Прорыва не ожидается

? Даже по нынешним «оттепельным» временам посещение Минска министрами иностранных дел Польши и Германии Радославом Сикорским и Гидо Вестервелле стало далеко не ординарным событием. Каким образом оно может сказаться на дальнейших белорусско-европейских отношениях?

Андрей Федоров. Как накануне, так и во время визита оба высоких гостя в один голос говорили о том, что Беларусь нуждается в свободных и честных выборах, которые подразумевают соблюдение стандартного набора условий. В этом нет ничего удивительного, именно такие выборы и являются квинтэссенцией демократии.

Но в таком случае возникает вопрос: если все было известно заранее, то зачем был нужен данный визит? Неужели нельзя было передать соответствующее сообщение в письменном виде или, например, посредством телефонного разговора?

В принципе, естественно, можно. Но, во-первых, живое общение имеет существенные преимущества и перед электронной связью, и перед эпистолярным жанром. Вдобавок лидеры Евросоюза, за редким исключением, похоже, еще не готовы вступать в непосредственный контакт с белорусским коллегой.

Кроме того, есть основания полагать, что наряду с упомянутыми призывами Александру Лукашенко были сообщены некоторые детали совместного промежуточного плана для Беларуси, предлагающего новый формат ее сотрудничества с Евросоюзом. Этот документ в настоящее время дорабатывается Европейской Комиссией и будет представлен на рассмотрение белорусского руководства. Но лишь в том случае, если выборы пройдут «без нарушения демократических норм».

В связи с этим европейцы посчитали целесообразным заранее дать потенциальным партнерам хотя бы общее представление об открывающихся перед теми перспективах, чтобы у них была возможность выбирать свой последующий образ действий с открытыми глазами.

Понятно, что речь явно идет преимущественно об экономическом сотрудничестве, ибо хорошо известно, что именно оно является главным, если не единственным, приоритетом белорусских властей во взаимодействии с ЕС. В частности, глава польского внешнеполитического ведомства пообещал, что «в случае проведения свободных выборов Беларусь сможет рассчитывать на получение около 3 млрд. евро в течение ближайших трех лет из разных источников». И этот пряник едва ли окажется единственным.

Правда, взамен ожидаются некие ответные шаги, связанные в первую очередь, с демократическими преобразованиями, хотя, вероятно, и не только. Тем самым вопрос о перспективах сводится к следующему: пойдет ли официальный Минск на подобную сделку?

В силу того, что конкретные условия, выдвинутые объединенной Европой, пока неизвестны, ответ может быть только самый общий: при продолжении прессинга со стороны России, и тем более его вполне возможном усилении, белорусское руководство согласится на все, что не будет непосредственно угрожать сохранению его власти. Причем исключительно в соответствии с собственной оценкой.

Сомнительно, что Брюссель сочтет такое поведение достаточной основой для кардинального расширения двусторонних взаимоотношений. Так что, хотя определенный уровень их будет поддерживаться, радикального прорыва, скорее всего, не произойдет.