Дары данайцев

Как известно, на встрече с президентом США Джорджем Бушем во время недавнего саммита «большой восьмерки» его российский коллега Владимир Путин предложил проект совместного использования Габалинской радиолокационной станции (РЛС), размещенной на территории Азербайджана, в качестве альтернативы размещению американской системы противоракетной обороны (ПРО) в Европе. Позднее он добавил, что американские ракеты-перехватчики могут быть размещены в Турции, Ираке, на морских платформах или боевых кораблях. При этом Москва четко дала понять, что ее предложение автоматически должно означать отказ США от упомянутых планов размещения элементов ПРО в непосредственной близости от российских границ – в Польше и Чехии.

Именно такое намерение Вашингтона стало в последнее время основным источником противоречий между Америкой и Россией. В связи с тем, что данная проблема является весьма важной и имеет много аспектов, представляется целесообразным рассмотреть ее более подробно. Вначале рассмотрим техническую сторону вопроса.

Справка. Радар Габалинской станции относится к классу «Дарьял» и способен на расстоянии в 6000 км определять районы стартов баллистических и крылатых ракет, построение траектории их полета и время до попадания в цель. Под его наблюдением находится территория Северной Африки, Турции, Ирана, Ирака, Саудовской Аравии, Индии и Пакистана, а также зона Индийского океана вплоть до Австралии. РЛС начала боевое дежурство в феврале 1985 года. В 1991 году во время операции «Буря в пустыне» были зафиксированы все без исключения 302 пуска крылатых ракет с американских бомбардировщиков, надводных кораблей и атомных подводных лодок, а также 15 случаев невыхода ракет на траекторию и 30 случаев поражения ракет иракскими ПВО. РЛС активно использовалась и во время воздушных операций США против Ирака («Лис пустыни», 1998 год) и афганских талибов («Стойкая свобода», 2001 год). Технический ресурс радара позволяет обеспечить его беспрерывную работу до 2012 года. Соглашение о российской аренде РЛС подписано президентами России и Азербайджана 25 января 2002 года.

Как утверждают специалисты, возможность интеграции азербайджанского радара в глобальную американскую систему существует, однако он не может служить заменой объектам в Польше и Чехии, которые для этой системы совершенно необходимы, поскольку они территориально расположены как раз на прогнозируемой траектории полета баллистической ракеты, выпущенной из Ирана в сторону Вашингтона.

Кроме того, радар ХBR (X-Band Radar), который планируется установить в Чехии, является многофункциональным: он может как отслеживать цели, так и одновременно наводить противоракеты-перехватчики GBI, которые будут базироваться в Польше. Габалинская же РЛС не в состоянии наводить ракеты, а может только отслеживать цели. Она предназначена для наблюдения за огромными пространствами, в то время как станция Х-диапазона должна с помощью узконаправленного луча распознавать малоразмерные объекты в космосе, и наводить на цель ракеты-перехватчики.

Наконец, Габалинская РЛС находится слишком близко к иранской границе – примерно в 650 км от Тегерана. В силу этого баллистическая ракета, запущенная из Ирана, действительно будет обнаружена ею намного раньше, нежели радаром в Чехии, но будет находиться в зоне действия РЛС совсем недолго – всего несколько минут, только в момент старта и непосредственно после него. Затем она уйдет из зоны действия радара, и отслеживать ее дальнейшую траекторию будет невозможно. В свете этого логично предположить, что Габалинская РЛС и система ПРО в Восточной Европе могут дополнять друг друга: Габала предупреждает о ракетном пуске из Ирана, а элементы ПРО в Чехии и Польше дают возможность запустить ракеты-перехватчики.

Трудно поверить, что российские военные эксперты не объяснили эту ситуацию своему главнокомандующему. Поэтому предложение о совместной с США эксплуатации радара в Азербайджане – это, скорее, жест, нежели реальный шаг. Каковы же были истинные цели?

