В полку «так называемых» прибыло

Беларусь, если согласиться с официальной пропагандой, все активнее превращается в страну «так называемых». Разумеется, в первую очередь речь идет об оппозиции. Как известно, нормальная (конструктивная) оппозиция просуществовала в стране недолго, и после победы ее «лидера» А. Лукашенко на первых президентских выборах прекратила свое существование. На стадии «так называемого» застряло и гражданское общество, а весной 2008 г. в этот разряд был переведен и зарождающийся средний класс. Процитируем последнее президентское послание: «Мы добились того, что в Беларуси нет жесткого расслоения на богатых и бедных. Сегодня мы подошли к следующему уровню – необходимо развивать так называемый средний класс, чтобы малообеспеченных не было вообще».

В промышленно развитых странах средний класс составляет 60-70% населения, и уже в силу этого он играет важную роль в поддержании социальной стабильности. В Беларуси серьезных исследований по численности среднего класса не проводилось, при этом следует обратить внимание на отсутствие в экспертном сообществе однозначного определения самого понятия «средний класс», что создает дополнительные трудности для определения его численности.

По данным российских источников, 33% россиян считают себя средним классом, но по оценке директора Независимого института социальной политики Т. Малевой, в России численность среднего класса не превышает 7%. Идеальный представитель этой социальной группы представляется как человек, который имеет банковский счет, недвижимость, берет кредиты, имеет профессиональное образование не ниже среднего, вкладывает деньги в свое здоровье, а также имеет активную гражданскую и общественную позицию.

Ответы респондентов, полученные в ходе июньского опроса НИСЭПИ, позволяют конкретизировать наши представления о численности белорусского среднего класса. В частности, данные табл. 1-2 наглядно демонстрируют весьма скромный результат, полученный в ходе процесса формирования собственников за 14 лет строительства «белорусской экономической модели».

Таблица 1. Распределение ответов на вопрос: «В конце прошлого века в Беларуси прошла чековая приватизация. Получили ли Вы чеки «Имущество»?»


Вариант ответа

%

Да

47.7

Нет, потому что на тот момент мне не было 18 лет

20.7

Не получил по другим причинам

26.0

ЗО/НО

5.6

Вопрос о чеках «Имущество» оказался в июньской анкете не случайно. Все дело в том, что в апреле был отменен мораторий на движение ценных бумаг, приобретенных миноритарными акционерами в процессе льготной продажи акций. Несмотря на то, что почти половина взрослого населения страны получила в свое время чеки (табл. 1), лишь 5.5% обменяла их на акции предприятий, еще несколько процентов респондентов приобрели акции по льготной подписке, получили по наследству или приобрели на них акции одного из инвестиционных фондов (табл. 2).

Удалось ли хоть кому-либо в Беларуси заметно пополнить свой семейный бюджет благодаря чековой приватизации? Полностью исключить такую вероятность нельзя, однако необходимо помнить, что около половины белорусских «чековых» АО дивиденды своим акционерам не выплачивают, остальные же по итогам года ограничиваются, как правило, суммой в 2-3 тыс. рублей за пакет акций, полученных на среднестатистическое количество чеков.

Таблица 2. Распределение ответов на вопрос: «Владеете ли Вы акциями белорусских предприятий?» (возможно более одного ответа)


Вариант ответа

%

Нет

83.4

Приобрел в сбербанке за чеки «Имущество»

5.5

Выступил в качестве учредителя акционерного предприятия

2.6

Приобрел на вторичном рынке

1.5

Получил по наследству

1.3

Приобрел акции одного из инвестиционных фондов в обмен на чеки "Имущество"

1.2

Приобрел по льготной подписке

1.2

Другим путем

1.5

ЗО

1.3

Лишь 2.6% респондентов выступили в качестве учредителей акционерных предприятий и еще 1.5% приобрели акции на вторичном рынке. Строго говоря, только этих граждан и можно отнести к реальным собственникам. Однако, в силу малочисленности данной группы, проанализировать ее социально-демографические характеристики не представляется возможным.

Подводя итог, можно с уверенностью сказать, что «приватизация по-белорусски» формированию среднего класса в стране не способствовала. По крайней мере, статистически достоверных данных путем проведения общенационального опроса получить не удалось.
Но наличие собственности, а также средний размер дохода еще не позволяют отнести человека к среднему классу. В современной Беларуси наиболее обеспеченными являются чиновники, но их высокие доходы не трансформируются в гражданские добродетели. Борьба за гражданское общество и демократию – не просто борьба с нищетой (повысить доходы населения обещает любая власть). Тут важен не сколько размер дохода, сколько его источник, поэтому сам факт преобладания в Беларуси государственной собственности блокирует формирование среднего класса.

Обратимся теперь к другой важной характеристики среднего класса – его гражданской активности. Понятие «средний класс» на Западе неразрывно связано с понятием «гражданское общество». Кто тут кого формирует, кто чей продукт – однозначно сказать нельзя, но ясно, что одно понятие без другого не существует. В США около 80% населения принимает участие в деятельности общественных организаций. В Беларуси иная ситуация (табл. 3).

Таблица 3. Распределение ответов на вопрос: «Принимаете ли Вы участие в деятельности каких-либо общественных объединений, независимых профсоюзов, политических партий и т.п.?»


Вариант ответа

%

Являюсь членом такой организации

11.0

Не состою в таких организациях, но иногда участвую в их деятельности

10.2

Не состою в таких организациях и не участвую в их деятельности

78.0

НО

0.8

В последнее время на официальном уровне в Беларуси все чаще говорят о необходимости инновационного развития. Нет ничего удивительного в том, что в роли главного субъекта такого типа развития власть видит все того же чиновника. Однако вне рамок «белорусской экономической модели» во всем мире именно средний класс выступает основным проводником инновационных форм социально-экономической деятельности.

Успешная инновационная деятельность нигде и никогда не сводилась к закупке нового оборудования и технологий, на что чиновник в определенной степени способен. Инновационный прорыв в экономике возможен лишь как следствие инновационного прорыва в социальной сфере. Но чиновник тут бессилен. Ему нечего транслировать в массовые группы населения. Получив соответствующее задание сверху, он в лучшем случае может заняться имитацией деятельности, одним из продуктов которой и является «так называемый» средний класс.

 

www.iiseps.org

Метки