Популистская революция на своем собственном месте

Для многих западных демократий нынешний год – год восстания против элит. Победа кампании Brexit в Британии, неожиданный захват Дональдом Трампом Республиканской партии в Соединенных Штатах и успех популистских партий в Германии и в других странах наносит удар, предвещающий конец эпохи. Как выразился обозреватель Financial Times Филип Стивенс, «нынешний мировой порядок – основанная на либеральных правилах система, установленная в 1945 году и расширившаяся после окончания холодной войны, – находится под беспрецедентным давлением. Глобализация отступает».

В действительности, быть может, преждевременно делать столь далеко идущие выводы.

Некоторые экономисты связывают нынешний всплеск популизма с «гипер-глобализацией» 1990-х, с либерализацией международных финансовых потоков и созданием Всемирной торговой организации – в частности, вступлением Китая в ВТО в 2001 году, привлекшим наибольшее внимание. Согласно одному исследованию, китайский импорт привел к сокращению около одного миллиона рабочих мест обрабатывающей промышленности США с 1999 по 2011 год; включая смежные отрасли промышленности сокращение составило до 2,4 млн рабочих мест.

Как отмечает экономист, лауреат Нобелевской премии Ангус Дитон, «это безумие, но некоторые противники глобализации забывают, что миллиард людей вышли из бедности в значительной степени из-за глобализации». Тем не менее, добавляет он, экономисты несут моральную ответственность за игнорирование тех, кому не повезло. Медленный рост и усиление неравенства добавили масла в политический огонь.

Но мы должны быть осторожны, приписывая восхождение популизма исключительно экономическим бедствиям. Поляки избрали популистское правительство, несмотря на один из наиболее высоких показателей экономического роста в Европе, в то время как Канаде, кажется, в 2016 году был привит иммунитет против антиправительственных настроений, которые охватили ее большого соседа.

В тщательном исследовании роста поддержки популистских партий в Европе политологи Рональд Инглхарт из Мичиганского университета и Пиппа Норрис из Гарварда обнаружили, что экономическая нестабильность в условиях изменений на рынке труда в постиндустриальных обществах вызывает меньше культурной негативной реакции. Другими словами, поддержка популизма является реакцией большинства населения на изменения в ценностях, которые угрожают их статусу. «Молчаливая революция 1970-х годов, как представляется, породила нынешний гневный и обиженный контрреволюционный ответ», – заключают Инглхарт и Норрис.

Опросы общественного мнения в США показывают, что сторонники Трампа смещены в сторону более пожилых и менее образованных белых мужчин. Молодые люди, женщины и меньшинства недостаточно представлены в его коалиции. Более 40% избирателей поддерживает Трампа – при относительно низком уровне безработицы на национальном уровне; только малая часть его поддержки может быть объяснена в первую очередь поддержкой экономически депрессивных регионов.

И напротив, в той же Америке имеются другие, помимо экономики, причины для всплеска популизма. Опрос YouGov, проведенный по заказу The Economist, выявил сильную расовую непримиримость среди сторонников Трампа, использование которым проблематики “birther”(подвергающей сомнению законность свидетельства о рождении Барака Обамы, первого черного президента США) помогло ему определиться в текущей политической кампании. Противодействие иммиграции, включая идею строительства стены с привлечением Мексики к финансированию этого строительства, были первыми дощечками в его платформе.

И все же недавний опрос Pew показывает рост про-иммигрантский настроений в США: 51% опрошенных полагает, что вновь прибывшие укрепляют страну, в то время как 41% полагает, что они являются бременем, – в сравнении с 50% в середине 2010 года, когда по-прежнему остро ощущались последствия Великой рецессии. В Европе, напротив, неожиданный крупный приток политических и экономических беженцев из стран Ближнего Востока и Африки имел более сильные политические последствия, в связи с чем многие эксперты, утверждали, что Brexit больше касался миграции в Великобритании, чем бюрократии в Брюсселе.

Антипатия к элитам может быть вызвана как экономическими, так и культурными причинами. The New York Times определила основной индикатор поддерживающих Трампа регионов: белое большинство представителей рабочего класса, на средствах существования которого негативно сказались десятилетия сокращение экономикой США производственных мощностей. Но даже если бы не было никакой экономической глобализации, культурные и демографические изменения все рано спровоцировали бы определенный уровень популизма.

Но будет преувеличением заявить, что выборы 2016 года выдвинут на первый план изоляционистские тенденции, которые положит конец эпохе глобализации. Вместо этого политическим элитам, которые поддерживают процесс глобализации и открытую экономику, придется искать решения проблем экономического неравенства и помощи тем, кого коснулись изменения. Политика, стимулирующая рост, в частности, инвестиции в инфраструктуру, также будет иметь важное значение.

В Европе все может быть иначе из-за ее повышенной устойчивостью к иммиграции, но было бы ошибкой судить о долгосрочных тенденциях в американском общественном мнении, отталкиваясь от горячей риторики избирательной кампании этого года. Хотя перспективы разработки новых торговых соглашений остаются неясными, информационная революция укрепила глобальные цепочки обменов и, в отличие от 1930-х годов (или даже 1980-х), возвращения к протекционизму не произошло.

На самом деле, экономика США увеличила свою зависимость от международной торговли. По данным Всемирного банка, в период с 1995 по 2015 год внешняя торговля товарами в процентах от общего объема ВВП увеличился на 4,8 процентных пункта. К тому же в век интернета быстро растет вклад в ВВП транснационального цифровой экономики.

В 2014 году США экспортировали USD 400 млрд информационных и коммуникационных технологий и услуг – почти половину всего экспорта американских услуг. Опрос, опубликованный в прошлом месяце Чикагским советом по международным отношениям, показывает, что 65% американцев согласны с тем, что глобализация в основном хороша для США, в то время как 59% считает, что международная торговля выгодна для страны. Эти показатели еще выше среди молодежи.

Таким образом, если 2016 год может стать годом популизма в политике, «изоляционизм» не является точным описанием текущего отношения Америки к миру. В самом деле, в важнейших аспектах, а именно – по вопросам иммиграции и торговли – риторика Трампа, как представляется, не совпадает с чувствами большинства избирателей.

Источник: Project-syndicate

Перевод: Наше мнение