Если допустить, что Путин по-настоящему возжелал принять участие в создании противоракетной системы в Европе под руководством США, то тем самым Москва признала то, до чего остальные страны континента додумались уже давно: ядерная программа и развитие ракетных технологий Ирана – потенциальная угроза. По свидетельству американской прессы, «в кулуарах русские говорят об этом уже не первый день. Они понимают, что если президент Ирана Махмуд Ахмадинежад выполнит свое обещание поделиться секретом «исламской» ядерной бомбы и «исламских» же ракет с братьями-мусульманами, их ждет новый опасный поворот в чеченской войне» (The Wall Street Journal, 12.06.2007). В этом случае российское предложение могло бы иметь важное значение в геополитическом плане, ибо оно привело бы к укреплению партнерства с США в противостоянии Ирану и на других направлениях.

К сожалению, ряд обстоятельств вынуждает допустить наличие иных задач. В частности, еще два года тому назад, в своем ежегодном обращении к Федеральному собранию, Путин заявил о создании новой сверхсовременной ракеты, способной преодолеть любую систему противоракетной обороны. Судя по всему, такая ракета создана: в начале июня она была запущена с космодрома «Плесецк», пролетела 6 500 километров и поразила намеченные цели на Камчатке.

Возникает естественный вопрос, против кого нужна России эта ракета? Судя по сделанным в последнее время высказываниям Путина и его ближайших сподвижников, главной опасностью для Москвы являются США и НАТО. Так что именно Россия начала гонку вооружений, причем запланировано это было еще до появления у Соединенных Штатов планов разместить комплексы ПРО в Польше и Чехии. Теперь же эти планы подаются как обоснование нового курса Москвы.

Итак, одной из основных задач была попытка – надо признать, относительно удавшаяся – заставить американского партнера уйти в оборону, во всяком случае, представить это таким образом своему населению. Не секрет, что в российском обществе наблюдается постоянный рост антиамериканских настроений. И если Буш не согласится на «интересное предложение» из Москвы, его обвинят в том, что на самом деле американская система ПРО направлена все-таки против России, а не, как постоянно заверяется, против Ирана или Северной Кореи. Послушные российские СМИ немедленно интерпретируют это как очередное доказательство враждебных намерений США.

Безусловно, имело также место намерение вбить клин между Соединенными Штатами и Европой. В Москве рассчитывали, что европейцы воспротивятся планам Вашингтона развернуть ПРО в Восточной Европе.

Далее, очевидно, что Путина не слишком беспокоит установка системы в странах НАТО на южных рубежах России, зато он рассматривает как провокацию их размещение в Польше и Чехии. Но ведь эти две страны также являются членами НАТО, и у них, в отличие от Турции, нет общих границ с Россией. Очень похоже, что Владимир Путин по-прежнему считает, что бывшие советские сателлиты не полностью вольны в своих решениях, что Москва по-прежнему имеет право контроля над заключаемыми ими союзами, особенно если они имеют отношение к военной сфере. Именно так расценил инициативу чешский премьер-министр Мирек Тополанек: как попытку снова застолбить за собой сферу влияния в Центральной Европе (The International Herald Tribune, 13.06.2007).

Еще одной задачей Кремля было улучшение своего имиджа, значительно подпорченного в последнее время целым рядом антидемократических действий. По словам известного российского публициста Андрея Колесникова, «Путин добился решения электоральных мобилизационных задач – никогда еще за последние 20 лет россияне не относились с таким подозрением и с такой недоброжелательностью к западным соседям, к иностранцам в целом. Никогда еще не было такой вспышки ксенофобии и национализма, граничащего с фашизмом. Почва для голосования за кандидата-ястреба создана. Но ведь внешне хочется выглядеть полноценным членом мирового сообщества. У нас вот и преемник – филолог в штатском, всю жизнь за границей прожил, любит в машине включать Pink Floyd и Beatles, а вы говорите – враги Запада...» (www.grani.ru, 8.06.2007).

