой политики рынка труда. Это – административная реформа. Изменение качественных профилей управления страной и локальными образованиями. Сокращение излишних бюрократических элементов государственной системы управления. Это и вызовет безработицу? Да, в определенной степени, что просто необходимо для нашей страны. Как метод развития и как социальное лекарство.

Для одних проклятие – безработица, для других – отсутствие выбора места приложения своих талантов и способностей. Если вы живете в маленьком поселке или городке с одним-двумя предприятиями, то жизненная ситуация напоминает круг с жесткими ребрами. Шаг влево, шаг вправо – и вы на месте. Регистрироваться в центре занятости неудобно. Остается только переключиться на свой сад и огород. Или уехать на заработки. Особенно, если есть необходимые навыки работы в строительстве и ремонте квартир. Другое – для особой категории. Понятно, что они – «винеры». Не каждый сможет попасть на работу на нефтепромыслы, либо стать стриптизером в Москве, как лейтенант ракетных войск стратегического назначения по имени «Тарзан».

Однако, считается, что в Беларуси безработицы нет. Как таковой, как социального явления. Феномена нет, но реалии есть. Рынок в любом своем качестве (совершенный или несовершенный) существует не только в форме занятости, но и в виде незанятости. В любое время при изменении совокупного спроса, модификации рыночных сегментов существует объективная необходимость в свободной рабочей силе. Свободной в полном смысле слова. Не тех, кто не имеет работы и сидит в своей полуторке на окраине города. А тех, кто способен переезжать, менять свой образ и место жизни при нахождении места работы.

Мои коллеги в США быстро научились это делать. Нашли более выгодную и интересную работу – снялись с места. Новый дом в аренду, сняли на 2-3 дня трейлер и на водительских правах обычной категории перевезли сами собственную мебель и вещи за тысячи километров. Новые места, новые красоты – новые жизненные впечатления. Здорово и интересно. А то сиди сиднем в Курасовщине и держись двумя руками за панельную квартиру с видом на мусорные ящики. Или на окна соседнего дома. И это – жизнь?

Мобильность кадров становится для нас фактором роста и изменений. Тем более, что финансовая ситуация в различных отраслях и регионах отличается от того, что понимается под средним уровнем. Обращаем ваше внимание на следующее.

Первое. Рентабельность реализованной продукции, работ, услуг за январь-май 2007 г. составила 12,1% против 13,6% за соответствующий период прошлого года, рентабельность продаж соответственно – 7,1% против 8,1%. Это означает, что прибыльность снижается и на очереди – экономия на заработной плате. Необходимые увольнения. Закрытие предприятий и производств. Санация и мерджер. Переезды и новые места жизни и деятельности. Причем не только в Минске.

Второе. Какова же перспектива? Посмотрим на тех, кто работает на убыточных предприятиях. Именно они и становятся главными точками изменений. Увольнений и сокращений. Фактором принципиально новой кадровой политики.

Ситуация весьма специфична для нашей страны. Так, за 5 месяцев текущего года убыточными были 1686 организаций, или 15,7% общего числа организаций, учитываемых в текущем порядке. Сумма чистого убытка убыточных организаций за этот период составила 412,5 млрд. рублей, или на 36,2% больше, чем за январь-май 2006 года. Когда прирост ВВП – 8.6%, а прирост убытков – почти 37%, то даже неспециалист заметит новую тенденцию  - почти 5-кратное опережение убыточности по сравнению с увеличением национального производства. Тяжела цена такого роста.

Третье. Обратимся к статистике убыточности по сферам деятельности и областям страны. Почему поступаем именно таким образом? Дело в том, что статистика убыточности и есть статистика будущей незанятости. Это – прогноз безработицы в отраслях деятельности и ареалах проживания. 

Данные об убыточных организациях, получивших чистый убыток, по республиканским органам государственного управления и иным государственным организациям приводятся в таблице:

 

 

Январь-май 2007 г.

число убыточных организаций,
единиц

в % к общему числу организаций

сумма чистого убытка,
млн. руб.

Республика Беларусь

1686

15,7

412541

в том числе:

 

 

 

Минжилкомхоз

Минсвязи

Минсельхозпрод (система)

164

7,0

45986

в том числе:

 

 

 

Облсельхозпрод (система)

141

7,2

40162

Минторг

13

13,4

892

Минтранс

84

13,5

20710

Минэнерго

29

17,0

5144

Минстройархитектуры

76

19,7

18924

Минпром

79

21,5

44457

Концерн “Беллегпром”

48

32,2

19084

Концерн “Беллесбумпром”

26

28,9

13638

Концерн “Белнефтехим”

5

6,6

9095

Концерн “Белбиофарм”

2

10,5

1407

Концерн “Белгоспищепром”

14

20,9

20514

Белкоопсоюз

64

10,6

4390

Местные исполнительные и распорядительные органы

738

16,1

107672

в том числе:

 

 

 

Брестской области

174

24,6

13839

Витебской области

145

20,9

26041

Гомельской области

164

21,7

22216

Гродненской области

91

15,1

9310

г. Минска

41

8,7

15224

Минской области

90

11,6

15772

Могилевской области

33

5,6

5270

 

Итак, что нас ожидает? Если отдать все на откуп жесткому рынку, то безработица в Беларуси может достигнуть 15%. Вполне ожидаемая и реальная цифра. Конечно, мы не учитываем сверхзанятость на успешных предприятиях, но «одно на другое» и сумма будет аналогичной. Можно провести более детальные подсчеты, но они также не будут релевантными. Есть факторы мультипликации, акселерации. Эффекты «снежного кома» и «принципы домино».

Резкий рост безработицы возможен в секторах легкой промышленности, где 32% предприятий убыточны и станут банкротами. Примерно аналогичная ситуация в лесной и бумажной промышленности (28%). Относительно благополучны сельское хозяйство и нефтехимическая промышленность. Обе отрасли хорошо держат скрытую безработицу.

Теперь о регионах. Где будет больше безработных можно спрогнозировать. Это – Брестская область и Гомельская область. Парадокс заключается в том, что в 90-х годах наиболее уязвимыми были Витебская и Могилевская области.  Удельный вес предприятий с убыточным досье достигал в них свыше 50%. Это были зоны экономического бедствия, хотя об этом власть говорить не хотела. Теперь лидеры и аутсайдеры поменялись. Тревогу вызывают новые ареалы будущих банкротств – Брест и Гомель.

При создании мобильной системы внутреннего рынка труда миграция может идти в Минск и Могилевскую область. Могилевские края – для специфической группы желающих найти свое трудовое счастье. Минск – привлекателен во всех отношениях. Что из этого следует.

Во-первых, мы пройдем фазу капиталистического очищения. Фазу безработицы. Во-вторых, есть ареалы, куда вполне может идти трудовая миграция. В-третьих, вешний трудовой рынок привлекателен. В России высокие заработки ждут строителей, нефте- и газодобытчиков. Наступило время миграции и ученых, врачей и учителей.

Что будет в осадке? Электорат. Пенсионные 2.6 миллиона человек. И новое белорусское экономическое чудо. На деньги трудовых мигрантов. А что будет в самой стране? Это неинтересно. Из оазиса легко превратиться в отстойник экономической политики времен раннего неосоциализма в отдельно взятой стране.    

Обсудить публикацию

 

Метки