Солнце восходит на востоке

Милитаристская Япония наравне с Германией первой возжелала иметь собственное ядерное оружие. Получилось по-другому. Неизбежность «социального эксперимента» с народившимся и первоначально предназначавшимся для употребления против Германии ядерным оружием, его первое тщательно подготовленное и назидательное «явление народу» планеты реализовались в Японии. Вызовами Азии объясняют «второй ядерный век». Япония в связи с Хиросимой и Нагасаки, испытаниями в Тихом океане, близостью оружия Китая, России, США (постоянное базирование атомных авианосцев и АПЛ) и Северной Кореи, дефицитом ресурсов и опасностью природных катастроф, но и с развитием АЭС, ITER и научных ядерных программ, особенно чувствительна к ядерной энергии. Япония – первая страна, которая более шестидесяти лет назад жизнями людей заплатила высокую цену ядерному джинну. Более двадцати лет назад ядерное жертвоприношение повторилось в Чернобыле. Отмечают изменение менталитета японцев с послевоенных годов прошлого века. При целенаправленной политике государства, в том числе в сфере образования. Когда нация отказалась от милитаристских и колониальных устремлений в пользу научно-технического и экономического прогресса.

Буддизм – изначально самая терпимая и миролюбивая религиозная идеология. Напомню его постулаты: «Избегай зла, культивируй добро, очищай ум…» и «спасай всех существ», «Сосредоточенная осведомленность». Буддизм наиболее последователен в отрицании ядерного оружия на базе принципа ненасилия. Большинство жертв ядерного оружия были японскими буддистами. Поэтому для буддизма данная тема – не просто теоретическая. Как и для японских католиков, чьи предшественники составили значительную долю жертв Нагасаки.

Несомненно, что японская культурная традиция имеет свои собственные подходы к ядерной тематике. Примеры: первым физиком, получившим Нобелевскую премию за исследование ядерных сил, был - H. Yukava, а идея планетарной модели атома совместно с Э. Резерфордом принадлежит Х. Нагаоке. И еще в 1946г. I. Mansaku предлагал гуманитарное осмысление ядерной ситуации, а не полное отчуждение от нее в пользу военных и политиков. H. Yukava, продемонстрировав высокие человеческие качества, подписал знаменитый манифест Рассела-Эйнштейна и явился одним из основателей Пагуошского движения ученых за мир. Пятьдесят лет в стране действует The Japan Atomic Industrial Forum. Главный редактор журнала Atoms Japan (2001, 45, №12) считает, что основная задача человечества в XXI веке – разрешение противоречий и налаживание связей между различными культурами и цивилизациями мира. Автор пытается найти место ядерной энергетики в решении этой задачи, рассматривая ее вклад в устойчивое развитие общества. И интересное совпадение: глава Японской Православной Церкви владыка Даниил является автором книги о св. Серафиме Саровском, весьма почитаемом в среде православных Японии.

Профессор физики Т. Кавабе в рамках ассоциации ArTech (Bio High Tech Center, Art Center, Plasma High Tech Center) сочетает многогранную деятельность: физика и биология в науке, образование, коммуникация и продвижение в жизнь искусства и творчества. Ему же принадлежит мысль об аналогии и взаимозависимости между проектом ITER (международный термоядерный реактор) и процессами синтеза нового человечества, хотя бы потому, что ни одной стране отдельно решение такой проблемы не под силу.

В Hiroshima Peace Institute, университетах, мемориальном комплексе и других учреждениях Хиросимы международные и междисциплинарные исследования направлены на интегрирование опыта Хиросимы и Нагасаки в стратегии глобального мира. О таком общечеловеческом потенциале Японии писали многие. В частности, еще R.J. Lifton вскоре после второй мировой войны. Возможно, так распорядилась история, чтобы Япония в будущем имела право активно и в качестве лидера осмысливать социальные последствия применения ядерной энергии и побуждать к этому другие страны, другие народы разного вероисповедания.