По всей видимости, хотя американцы и продолжат размещение комплексов ПРО в Польше и Чехии, из тактических соображений они пойдут на переговоры об использовании Габалинской РЛС. Ожидается, что переговоры между российскими и американскими военными начнутся после июльской встречи Буша и Путина.

Вероятно, Москва добивалась и этого: Кремль считает, что подобные переговоры – что по ПРО, что по ДОВСЕ – автоматически поднимают статус России, возвращая ей положение великой военной державы. Так что будет о чем поговорить с западными коллегами, не торопясь в достижении согласия. Кроме того, некоторые российские эксперты интерпретируют послание Путина следующим образом: «делайте во всем мире, что хотите, и я даже помогу вам, но позвольте мне делать в России то, что я хочу» (Ежедневный журнал, 8.06.2007).

Пока не вполне ясно, в какой степени эти цели будут достигнуты, за исключением, пожалуй, трансатлантического раскола, где можно с уверенностью говорить о неудачной попытке. Прошедшее в Брюсселе 14-15 июня совещание НАТО на уровне глав военных ведомств подобные расчеты похоронило – никто из министров обороны стран альянса не высказал возражений против планов размещения элементов ПРО в Европе. Более того, когда выяснилось, что объекты в Чехии и Польше не могут защитить территорию четырех членов НАТО: Турции, Греции, Болгарии и Румынии, эти страны потребовали, чтобы противоракетный щит прикрыл и их.

А после встречи с министром обороны РФ Анатолием Сердюковым глава Пентагона Роберт Гейтс заявил, что предложение России интересно, но радиолокационная станция «Дарьял» вряд ли сможет заменить американский радар в Чехии: «США реализуют свои планы по размещению ПРО в Восточной Европе вне зависимости от того, будет ли достигнуто согласие по альтернативному предложению России. Мы рассматриваем возможность совместного использования РЛС в Азербайджане исключительно как дополнение к нашим планам в Чехии и Польше. И мы построим противоракетный щит в Европе, даже несмотря на сопротивление с российской стороны», – заявил он (Коммерсант, 16.06.2007).

Там же, в Брюсселе, было принято решение о проведении до февраля 2008 года исследования, которое позволит оценить возможность расширения противоракетного «зонтика», части которого США предлагают разместить в Польше и Чехии, на всю континентальную часть Европы. Его результаты будут представлены на ближайшем саммите НАТО, который состоится в Бухаресте в апреле 2008 года.

В заключение несколько слов о возможных последствиях для нашей страны. Хотелось бы надеяться на лучшее, но в случае развития событий по негативному сценарию вполне логичным выглядит предположение о возможности использования территории нашей страны для размещения российских ракет. Особенно это касается комплекса «Искандер», дальность действия которого составляет 280 километров. Отдельные российские ястребы, вроде отставного генерал-полковника Леонида Ивашова, бывшего начальника управления международного сотрудничества министерства обороны России, уже заявили о целесообразности такого шага.

Совершенно ясно, что любое усиление напряженности между Москвой и Западом играет на руку официальному Минску. Помня многочисленные высказывания белорусского руководства на эту тему, можно с уверенностью говорить о том, что расчет будет сделан на возвращение экономических преференций в обмен на воинственную риторику о готовности белорусов к самопожертвованию ради защиты «российских братьев». И хоть реальное вооруженное противостояние, к счастью, маловероятно, на надеждах улучшить отношения с Западом на долгое время снова можно будет поставить крест.

Надо полагать, более или менее окончательная ясность в этом вопросе ПРО наступит в ходе предстоящей в начале июля в штате Мэн встречи президентов США и России.

 

Метки
Добавить комментарий

Наше Мнение © 2003-2020

Публикация писем читателей не означает согласие авторов проекта с высказанным мнением.