Римейк газовой войны

?Газпром с понедельника ввёл ограничения на поставки газа в нашу страну. Как вы полагаете, почему белорусское руководство не погасило задолженность перед Газпромом в пятидневный срок? С какой целью официальным Минском был предпочтен сценарий очередного газового обострения?

Валерий Карбалевич. Очередная – трудно сказать, какая по счету – белорусско-российская газовая война все-таки грянула, несмотря на то, что в нее мало кто верил. С понедельника Россия сократила поставки газа в Беларусь на 15%, обещая постепенно увеличить эту цифру до 85%.

Самое поразительное в этом конфликте – пустяковый повод, долг в USD 192 млн. Зимой на кону была сумма минимум в USD 2 млрд., но дело до нефтяной войны не дошло. И как выяснилось в последний момент, Газпром, в свою очередь, должен Беларуси USD 217 млн. Т.е. при нормальных отношениях между странами конфликта вообще быть не должно. Тем не менее, он вспыхнул: Россия сократила поставки газа, Минск угрожает забирать себе то «голубое топливо», которое идет транзитом в Европу, европейские страны пребывают в нервном напряжении.

Несколько слов о договорно-правовых основаниях конфликта. Переговоры о ценах на газ для Беларуси на 2010 год закончились безрезультатно, годовой контракт подписать не удалось. В этом случае, как полвагают в Газпроме, действует соглашение, подписанное 31 декабря 2006 г., в котором газовые цены до 2011 года рассчитываются по формуле.

Но дело в том, что Россия неоднократно сама нарушала это соглашение, в 2008 и 2009 годах Газпром поставлял Беларуси газ, игнорируя эту формулу. Т.е. договорно-правовые соглашения были заменены договоренностями «по понятиям» между лидерами стран. Но правовые нормы не могут действовать выборочно, в зависимости от политической целесообразности. Едва ли следует удивляться, что Москва требует выполнения соглашения, а Беларусь апеллирует к «понятиям».

Несущественность повода для газовой войны говорит о том, что отношения между руководством государств испорчены, атмосфера настолько наэлектризована, что достаточно маленькой искры, чтобы вспыхнул огонь конфликта. Настоящие союзники.

Не до конца понятно, что именно вывело из равновесия российских руководителей. Судя по всему, визит А. Лукашенко в Москву закончился не только провалом, но, возможно, лидеры поссорились. Видимо, не случайно через четыре дня после возвращения белорусского президента из российской столицы, Д. Медведев объявляет Беларуси газовый ультиматум. На это стоит обратить внимание, ибо в ходе предыдущих углеводородных войн о сокращении поставок газа объявляли представители «Газпрома», причем не всегда первое лицо компании. А теперь это сделал президент. По версии А. Лукашенко, изложенной журналистом 18 июня, Д. Медведев обещал предварительно позвонить и проинформировать о мерах, которые Россия собирается принять. Но российский президент объявил ультиматум по телевидению.

Видимо, Москву вывело из себя упорство, с которым А. Лукашенко отстаивал свою позицию. Зимой президент Беларуси не решился на нефтяную войну потому, что рассчитывал на отмену нефтяных пошлин с 1 июля, с момента начала функционирования Таможенного союза. Из этого ничего не получилось, и Минск решил использовать то оружие, которым располагает. Во-первых, Беларусь отказалась вступать в Таможенный союз. Во-вторых, Минск решил не платить за газ полностью. Таким образом, А. Лукашенко решил перевести конфликт в публичную политическую сферу, апеллировать к российской элите и обществу с тем, чтобы те повлияли на позицию руководства. И возмущение по поводу того, что другим странам Россия цены на газ снижает, а Беларуси – повышает. Кроме того, официальный Минск решил сделать конфликт международным, втянуть в него страны Европы. Расчет строился на том, что Москва не решится ставить под угрозу надежность транзита российского газа в Европу и не пойдет на обострение конфликта.

Наконец, имеется еще одна причина отказа белорусской стороны того выплачивать долг. Обстоятельство до крайности банальное: нет валюты. Вице-премьер В. Семашко признался: «Мы рассчитываем, что в течение двух недель мы найдем возможность, позаимствуем, но рассчитаемся за газ. Мы не скрываем: у нас сложно с валютой, чтобы войти в режим реального времени и оплачивать газ. Мы должны заимствовать». В мае золотовалютные резервы страны сократились на USD 253 млн. На переговорах в Москве белорусская делегация предлагала оплатить долг товарами. Причем проблема нарастает: в первом квартале цена 1 тыс. кубометров газа составляла USD 169, во втором – 184, в третьем она составит USD 193-194 за тыс. куб. м. При этом А. Лукашенко пообещал поднять среднюю зарплату по стране до USD 500 в месяц в эквивалетнте. Весь бюджет и график повышения зарплат составлен с учетом стоимости газа USD 150 за 1 тыс. куб. м. За это популистскую авантюру стране придется потом расплачиваться дорогой ценой.

Поэтому А. Лукашенко бросился в драку от отчаяния и безысходности. А Москву недоговороспособность президента Беларуси просто «достала». И российский дуумвират использовал первый попавшийся повод, чтобы наказать союзника. Ко всему прочему, Газпром сейчас в сложном финансовом положении, и для него белорусские деньги имеют значение. Кроме того, в Москве решили, что нельзя создавать прецедент, т.е. позволять Беларуси не выплачивать долг. Нужно приучать Минск к мысли о необратимости перехода на рыночные отношения, к сокращению субсидий, выделяемой белорусской экономике – особенно в преддверии тяжелых переговоров в конце года по поводу стоимости поставок Беларуси газа и нефти в 2011 г.

Хотя взаимные финансовые претензии легко погашаются на основе взаимозачетов, напряженность и взаимная неприязнь лидеров оказались сильнее. Эти факторы будут влиять и на присоединение Беларуси к Таможенному союзу.

Конечно, резкое обострение отношений с Россией, доведение противоречий до стадии углеводородной войны накануне выборов невыгодны А. Лукашенко. Он все чаще терпит поражение, цены на энергоресурсы растут, народ обеспокоен, может начаться ажиотаж вокруг банковских вкладов граждан. Но с другой стороны, определенный уровень напряжения с Россией работает в пользу А. Лукашенко. Ибо накануне выборов ему нужен внешний враг. В ходе предыдущих избирательных кампаний эту роль выполнял Запад. Теперь в роли врага выступает Россия. Проблема, однако, в том, что бутафорский бумажный тигр может превратиться в настоящего. Это рискованная игра с огнем.