Власти опоздали с приватизаций «Нафтана»

?Анализируя возможную стоимость отечественных НПЗ Вы приводите мнение эксперта, что 3-4 года назад стоимость Мозырского НПЗ следовало оценивать с 30%-ным дисконтом к стоимости Mazeikiu Nafta. Какое падение реальной стоимости активов белорусской нефтянки можно прогнозировать, в случае начала строительства нового НПЗ в Усть-Луге – конечной точке идущего в обход Беларуси нефтепровода БТС-2?

Татьяна Маненок. Белорусские власти продолжают твердить, что готовы продавать контрольные пакеты акций отечественных НПЗ, но только «на наших условиях» а не за бесценок.

К примеру, в прошлом году в Литве А. Лукашенко предлагал инвесторам купить «Нафтан» за 4 млрд. USD. Что касается Мозырского НПЗ, где совладельцами паритетного с белорусским государством пакета, являются 2 российские компании – ТНК-ВР и «Газпром нефть», то хотя цена его публично не озвучивалась, ясно, что торг за получение контроля над ведущим НПЗ будет тяжелым. По крайней мере, в начале этого года правительство Беларуси отвергло приватизационные предложения российских компаний. Не подкрепленные реальным анализом текущей ситуации прозвучавшие оценки стоимости НПЗ свидетельствуют, скорее, о том, что белорусские власти продолжают пребывать в летаргическом сне. Они не хотят осознать, что время сверхприбылей в нефтяной отрасли прошло. Рано или поздно белорусские НПЗ будут поставлены перед необходимостью работать по тем правилам, по которым работают все мировые компании.

Однако белорусским властям по-прежнему кажется, что при приватизации отечественных НПЗ можно продублировать схему продажи «Белтрансгаза». Фьючерсная сделка с Газпромом, растянутая на 4 года, позволила белорусской казне хорошо на этом заработать и при этом власть пока не поступилась контролем в стратегическом предприятии.

Однако скалькировать эту схему на НПЗ при всем желании уже не удастся. Время ушло, и обстоятельства принципиально поменялись.

С нынешнего года в худшую сторону изменились условия импорта российской нефти на белорусские НПЗ, что фактически свело на нет привлекательность отечественной нефтепереработки для потенциальных инвесторов. Вернуть этот интерес может только снятие таможенных пошлин на российскую нефть, над чем сейчас так упорно и настойчиво «бьются» белорусские власти.

При этом следует признать, что интерес к покупке активов Мозырского НПЗ пока сохраняет российско-британская нефтяная компания ТНК-BP. Сейчас ТНК-BP владеет 21,25% акций Мозырского НПЗ, и на определенных условиях компания могла бы увеличить свою долю. Ее интерес к Мозырскому НПЗ логичен. В прошлом году «Газпром нефть» и ТНК-ВР завершили раздел сбытовых активов компании «Славнефть», расположенной в Беларуси и уже с октября 2009 года самостоятельно осуществляли поставки нефти на Мозырский НПЗ. Для ТНК-ВР нужен контрольный пакет акций Мозырского НПЗ для того, чтобы оптимизировать свою сбытовую политику. Ведь для Мозырского НПЗ наиболее привлекательным рынком сбыта нефтепродуктов является украинский, где ТНК-ВР уже имеет в собственности нефтеперерабатывающие активы. Летом 2009 г компания увеличила свою долю в Лисичанском НПЗ почти до 100%.

Кроме того, в конце 2009 г ТНК-BP договорилась о покупке украинской компании «Викойл». Основной актив «Викойла» – 118 автозаправочных станций в Украине. И в случае заключения сделки с компанией «Викойл» ТНК-ВР составит конкуренцию на украинском рынке ЛУКОЙЛу, «Галнафтогазу» (270 АЗС) и англо-британской Shell. А вот с приватизаций «Нафтана» белорусские власти, похоже, опоздали.

Россия ускоренными темпами строит в обход Беларуси альтернативный «Дружбе» нефтепровод – Балтийскую трубопроводную систему-2 (БТС-2). В конечной точке БТС-2 совладелец крупнейшего нефтетрейдера Gunvor Геннадий Тимченко планирует построить НПЗ мощностью 8,5 млн. т.

В конце мая в Минтранс РФ подана соответствующая заявка. Ресурсной базой для НПЗ станет новый нефтепровод БТС-2. Планы построить НПЗ под Санкт-Петербургом ранее были и у других нефтяных копаний, в частности, у Лукойла, однако они не опирались на ресурсную базу. Эксперты считают, что у Г. Тимченко, которого называют другом Путина, проблем со строительством НПЗ не возникнет. Интерес Г. Тимченко к строительству НПЗ весьма логичен. К осени Gunvor должна запустить в Усть-Луге терминал по перевалке нефтепродуктов мощностью 20 млн. т с возможностью увеличения до 30 млн. т. Напомним, что БТС-2 – это система магистральных нефтепроводов, которая позволит связать нефтепровод «Дружба» с российскими морскими портами на Балтийском море и поставлять нефть на экспорт в обход Беларуси. Сейчас все мощности БТС-2 распределены: из 50 млн. т, которые способна транспортировать система, 38 млн. т должны идти на экспорт, а 12 млн. т – на Киришский НПЗ, принадлежащий «Сургутнефтегазу». Следовательно, для строительства нового НПЗ «Транснефти» необходимо будет увеличить пропускную способность БТС-2. И это будет сделано: «Транснефть» в случае положительного решения готова увеличить пропускную способность БТС-2 до 58,5 млн. т нефти в год.

Мало того, что с запуском БТС-2 возникает риск загрузки белорусских НПЗ: российская «нефтянка» не растет такими темпами, чтобы загрузить все строящиеся новые нефтепроводы. Очевидно, что приоритет будет отдан своим заводам и загрузке своих нефтяных коридоров. Сохранит ли Беларусь в обозримой перспективе льготную квоту в объеме 6,3 млн. т беспошлинной нефти? Вряд ли, если не продаст свои НПЗ и/или затормозит реализацию стратегического для РФ проекта под названием Таможенный союз.

Между тем, перерабатывать нефть по мировым ценам отечественные НПЗ не готовы. Как недавно отметил замминистра экономики Анатолий Филонов, такую нефть могут перерабатывать лишь заводы, имеющие глубину переработки 93% (у белорусских НПЗ – 70-75%).

Очевидно, что если Беларусь будет поставлена перед необходимостью покупать нефть по мировым, ей вряд ли удастся сохранить в своей собственности два НПЗ. Хотя власти будут пытаться это делать – сводя к минимуму переработку нефти на обоих НПЗ. Однако эффективность такой переработки – под большим вопросом. Мировая практика говорит о том, что экспортировать нефтепродукты экономически целесообразно при плече их транспортировки в радиусе 500-600 км. Белорусские НПЗ расположены гораздо дальше от портов. Следовательно, возникает вопрос: сможет ли «Нафтан» сохранить экспорт нефтепродуктов? У Мозырского НПЗ положение получше: его экспортные рынки – ближайшие Украина и Польша.

С другой стороны, очевидно, что Беларуси для обеспечения внутреннего рынка нефтепродуктов достаточно иметь один НПЗ.