Вестернизация высшей школы по-белорусски

? В Беларуси может быть открыт филиал одного из ведущих вузов мира, такое заявление сделал первый заместитель министра образования Александр Жук. Он заявил, что такой филиал «позволит наращивать научную и материальную базу, приглашать на работу преподавателей из ведущих мировых вузов».Но ведь в свое время большое количество иностранных преподавателейбыла одна из основных причин критики ЕГУ со стороны Минобразования. Что изменилось в системе образования высшей школы, что сегодня чиновники сами заявляют о готовности приглашать специалистов  из-за границы?

Владимир Дунаев. На этот вопрос можно было бы ответить довольно просто, если бы в заявлении заместителя министра образования не просматривалось несколько разных смысловых планов.

Прежде всего, это желание повысить привлекательность беларуского высшего образования в глазах иностранных студентов. В Беларуси власти не хотят открыто обсуждать кризисное состояние в высшей школе, которое связано с ухудшением демографической ситуации. Если в России, например, открыто прогнозируют сокращение численности студентов в два раза, то в  нашей стране эта тема не обсуждается. Вместе с тем, в министерстве образования,  конечно, знают об этой угрозе и пытаются искать способы ослабить воздействие надвигающегося кризиса.

Возможности привлечения средств населения для финансирования образования в условиях  резкого сокращения числа выпускников средней школы и, следовательно, числа абитуриентов, неизбежно уменьшаются.

Надежда на диверсификацию источников финансирования, как и во многих других странах, связывается с привлечением в Беларусь иностранных студентов. Еще в декабре 2006 г. коллегией Минобразования был утвержден план мероприятий по развитию экспорта образовательных услуг, который ставил задачу увеличить за год число иностранных студентов на 20%. К 2010 г. ожидалось нарастить объем  образовательных услуг такого рода на сумму до USD20 млн. Эти планы, видимо, не противоречили академическим репрессиям и враждебности к европейским образовательным моделям. В 2004 г. власти свернули процесс присоединения нашей страны к Болонской декларации, и нападки на практику интернационализации учебного процесса в Европейском гуманитарном университете, включая и приглашение иностранных преподавателей, были частью политики самоизоляции беларуской системы образования от Запада как идеологической угрозы режиму.  На таком фоне попытки расширить импорт иностранных студентов не были особенно успешны. Призывы к возрождению анахроничной советской системы высшего образования не повышали привлекательности отечественных вузов. Борьба экономики с идеологией явно вела к победе идеологии. Видимо, ситуация в настоящий момент настолько серьезна, что кому-то кажется, что пора пожертвовать идеологическими веригами ради наращивания доходов от импорта студентов.

Интернационализация образования и в плане европейской архитектуры высшего образования,  и в плане кадрового обеспечения учебного процесса  является той ценой, которую придется платить за диверсификацию источников финансирования беларуской высшей школы. Но и такие перемены в образовательной политике не гарантируют успех. На рынке международного образования есть куда более успешные игроки, чем Беларусь. Кроме того, в нашей стране достаточно противников реформ, которые не желают отказываться от идеологических стереотипов. Пока «реформаторы» вынуждены искать компромисс с консерваторами на довольно зыбкой основе. Так, например, заявления о присоединении к Болонскому процессу странным образом сочетаются с продвижением через Палату представителей Образовательного кодекса, который еще больше усиливает административный произвол в высшей школе и бесправие преподавателей и студентов. В результате велика вероятность, что вместо реформы мы получим очередное химерическое порождение чиновничьей фантазии. Так уже было не раз в постсоветской истории беларуского образования.

Планы Минобразования по привлечению в страну мировых лидеров образования, видимо, должны рассматриваться в контексте политики повышения привлекательности нашей страны для иностранных студентов. Однако комичность заявления об открытии в Беларуси филиалов Кембриджского и Гарвардского университетов состоит в том, что именно эти вузы и не практикуют создания так называемых оффшорных кампусов, то есть тех самых филиалов, о которых говорил, если верить СМИ, зам министра образования. Правда, исключения делаются для бизнес-школ.  Репутация этих университетов, занимающих две верхние ступеньки во всех мировых рейтингах вузов, стоит куда больше, чем могут предложить некая «коммерческая структура» и таинственная арабская корпорация, соблазнившие Минобразования этой фантастической идеей. Значительно более реалистично привлечь в Беларусь партнеров поскромнее. Московский государственный университет, о котором также мечтает Александр Жук, в последний год повысил свой рейтинг. По версии «Тimes» он поднялся с 231 на 183 место. Это, конечно, не Гарвард, но беларуские вузы вообще ни в каких рейтингах не фигурируют. И, кроме того, МГУ не останавливают репутационные издержки. Так, настоящим скандалом стало открытие в 2006 г. филиала этого вуза в Ташкенте.

По информации Интернет-издания Uzmetronom, запрещенного в Узбекистане, начало работы ознаменовалосьграндиозными откатами и хищениями средств, выделенных на строительство и оснащение здания филиала. Выяснилось, что московские профессора отказываются работать в Ташкенте на тех условиях, которые были предложены узбекской стороной, а вместо Рахматулло Аллоева, снятого лично президентом Каримовым перед самым началом учебного года, на руководство филиалом МГУ претендуют дочери узбекского президента. К счастью, какие-то решения были найдены, и работу в Ташкенте, видимо, удалось наладить. Но попытки МГУ скрывать или замалчивать скандалы в своих филиалах никак не способствуют повышению престижности и привлекательности этого вуза. Впрочем, на территории бывшего СССР репутация МГУ пока еще достаточно высока.

Такая интернационализация внутреннего рынка образовательных услуг может способствовать повышению качества национальных образовательных программ, но еще более это стимулирует освоение нашего рынка зарубежными провайдерами высшего образования.

Для поддержки белорусских вузов больший смысл имеют программы их сотрудничества с престижными зарубежными университетами. Видимо, об одном из  таких проектов преимущественно и шла речь в заявлении Александра Жука. В результате переговоров со своими казахскими коллегами заместитель министра мог действительно увлечься амбициозным проектом создания в Беларуси «международного университета высшего уровня» по образцу нового университета имени Нурсултана Назарбаева в Астане.

Этот вуз, по словам его президента Аслана Саринжипова, претендует на то, чтобы стать одним из ведущих университетов на евразийском континенте. С этой целью уже заключены соглашения о сотрудничестве с девятью зарубежными университетами, входящими в тридцатку лучших вузов мира. Но и сам этот вуз уже претендует на место среди самых дорогих высших учебных заведений планеты. Год обучения в нем стоит USD 19 тыс. На 90% преподавательский состав должен быть сформирован из зарубежных специалистов, а программы обучения должны копировать программы партнерских университетов. Создатели этого вуза надеются, что в течение 50 лет он станет национальным университетом международного уровня. Этот привлекательный бизнес-проект с гигантскими государственными и частными инвестициями, по-видимому, имеет шансы на успех  только благодаря своему всесильному патрону – Нурсултану Назарбаеву.

В министерстве образования Беларуси, возможно, рассчитывают на то, что им удастся повторить этот трюк и найти могущественного патрона для  аналогичного проекта и в нашей стране. Разница только в том, что Казахстан давно вестернизировал свое высшее образование в отношении структуры, содержания и академических прав, а Беларусь пока не желает сворачивать со своего самобытного пути, ведущего в тупик.

Обсудить публикацию