Материалы на тему «НПЗ»

Высокомаржинальный рынок для экспорта белорусского топлива

Если трубопровод Одесса-Броды заработает, он всегда сможет подать нефть в Беларусь – если в этом возникнет необходимость.

Между интересами бюджета и НПЗ

Белорусская нефтепереработка уже несколько лет работает в условиях налогового маневра в нефтяной отрасли России, в результате стоимость нефти для Беларуси постепенно приближается к мировой цене.

Сегодня белорусский топливный рынок привлекателен для транзитного транспорта

К аргументам нефтепереработчиков о необходимости разморозки ценников на АЗС, высшее руководство страны пока не прислушивается.

Профильные белорусские чиновники заявляют, что снижение объема переработки нефти НПЗ до 18 млн тонн в год не будет иметь серьезных негативных последствий для белорусской нефтяной отрасли.

Чем завершится очередная попытка уйти от внутрикорпоративного субсидирования, спрогнозировать сложно, учитывая, что такая политика ранее терпела фиаско.

Если прогнозы относительно роста цен на нефть оправдаются, Беларусь получит солидные газовые бонусы. Однако пока неясно, сработает ли этот сценарий.

Поскольку до вступления в силу Таможенного кодекса ЕАЭС остается менее трех месяцев, стороны решили осознать пределы своих договорных потенциалов.

Если ценовая конъюнктура на внешних рынках нефтепродуктов принципиально не изменится в лучшую сторону, вряд ли белорусские НПЗ смогут продолжить свои масштабные программы модернизации самостоятельно.

Сокращение Россией поставок нефти в Беларусь серьезно бьет не только по всей нефтепереработке страны, но и по лидерским позициям нефтяников на самом выгодном для них рынке – украинском.

Если в ближайшие дни Минску и Москве и удастся снять разногласия по текущему газовому спору, то белорусской стороной в повестку уже внесен новый пункт – «выравнивания» цен на газ в России и Беларуси.

Стратегия БНК нацелена на получение максимального эффекта от экспорта нефтепродуктов, поэтому компания стремится меньше топлива продавать через порты, а больше – на рынках соседних стран.

Главный враг конкурентоспособности белорусских производителей – это операционные, управленческие издержки, в том числе и на бесконечные переговоры о цене газа и нефти. 

Новые ценники на АЗС – вопрос времени. Вероятно, правительство оттягивает принятие этого решения, чтобы не подстегнуть инфляцию и не нанести «удар» по макроэкономической стабильности – главном его достижении в нынешнем году.

В целом для российской элиты, отвечающей за практическую реализацию экономической политики, пагубность зависимости от «углеводородной ренты» – хорошо известный, но, скорее, теоретический вопрос, по-прежнему не влияющий на принятие текущих решений.

Межбюджетное субсидирование нацелено на сближение цены на газ для белорусских и российских энергетиков лишь к 2019 году, для остальных потребителей Беларуси – лишь к 2025 году. Темпы этого сближения не устраивают белорусское руководство.

Судя по всему, союзникам не удастся договориться по всем газовым вопросам, если не будут решены спорные позиции по поставкам российской нефти в Беларусь.

Уменьшение прибыли и рентабельности предприятий может негативно сказаться на реализации масштабных инвестиционных проектов, нацеленных на повышение глубины переработки нефти до уровня не менее 90%.

Возможно, изменения рыночных котировок были бы более удобным инструментом для отслеживания состояния рынка, но нам это чуждо.

Снижение мировых цен на нефть имеет очевидный негативный эффект для Беларуси: чем ниже мировая цена, тем ниже маржа между мировой и льготной ценой.

Цена российского газа для Беларуси в 2016 году может отличаться от среднегодовой экспортной цены «Газпрома» всего лишь на 20-22 USD, в то время как  в 2015 году эта разница была примерно в 5 раз выше.

Принимая во внимание прогноз МВФ по среднегодовой цене нефти в 2016 году (на уровне 50,4 USD за баррель), падение среднегодовых цен на нефть в 2016 году в сравнении с 2014 составит 50,8%.

Необходимость выживания в условиях продолжающегося снижения маржи нефтепереработки толкает белорусского нефтетрейдера к более решительным шагам по вхождению на европейский рынок.

Система госрегулирования топливного рынка подрезала финансовую маржу «Белоруснефти»: за минувшие 10 лет она снизилась в 3 раза.

Белорусский рынок автомобильного топлива впервые стал более привлекательным, чем экспортный. Как следствие, на внутреннем рынке обострилась конкуренция за потребителя.

Сегодня финансовое здоровье белорусских НПЗ в большей степени зависит от мировых цен на нефть, чем от условий поставок российской нефти, которые в большей степени предопределены налоговым маневром.

Государство фактически убрало любую возможность для неконтролируемого передела собственности в стране. И весьма сомнительно, что оно сделает это под давлением взятых обязательств в ЕАЭС.

У белорусской «трубы» есть резерв для реверсной поставки нефти из Польши в Украину. Если, конечно, белорусская сторона подключится к этому проекту. Но непонятно, как Россия отреагирует на участие Беларуси в снабжении Украины польской нефтью.

В октябре 2013 года А. Лукашенко даже заявил, что построил бы Эмираты в своей стране, если бы не было необходимости перечислять в Россию вывозные пошлины за нефтепродукты.

Падение цен на нефть неизбежно ведет к сокращению доли нефтепродуктов в объеме экспорта. И обязательно – к девальвации. И всенепременно – к росту цен на бензин внутри страны.

В ближайшее время белорусские чиновники приступят к переговорам с РФ по поводу выпадающих из налогового маневра для белорусского бюджета доходах в 2016-2017 годах. В Беларуси не исключают, что руководство РФ пересмотрит сценарий проведения налогового маневра.

Стремление России переориентировать транзитные потоки с прибалтийских портов бумерангом ударяет по интересам Беларуси – падает железнодорожный транзит, так как грузопоток сместился в российские порты, расположенные около Санкт-Петербурга.

Надо полагать, В. Путин и дальше будет принимать «компенсационные» решения в отношении Беларуси исходя из политических соображений. Белорусская сторона в этом вопросе полагается на «союзнический дух».

На сегодняшний день для белорусских властей уже нет резонов держать продажу «Нафтана» до конца 2014 года как резервную возможность восполнения дыры платежного сальдо.

Участники белорусского нефтяного рынка посчитали, что реализации самого жесткого сценария налоговой реформы в России обернется убытками для переработчиков нефти в Беларуси в объеме до 50 USD на каждой тонне.

Еще 3-4 года назад правительство придерживалось более щадящей ценовой политики в этой сфере, хотя условия импорта российского сырья для производства автотоплива были менее комфортными.Что изменилось за последние годы?

Если в канун подписания судьбоносного Договора о создании ЕЭС А. Лукашенко затеет публичный торг о переделе общего нефтяного пирога, Кремль окажется в непростом положении.