Белорусский феномен забора

Для тех, кто в силу каких-либо обстоятельств время от времени перемещается по просторам нашей Родины, не будет новостью появление в стране огромного количества новых заборов. Да-да, именно заборов. Как правило, они выросли вдоль трасс, во всех без исключения городах и поселках, коим пришлось стать центрами великого национального праздника «Дожинок», а также там, где отмечались Дни славянской письменности, или просто мимо которых проезжали великосветские кортежи, независимо от праздников, а может, просто на какое-либо очередное открытие чего-нибудь. К примеру, агрогородка.

Новые заборы поражают своей разнообразностью, разноцветностью, разноформенностью. Как правило, они сделаны из деревянного штакетника. В редких случаях, при наличии поблизости завода ЖБИ, – из бетона. Окраска чаще одноцветная, но бывает и в два цвета. Преобладают зеленые с красным тона, но встречается и творческий подход – веселенькая разрисовка центральной части сегмента в желтый, голубой цвет, иногда с добавлением трафаретных колосков или еще чего-нибудь там, соответствующего либо событию, либо территориальным особенностям района, города или поселка.

Типологической особенностью данного вида заборов является их пространственная ограниченность. Т.е. заборы всегда тянутся только вдоль дороги и никогда не продвигаются вглубь от нее более чем на 2-3 секции. Вторым признаком данного феномена является то, что этот вид заборов всегда бывает покрашен только с одной – лицевой – стороны. В силу этого при обозрении данного явления под острым углом, особенно во время движения, возникает эффект стробоскопа.

Еще одной типологической особенностью данного вида забора является разнообразие способов его крепления. В некоторых, достаточно редких случаях он устанавливается на оригинальных, предусмотренных конструкцией столбах, вкопанных или забетонированных в землю. Но это является редкой привилегией для очень ограниченного круга населенных пунктов, чаще в их административных и исторических центрах. Более распространенной является форма крепления либо на уже существующих многообразных крепежах (как-то вкопанные трубы, деревянные или бетонные столбы), либо способом прибивания и привязывания новых элементов к уже существующим. При этом вид, тип и форма существующего забора принципиального значения не имеет. Это может быть штакетник, сетка-рабица, доска внахлест или с промежутками. В некоторых вариантах, очевидно ввиду отсутствия монтажного материала, новый забор просто приставляется к уже существующему под небольшим углом. В случаях если старая заборная «матрица» в силу своего возраста не способна выдерживать тяжесть новодела, их на пару подпирают с тыльной стороны любыми подручными средствами, чаще колами.

Вспомнился старый анекдот. На общем собрании колхозников колхоз взял на себя обязательство, со своей стороны, построить забор, бригада маляров-цыган, со своей стороны, этот забор покрасить. Когда к сроку забор был покрашен, колхозники удивились: а почему только с одной стороны? На что цыгане резонно заметили: «Мы же так договорились: вы со своей стороны, мы – со своей!» Вот и наши новые заборы тоже окрашены только с одной, «своей» стороны. Той, что должна ублажать взоры быстро мчащихся в кортежах, создавая видимость мнимого благополучия.

Желая научиться водить машину, можно вначале купить саму машину или, к примеру, рулевое колесо. Но она даже с вами за рулем не поедет по многим причинам, в том числе и ввиду отсутствия у вас водительских прав. И вам всё равно придется не только выучить, на какой сигнал светофора ехать можно, а на какой нельзя, но и хотя бы примерно представлять, почему автомобиль вообще движется. А вот при строительстве дома мы всё чаще и чаще встречаемся с тем, что предполагаемый застройщик перво-наперво обносит участок забором, часто даже не имея представления о том, что и как за этим забором будет построено. Я не имею в виду организации, для которых строительство является бизнесом и у которых в случае невыполнения сроков забирается и участок, и то, что на нем может быть недостроено. Феномен нашего забора не предусматривает строительства как такового. Он скорее – косметические работы по «облагораживанию» фасада, за которым остается всё та же грязь и убожество повседневного существования.