Согласно буддистскому календарю, середина августа – время, когда духи мертвых совершают свое ежегодное возвращение. Оно совпадает с поминальными церемониями, посвященными Хиросиме и Нагасаки. В августе во всех парках Хиросимы обычно круглые сутки слышен громкий треск цикад, напоминающий звуковой сигнал счетчика радиоактивности. Выжившее в эпицентре после ядерного взрыва в Хиросиме, широко почитаемое на Востоке, неуязвимое дерево гинкго стало символом жизнестойкости и надежды на будущее, олицетворяя вызов атомной бомбе со стороны жизни. На сайте Нагасаки размещены фотографии различных деревьев вблизи эпицентра ядерного взрыва, которые также пережили взрыв и символизируют ныне возрождение надежды страдавших и страдающих людей. Символизм этих растений широко используют и укореняют (через распространение семян) по миру различные молодежные движения Японии, протестующие против ядерного оружия с позиций просвещения. Во всем мире известна и традиция антиядерного протеста с помощью передачи людьми друг другу бумажных журавликов и приумножения их числа.

Пожалуй, лишь Россия имеет примеры в какой-то мере аналогичного японскому сопряжения. Когда огромные территории страны подверглись воздействию радиоактивного загрязнения из-за ядерных испытаний на Новой Земле и в Семипалатинске, вследствие аварий на ПО «Маяк» и в Чернобыле. Известный журналист В. Губарев, в разных жанрах освещавший трагедию Чернобыля, стал почетным гражданином Хиросимы. Когда вторые в мировой истории ядерные военно-социальные испытания были осуществлены на Тоцком полигоне, но уже на собственных военнослужащих. Когда в Сарове совмещены религиозная святыня и национальный ядерный центр. Говорят о церковно-государственном, ядерно-духовном «сплаве» здесь. Когда сравнительно изучены процессы формирования общественного мнения в России и Японии относительно развития ядерной энергетики (А. Дронишинец). Когда на Северо-Западе России Русская Православная Церковь все больше берет военных под свое духовное покровительство. В частности – базы атомных подводных лодок. Особенно после гибели АПЛ «Курск». В ноябре 2005 г. Мурманск стал местом проведения конференции «Церковь и вооруженные силы». Ждет окормления Церкви и все расширяющееся международное сотрудничество здесь в сфере радиационной экологии. В частности, – усилия по изоляции от человека ненужных ядерных материалов. Со временем, например, международное подземное хранилище ядерных материалов в Печенге может стать проектом не дешевле Штокмана, Yucca Mountain или ITER. И объектом попечительства не только российских, но и разных культурных, научных и религиозных традиций (как минимум – соседствующих с Мурманской областью стран – Швеции, Финляндии и Норвегии).

Формирование модели отношения к ядерной энергии на примере Японии плодотворно и в связи с высоким валовым продуктом производства этой страны при относительно малом потреблении природных ресурсов и при эталонном отношении к экологической безопасности технологий. В определенной мере Япония при высоком уровне жизни, который невозможен без высокого энергопотребления, подсказывает позитивные пути решения нынешних глобальных проблем, грозящих планетарным кризисом.

Пример Японии особенно важен, поскольку в Азии, да и в Европе – налицо и совсем другие процессы, которые могут замкнуться на интерес к ядерной энергии, но не так миролюбиво. Не случайно европейские «варианты» 2005 года в евроазиатской России многочисленные аналитики активно проецировали на возможное будущее страны, задаваясь вопросом «как сочетать или переплавлять разные культуры и уровень жизни в XXI веке при начавшемся новом переселении народов?».

Если нефти нет или она в перспективе кончится на всем белом свете? Что делать? Ответ у Японии. Почему Япония, имея мало ресурсов, живет хорошо? Потому, что 60 лет назад переключила сознание на мирную жизнь. И потому, что 50 лет назад начала развивать гражданскую ядерную энергетику. Один из путей, если оставить непродуктивные споры, создания энергетической базы – ядерная энергетика. Вполне возможно, что главный. Если не единственный реально. Многие страны Азии сейчас объединены в мирное ядерное сообщество (FNCA).

Россия и Япония внесли большой вклад в идею и проект реактора ITER. Последуем совету мудрецов – посмотрим на небо. ITER сродни небесному явлению. И люди тоже «от неба». С точки зрения науки (ожившая звездная пыль). И с точки зрения религии. Создать термоядерный реактор – зажечь солнце на Земле. ITER по латыни означает путь. Все это ассоциирует с понятиями «солнце», «путь», «небесный путь солнца». Солнце – главный символ, объединяющий человечество. Но солнцу угодно всходить на востоке. И страна восходящего солнца в контексте своих культурно-исторических корней имеет немало предпосылок, чтобы не оставить ITER и другие ядерные объекты без контроля душой, чтобы делать дело разумно, но и гуманно. В высшем смысле, делать по-человечески. А, может быть, чтобы первое рукотворное мирное солнце уже непосредственно для нужд людей зажглось на японской земле. Памятуя и то обстоятельство, что Япония уступила Франции в споре за право быть страной размещения опытной термоядерной установки.

