Материалы на тему «Мозырский НПЗ»

Если ценовая конъюнктура на внешних рынках нефтепродуктов принципиально не изменится в лучшую сторону, вряд ли белорусские НПЗ смогут продолжить свои масштабные программы модернизации самостоятельно.

Сокращение Россией поставок нефти в Беларусь серьезно бьет не только по всей нефтепереработке страны, но и по лидерским позициям нефтяников на самом выгодном для них рынке – украинском.

Стратегия БНК нацелена на получение максимального эффекта от экспорта нефтепродуктов, поэтому компания стремится меньше топлива продавать через порты, а больше – на рынках соседних стран.

Новые ценники на АЗС – вопрос времени. Вероятно, правительство оттягивает принятие этого решения, чтобы не подстегнуть инфляцию и не нанести «удар» по макроэкономической стабильности – главном его достижении в нынешнем году.

Уменьшение прибыли и рентабельности предприятий может негативно сказаться на реализации масштабных инвестиционных проектов, нацеленных на повышение глубины переработки нефти до уровня не менее 90%.

Снижение мировых цен на нефть имеет очевидный негативный эффект для Беларуси: чем ниже мировая цена, тем ниже маржа между мировой и льготной ценой.

Необходимость выживания в условиях продолжающегося снижения маржи нефтепереработки толкает белорусского нефтетрейдера к более решительным шагам по вхождению на европейский рынок.

Система госрегулирования топливного рынка подрезала финансовую маржу «Белоруснефти»: за минувшие 10 лет она снизилась в 3 раза.

Белорусский рынок автомобильного топлива впервые стал более привлекательным, чем экспортный. Как следствие, на внутреннем рынке обострилась конкуренция за потребителя.

Сегодня финансовое здоровье белорусских НПЗ в большей степени зависит от мировых цен на нефть, чем от условий поставок российской нефти, которые в большей степени предопределены налоговым маневром.

Новая налоговая политика стимулирует российские вертикально-интегрированные компании уходить от нефтепереработки и наращивать прямой экспорт нефти, что вряд ли радует российское руководство.

Надо полагать, В. Путин и дальше будет принимать «компенсационные» решения в отношении Беларуси исходя из политических соображений. Белорусская сторона в этом вопросе полагается на «союзнический дух».

На сегодняшний день для белорусских властей уже нет резонов держать продажу «Нафтана» до конца 2014 года как резервную возможность восполнения дыры платежного сальдо.

Если последние договоренности А. Лукашенко и В. Путина будут выполнены в полном объеме, то Беларусь может дожить до президентских выборов без приватизации. Однако, пока в планах правительства значится привлечение 2 млрд. USD за счет приватизации госсобственности.

На переговорах по нефтяному вопросу белорусская сторона занимает жесткую позицию: в ЕЭС не должна быть изъятий и ограничений, это – аксиома, а значит весь объем экспортных пошлин теперь должен уходить в белорусский бюджет.

Несмотря на благосклонность белорусского руководства и желание И. Сечина иметь свой завод в Беларуси, сделка по покупке этого актива вряд ли будет быстрой.

Чрезвычайные ситуации и продолжение нагнетания руководством страны девальвационных настроений посредством обвинения населения в возможной девальвации могут уменьшить период расходования средств до 2 месяцев.

После смены стратегии поставок нефти в Беларусь ряд российских нефтяных компаний могут потерять доступ к премиальному для них белорусскому направлению.

Сентябрьское ограничение поставок пока является лишь предупредительным «выстрелом» для Беларуси, – в случае дальнейшей эскалации калийного конфликта со стороны РФ могут последовать более жесткие шаги.