Недавно с коллегами проезжая Ружаны, мы свернули с дороги на сто метров – посмотреть нынешнее состояние сапеговского дворца. Помимо величественных руин, не просто находящихся в прежнем состоянии, но еще более разрушенных (даже 10-летней давности укрепления оснований колонн стали высыпаться), первым делом в глаза бросился новый деревянный забор, небольшая асфальтированная парковочная площадка перед въездной брамой и совершено убогие, постепенно превращаемые в мусорки бетонные вазоны-клумбы. Как и следовало ожидать, новый забор был поставлен «с одной стороны» и совершенно не мешал местному пролетариату культурно отдыхать на территории «историко-культурной ценности» с парой литров напитка под загадочным названием «Крутой вираж». И впервые мне, знакомому с историей уникальной художественной коллекции так называемого «ружанско-деречинского збора», было не жалко, что уникальные скульптуры, стоявшие здесь между колоннами, сейчас находятся в Летнем саду Санкт-Петербурга. Там их на зиму укрывают деревянными коробами, утепляют, реставрируют, да и «заборчик» вокруг Летнего сада поприличнее, и с замками. В своем же отечестве нам только «дым и слаще и приятней». И как-то стало бесконечно грустно, что положенная на весы тысячелетняя отечественная история в глазах государственных чиновников ну никак не перевешивает агрогородки. Вот только на заборчики штакетниковые и хватает денег да фантазии.

Но заборчики, как говорят, и дешево и сердито. Дешево и в прямом, и в переносном смыслах: стоят мало и выглядят убого. А сердито, поскольку за каждым заборчиком вас ждет «злая собака», даже если этого и не написано на самом заборчике. Мол, не суйся, что ты там забыл?

«Едешь себе по дороге, так и проезжай мимо! Куда там тебе надо? Снаружи, конечно, посмотри, если доставит удовольствие. А не нравится – не смотри. Главное – не задерживайся. Чем быстрее движешься мимо заборчика, тем выше степень эстетического наслаждения. Ах, извините, вам интересно знать, что это там покосилось за заборчиком, какого века руины, почему грязный ребенок провожает вашу машину странно-грустным взглядом? Не беспокойтесь – покосившееся подперли надежно, и оно простоит еще столько же, сколько и руины. А руины не реставрируем не потому, что денег нет, а принципиально. В таком виде это древнее сооружение более отражает понимание стабильности в государстве. И ребенок вовсе не грязный, это просто не очень чистая на нем гуманитарная помощь, от нее, вы правы, следует вовсе отказаться. Негоже нашим детям носить то же, что и немытым француженкам. Вы говорите, на заборчике что-то написано?

Да, это проблема, детишки балуют, портят эстетику, понимаете ли. Но мы оперативно подкрашиваем. Такой, знаете ли, заборно-ямочный ремонт. Поэтому и до дорог иногда руки не доходят. Что написано? Да всякое! Мало ли что напишут на заборе, всему верить нельзя. Может, дети просто азбуке учатся. Вот в больших городах мы эту проблему решили: ставим заборы только из сетки. Сам главный начальник придумал. Там не забалуешь! И не написать, и не спрятаться, если, к примеру, кому захочется тухлым яйцом или еще чем запустить в прохожего, а пуще в ответственного руководителя. Вы спрашиваете, что это там за домики красивенькие вдалеке, в чистом поле и без заборчиков стоят? Так это наша гордость – наше будущее. Просто там еще никто не живет, упираются, не понимают своего счастья и стратегии государства. Вот заселим – заборчики поставим да проволочкой их поверху укрепим, чтоб куда сбежать неповадно было. Да и куда им, собственно, бежать? Здесь надо работать и умирать, отдав себя государству до последней капли крови. Как наши отцы на войне! За Родину, за Сталина! Жить когда? Вопрос, конечно, философский. Но как православный атеист отвечу: для нашего народа жизнь – подготовка к жизни вечной, но после смерти.

Поэтому жить он будет, может быть, и плохо, но недолго. Это я вам как «художник художнику» говорю. Ну а с другой стороны, скажем, за тем же заборчиком, чем не жизнь? Есть и чарка, и шкварка, и «дзеўка шпарка»! Что-что? Цены, говорите, растут? Всё успешно решается в установленном порядке. Вот девок, к примеру, за бугор не пускаем. У нас там, на бугре, заборчик – не чета здешним. Пусть на родине зарабатывают тем же, но на благо нашего мужского населения. Скоро и их налогом обложим. А чарка дорожает по эстетическим соображениям. Повышаем, так сказать, культурно-художественный уровень электорального населения. Оно у нас по библиотекам и выставкам не большой ходок. Поэтому привлекаем честных и одаренных писателей. А им за творчество платить надо. Вот народ пригубит, литературное творчество прочитает: «Золотая осень», «Цветы полевые», «Золотой листопад» – поэзию Пушкина или Мицкевича вспомнит, живопись Левитана или, скажем, нашего Белыницкого-Бирули. Опять-таки культурно время проведет, потом на выборы или, например, на референдум сходит. Внутри заборчика, разумеется. Очевидная выгода для всех. В общем, как говорила одна баба: «Не грашыце Богу. Памірай, але ж заборчык стаў, бо куры разбягуцца!»

Такой вот ФЕНОМЕН.

 

Метки