Социальные изменения и память

Известный анекдот гласит: все дела проходят пять стадий: шумиха, неразбериха, поиск виновных, наказание невиновных, награждение непричастных. Нередко эти стадии накладываются, посему еще до завершения маршей «рассерженных белорусов» в ряде СМИ и социальных медиа уже был определен главных виновник происходящего – политическая оппозиция. В этом если и нет логики, но есть предсказуемость: когда люди не выходят на улицу – виновата политическая оппозиция; когда выходят – виновата она же, ибо «проспала» начало народного бунта.

Это при том, что одно из немногих занятий, которому посвящала свое время белорусская оппозиция в текущем политическом сезоне, была социальная политика вокруг и около Декрета №3.

Нельзя утверждать также, что и власти прозевала марш недовольных. Они допускали возможность протестных акций, в связи с чем предприняли две смягчающие корректировки Декрета и даже с 16 по 24 февраля провела выездные приемы граждан по вопросам к нему.

Не следует склоняться к мысли, что граждане проспали собственное недовольство, которое проявили в массовом порядке лишь за день-два до дедлайна (20 февраля). Они поставили около 80 тыс. подписей под коллективными обращениями об отмене Декрета №3, написали сотни персональных обращений, а также массово оспаривали претензии налоговых органов в индивидуальном порядке. Нужно ли упоминать про «бунты» в социальных сетях?

Так кто же все-таки проспал «злость народа»? Может быть, пресса? Тоже будто бы нет: публиковалось множество материалов – и о сборе подписей политорганизациями, и о работе правозащитников, и о подготовке маршей, конечно, и сюжеты о жертвах Декрета. Но задача прессы – производить новости, по возможности – сенсации. А для успешного выполнения этой задачи нужно обладать специфической способностью не помнить, что было вчера, позавчера и уж тем более – несколько лет назад. Сохранять способность начинать каждый день заново, искренне удивляясь происходящему.

Короткая память – известная характеристика СМИ. В этом отношении масс-медиа в чем-то подобны обществу и власти, которые, так сказать «живут настоящим». Иной раз имеет смысл заниматься поиском не виновных, а наименее виновных. И в данном конкретном случае политические партии и общественные организации виновны менее всего. Сколько раз эксперты и политики повторяли: издержки от Декрета №3 будут выше, чем выигрыш. Сколько раз они говорили о том, что необходимо проводить социально-экономические реформы, а не заниматься поборами с граждан, которым, в общем, уже нечего отдать и нечего терять.

Социальная революция – это не то, что подразумевает под этим власть и пресса. Заснули и проснулись в другой стране. Революция – как и эволюция – имеет длительность, хотя, в отличие от последней, предполагает меньше элементов преемственности по отношению к предыдущей исторической ситуации. Но в любом случае это – серия многолетних, незаметных изменений и событий, о которых впоследствии почти никто не помнит. Возможно, сегодня действительно имеет смысл говорить скорее о социальных изменениях (относительно быстрых и относительно медленных), чем противопоставлять революцию эволюции.