Где по-прежнему живет Европа

Результаты референдума Соединенного Королевства Brexit потрясли население всей Европы. Но реакция людей во Львове, в Западной Украине – в этом анклаве энтузиазма в отношении Европейского Союза – была особенно резкой.

В то время как безответственные оппортунисты и националисты в Великобритании наносят вред институтам своей страны и стран Европы, украинские реформаторы пытаются создать что-то новое. В то время как в Великобритании кампания «Выхода» (“Leave”) эксплуатирует мифы об опасностях иммиграции, активисты в Украине сталкиваются с реальной угрозой, ибо они работают в направлении формирования основ гражданского общества, которое сможет противостоять внутреннему давлению со стороны олигархов и внешнему воздействию со стороны Россия.

Исторически сложилось так, что Львов, пожалуй, более любого другого города напоминает нам о тяге Европы к саморазрушению. Каждый булыжник и декоративный фасад его живописных площадей является молчаливым свидетельством кровопролития, сопровождавшего подъемы и падения империй. Но Львов также – место, где жива надежда на будущее Европы.

Львов является глубоко антироссийским и проевропейским городом; но каждое лето в течение пяти дней тут проходит «Альфа Джаз Фест», спонсируемый российским банком. В то время, как Россия и Украина по-прежнему пребывают в состоянии войны, политики, местные жители, представители украинской диаспоры и некоторые российские граждане наполняют улицы Львова, намереваясь принять участие в празднике джаза мирового класса.

Помимо своей культурной жизни и географического положения, Украина является стратегически значимой для Запада. Она – ключевой фронт в глобальной конфронтации между демократией и автократией. Для Европы Украина представляет собой уникальную возможность для продвижения верховенства права, прозрачности, свободной торговли и эффективного управления по ту сторону ее границ.

Украина – большая страна, с достаточным количеством человеческого капитала, природных ресурсов и потенциала роста во многих отраслях. Что еще более важно, успешные реформы в Украине делают более вероятными позитивные изменения в России. Тем не менее, экономика Украины сократилась на две трети (в долларовом выражении) с 2006 года, что превращает ее в самую бедную страну в Европе.

После изгнания в 2014 году пророссийского президента Виктора Януковича европейская мечта неожиданно стала менее далекой для многих украинцев, надеявшихся на безвизовые поездки и трудоустройство в ЕС в ближайшем будущем. После голосования в пользу Brexit эти надежды померкли – равно как европейская модель, давно вдохновлявшая выходящие из постсоветского тумана общества. Возникло ощутимое чувство отчаяния и сомнения среди украинцев, наслаждавшихся джазом во Львове и наблюдавших очередной акт саморазрушения Европы.

Brexit придает силам автократии незаслуженный импульс. Способность Европы к формированию мягкой силы ослаблена, как и ее потребность пользоваться ей. Эффекты арабской весны и пост-европейского мира в полной мере не отразились на диктаторах, которые теперь могут вздохнуть свободней.

И все же для надежды есть основания. Реформы в Украине могут оказаться успешными, особенно если учесть, что в течение последних двух лет было сделано больше, чем за предшествующие двадцать. По крайней мере, экономика стабилизировалась, а боевые действия на востоке приостановлены.

Нынешний премьер-министр Украины Владимир Гройсман стремится провести дополнительные реформы, направленные на борьбу с коррупцией, в том числе отменить субсидии в сфере энергетики и перейти к более прозрачной кредитно-денежной политике (от таргетирования обменного курса к инфляционному таргетированию).

Тем временем на востоке экономика России страдает от низких цен на энергоносители и санкций Запада. Ни один из этих факторов существенно не поменяется в ближайшее время. Но даже без этих внешних условий российская экономика испытывает трудности в связи с увеличением затрат и отсутствием роста производительности. По крайней мере, несколько функционеров, близких к внутреннему кругу руководства России, намекнули на готовность вновь обсудить вопросы регионального или глобального порядка.

На западе ЕС все еще может восстановить свое равновесие, при условии, если будет двигаться достаточно быстро с целью разрешить текущую неопределенность после Brexit. Если он преуспеет в этом, то сможет активизировать инвестиционную активность Украине и Юго-Восточной Европе для того, чтобы увеличить свой политический капитал и возобновить  рост производительности.

ЕС должен признать Brexit в качестве возможности двигаться вперед, в направлении фундаментальных реформ, которые зашли в тупик отчасти из-за британской оппозиции. Опросы общественного мнения показывают, что граждане ЕС понимают необходимость формирования общеевропейской основы для регулирования финансового сектора (в частности, трансграничных банковских услуг), управления потоками беженцев, а также осуществления мер по борьбе с изменением климата и смягчения его последствий.

Для жителей Львова европейский проект – это не только модель для восстановления их собственного общества, но и модель для присоединения к чему-то большему. Это более широкое видение, являвшееся содержанием кампании «Остаемся» (“Remain”) в Британии, за заметным исключением премьер-министра Гордона Брауна с его речью «Вести, а не уйти», не было предъявлено собственному электорату. Даже проевропейцы в Великобритании сомневались, стоит ли голосовать за то, чтобы остаться, учитывая слабое взаимодействие правительства Великобритании со странами ЕС. В чем Великобритания нуждается – и нуждается до сих пор – так это представление о том, как сделать лучше себя, улучшая ЕС.

Когда украинские реформаторы смело продолжают формировать новые институты, они вдохновляются примером ЕС, и в особенности – примером Великобритании. Хотелось бы надеяться, что мы когда-нибудь увидим Львов, в котором каждый житель испытывает чувство собственности по отношению к каждому камню – и вдохновение тоже.

Источник: Project-syndicate

Перевод: Наше мнение