«Какие-то завоевания» дипломатии

21-22 февраля состоялась рабочая поездка главы белорусского внешнеполитического ведомства Владимира Макея в Российскую Федерацию. Не был ли этот визит попыткой приблизиться к развязке многочисленных узлов противоречий в двусторонних отношениях, особенно обострившихся в последнее время? И если так, то удалось ли достигнуть поставленной цели?

Андрей Федоров.  Трудно сказать, насколько запланированной была эта встреча. В условиях формализованных белорусско-российских отношений в подобных мероприятиях нет ничего экстраординарного – союзники регулярно обмениваются мнениями по всем вопросам, «представляющим взаимный интерес».

О конкретных результатах, как водится, сведений не поступило. Но так как противоречий действительно накопилось много, гипотеза об обсуждении их вполне обоснованна. В какой-то мере она подтверждается официальной информацией, согласно которой основным пунктом переговоров было названо «повышение эффективности участия Беларуси в интеграционных структурах, штаб-квартиры которых расположены в Москве».

Как известно, в Москве находятся штаб-квартиры Евразийского экономического союза и ОДКБ. С учетом того факта, что большинство нынешних экономических неурядиц в белорусско-российском взаимодействии так или иначе связано с ЕАЭС, дискуссия по этим вопросам вроде бы подпадает под упомянутую формулировку, хотя, надо признать, выглядит последняя несколько странно. К тому же не совсем понятно, почему разрешать экономические проблемы должны дипломаты, если по этому поводу уже чуть ли не год ведут упорные баталии чиновники соответствующего профиля в ранге вице-премьеров.

В силу этого более логичным казалось, чтобы партнеры сконцентрировались главным образом на давних болевых точках, например, создании на территории нашей страны российской авиабазы, или на свежих, как намерение Кремля ввести пограничную зону на белорусско-российской границе и отказ белорусских властей пускать в республику граждан непризнанных Донецкой и Луганской республик по их «местным паспортам», несмотря на то, что Россия приняла решение о признании оных.

Не исключено, кстати, что реальной причиной рассматриваемого визита, производящего впечатление скоропостижного, стало именно данное обстоятельство. В свете этого возникает сильное подозрение, что имел место «вызов на ковер». Скажем, Москва захотела либо выяснить, к чему может привести нынешняя фронда Минска, либо просто сделать ему серьезное предупреждение о недопустимости такого поведения.

Впрочем, о чем бы ни шла речь, очевидно, что теперь «разрулить конфликт» можно лишь на высшем уровне. Но пока свидетельств наличия у первых лиц стремления к личному контакту не просматривается. И то обстоятельство, что даже находясь непосредственной близости друг к другу в Сочи они не находят для него возможности, а поручают вести переговоры подчиненным, позволяет высказать предположение о том, что даже предварительное согласие по большинству накопившихся противоречий не достигнуто.

Понятно, что дипломаты умеют делать хорошую мину при плохой игре, и в качестве итога встреч в Москве мы услышим стандартные заверения в нерушимой братской дружбе. В частности, можно, не сомневаться, что значительное внимание там было уделено еще одной заявленной теме – «подготовке к празднованию 25-летнего юбилея установления дипломатических отношений».

Тем не менее, вряд ли случайно Владимир Макей заявил российскому коллеге о необходимости подойти к празднику «с какими-то завоеваниями». Ведь при продолжении развития событий в сегодняшнем направлении тот может вообще оказаться не совсем уместным…