Промышленный ITER в Японии или России мотивировал бы дополнительно на богатой культурной базе и противоречивом, разнородном ядерном опыте усиление столь необходимой для ядерного мира в целом многоплановой, зачастую нелицеприятной и в ракурсе сомнений и беспокойства, духовно-гуманитарной дискуссии как предтечи выверенных и эффективных действий. Франция, несомненно, – достойный претендент на важные ядерные новинки и страна великой культуры. Но ядерный опыт Франции, к счастью для нее, но не адекватно для мировой истории, в целом исключительно успешен. В этой стране ядерная эра не приводила к катаклизмам национального и международного уровня. В военной сфере Франция была в качестве догоняющих, когда «правила игры» уже устоялись. И этот этап не сопровождался трагически столь ярко выраженными примерами тяжелого морально-нравственного выбора, как было в истории других стран. Все вместе, в сочетании с классической национальной чертой облегченного отношения к жизни, может способствовать автоматически крену «термоядерного курса» в сторону упрощения и меркантилизации проблемы.

Что такое, например, Юго-Восточная Азия? Это перенаселенность тропических и субтропических стран с плодовитым по части рождаемости населением. Это дефицит средств жизнеобеспечения. Не такой страшный, как в Африке. Но все же в массовом проявлении – это серьезная «бомба замедленного действия». В силу пока своей относительной научно-технической отсталости, регион не имеет потуг к ядерному оружию. Но на его флангах по периметру расположены тоже неспокойные страны с ядерным оружием или ядерными амбициями – Индия, Пакистан, Иран (президент которого напомнил слова религиозного идеолога о том, что Израиль должен быть уничтожен), Северная Корея, Китай. Недалеко и Россия. С юга – Австралия (лидер в сфере добычи урана) и Океания с базами АПЛ и полигонами испытаний ядерного оружия США, Англии и Франции.

Да и Япония может теоретически изменить свое «мнение» в сторону имперских замашек. Или «просто» ядерных, что не является более фантазиями – после северокорейских ядерных испытаний. Недаром ее соседи (Китай, Южная Корея) так болезненно реагируют всякий раз на, казалось бы, давно прошедшее, если оно затрагивается нынешними политиками. Вспомним свежие протесты после посещения премьером Японии храма, где похоронены военные преступники. «Остальная Азия» генетически помнит зверства японцев времен хотя бы последней мировой. Как и еврейский мир – зверства нацистов. Не случайно идеология ядерного оружия, как оружия «последней надежды», родилась в Азии – в Израиле и Индостане. Где гарантия, что она не найдет последователей в Юго-Восточной Азии с ее колоритным и кровавым недавним прошлым и настоящим?

Со всех ракурсов устойчивого развития, таким образом, для Азии и Японии, если смотреть социально-обобщенно, комплексно и, хотя бы, на несколько шагов вперед, никак не безразличны новые ядерные темы.

В Японии достоевсковедение нашло благодатную почву. Эта страна располагает одной из лучших зарубежных научных школ, изучающих наследие Достоевского. Мир перешагнул эпохальную грань 60-летия ядерной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки. По буддистским поверьям шестидесятый день рождения несет особый смысл. После него жизнь, и без того бесценная, приобретает значение великого дара. Который необходимо понять и бережно хранить. Эти установки имеют значение и применительно к человечеству, заново рожденному и выжившему после бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. Может быть, России и Японии суждено совместно «выковать» хотя бы контуры морально-нравственных и политических ориентиров ядерной жизни, сверяясь, в том числе и по Достоевскому? Создатели фильма «В Японию на поиски… России» (координатор К. Юка, студия Дальневосточного университета при поддержке МИД Японии) уверены, что Япония и Россия могут помочь друг другу в познании самих себя и мира. И, вероятно, не случайно В. Путин объявил в 2005 г. о грядущей коренной трансформации ядерной отрасли России, возвращаясь из насыщенной поездки по Азии, завершившейся в Японии. Он же шутливо «поправил» общественное мнение (ответы на вопросы телезрителей 25.10.06), что страной восходящего солнца нужно было бы называть и Россию.

Скачать работу целиком

Обсудить публикацию

Метки