Гражданское общество: следовать собственному плану

 
Мы начинаем публикацию разделов «Белорусского ежегодника-2008» – для ознакомления и обсуждения. Приглашаем экспертов, профессионалов и просто интересующихся высказать свои замечания и пожелания авторам и редакции «БЕ-2008» в Lj-сообществе сайта «Наше мнение».

------------
Резюме

В 2008 г. белорусская власть столкнулась с необходимостью принятия важнейших политических решений и корректировки внутри- и внешнеполитического курса перед лицом вызовов глобального характера. В Беларуси принятие подобных решений – прерогатива первого лица государства. Именно в 2008 г. резко возросло влияние президентской администрации, которая начала методично подбирать под себя компетенции других государственных органов, в частности правительства и Министерства иностранных дел. Кадровые перестановки в ближайшем окружении Лукашенко, в президентской администрации, оказывают важное влияние на характер и направленность курса государства в критических обстоятельствах. Во многом начало либерализации во второй половине 2008 г. стало возможным благодаря оттеснению от власти группировки Виктора Шеймана в ходе внутренних разборок, последовавших за взрывом 4 июля 2008 в Минске. Однако сама по себе замена Шеймана и его протеже Геннадия Невыгласа на Юрия Жадобина и Владимира Макея – следствие длительной борьбы за власть между кланом силовиков и приближенными сына президента Виктора Лукашенко.

Распространенное утверждение, что укрепление Лукашенко-младшего открыло дорогу молодому и более проевропейскому поколению прагматиков, довольно спорно. С одной стороны, новые первые лица не намного младше старых. С другой, за ними, как и за их предшественниками, тянется шлейф участия в значимых репрессивных мероприятиях последнего времени. Наконец, некоторые из новых назначенцев – это представители хорошо забытой старой колоды «первопроходцев» лукашенковской идеологической вертикали.

В то же время победа «прагматиков» привела к смене стиля, ес¬ли не сущности белорусского режима. Во-первых, в 2008 г. усилились пиар-компоненты в деятельности власти - как на внешних, так и на внутренних фронтах. Во-вторых, международное, прежде всего европейское, сообщество получило как минимум номинальных партнеров для диалога, способных говорить с ними на одном языке. В-третьих, именно новоназначенцы в администрации инициировали первые формы диалога с гражданским обществом, что в целом органично вписывалось в общую тенденцию пиаризации президентской политики в 2008 г. Однако новое поколение пока не проявило себя принципиально. В частности, власть не предложила ясной программы выхода из экономического кризиса, сконцентрировавшись на попытках его отрицания, в том числе и методами запугивания. К концу года стало ясно, что социальный контракт, на котором основывалась относительная гармония государства и общества в течение последнего десятилетия, начал провисать. Новое президентское окружение пока не в состоянии предложить новой формулы такого контракта.

Основные тезисы:

• Администрация президента все более вторгается в бюрократическую компетенцию других органов, превратившись в теневое правительство и МИД;
• замена руководителя администрации президента в результате административных разборок, последовавших за взры¬вом 4 июля 2008 г. во время празднования Дня независимости, положила начало радикальной смене окружения Лукашенко. Эта смена, по мнению большинства наблюдателей, привела к усилению позиций Виктора Лукашенко;
• приход новой генерации лидеров, представленной прежде всего главой администрации Владимиром Макеем, оказал определенное воздействие на изменение политики президента в 2008 г. В то же время либерализация, осуществляемая во второй половине 2008 г., не являлась в полной мере заслугой этой группировки; наоборот, администрация президента блокировала многие реформаторские предложения правительства;
• не зафиксировано однозначного сигнала, что новое поколение в администрации президента - это поколение проевропейских «голубей».

Суперструктура

Администрация президента в Беларуси – это стержневое звено президентской вертикали, административный и мозговой центр, посредством которого президент осуществляет управление страной. В Конституции Республики Беларусь 1996 г. только обозначено существование Администрации президента, причем ни слова не сказано о прерогативах этого органа, кроме того что президент ее «образует, упраздняет и реорганизует» (ст. 84). Однако в положении об Администрации президента, утвержденном указом № 97 от 23 января 1997 г., на нее возлагаются следующие функции:

• обеспечение проведения государственной кадровой политики и идеологии белорусского государства;
• координация деятельности подчиненных (подотчетных) президенту Республики Беларусь государственных органов, иных государственных организаций в области государственной кадровой политики, идеологии и права;
• обеспечение взаимодействия президента Республики Беларусь с органами законодательной, исполнительной и судебной власти, местного самоуправления;
• организационное, информационно-аналитическое и правовое обеспечение деятельности президента Республики Беларусь.

Таким образом, Администрация президента – это орган, непосредственно «смотрящий» и во многом формирующий президентскую «вертикаль», осуществляющий контроль нормативно-правовых актов, которые поступают президенту на подпись (и имеют юридиче10 белорусский ежегодник – 2008 скую силу выше законов), и разработку ключевых государственных программ. В такой структуре президентская администрация – это «суперправительство», при котором номинальное правительство – Совет министров – является техническим органом, осуществляющим текущее управление экономикой страны. В поворотные моменты, когда встает вопрос о смене или фундаментальной корректировке внутри- и внешнеполитического курса, стратегическое (а не только административное) доминирование Администрации президента над правительством и соответствующими министерствами, в частности МИД, становится очевидным.

Фактически уже в 2007 г. Администрация президента приняла на себя функции основного переговорщика с Западом. Именно ее высокопоставленные представители вынуждены объяснять непопулярные действия власти, в частности отмену социальных льгот. В 2008 г. превращение Администрации в СуперМИД стало очевидным с началом политического диалога между Беларусью и ЕС. К ней же стали постепенно переходить и функции СуперСовмина, при этом в конце 2008 г. Администрация президента отнюдь не проявила себя как реформаторская бюрократия и даже купировала предложения традиционно консервативного правительства.

При этом сама по себе структура администрации скорее напоминает старый Центральный комитет в урезанном формате (отсутствуют, например, отраслевые комитеты) и вряд ли приспособлена для выполнения текущих функций, поэтому предложение одного из лидеров ОГП об упразднении Совмина и передаче его функций президентской администрации можно оценить скорее как забавную шутку.

Пиаризация курса

Столкнувшись с необходимостью корректировки внутри- и внешнеполитического курса в силу исчерпания возможностей «безреформенного» развития страны, белорусская власть, и в частности ее сердцевина – Администрация президента, – была вынуждена решать в 2008 г. две важные внутренние задачи. Первая – это корректировка официального дискурса, частичный отход от патерналистской риторики и легитимизация переформатированного социального контракта, в рамках которого государство снимает с себя часть социальных обязательств. В этом контексте происходила предсказуемая смена имиджа первого лица государства – довольно заметная в его новогоднем обращении, в котором он заявил, что государство – это не «дед мороз», и граждане должны брать больше ответственности на себя. Такие пиар-кульбиты, впрочем, уже стали традицией с момента нефтегазового конфликта с Россией в 2006–07 гг., когда Лукашенко сознательно подогревал страхи в обществе – очевидно, для охлаждения социальных ожиданий и сохранения уровня общественной поддержки, преподнося себя в качестве «спасителя» от неблагоприятного воздействия внешних шоков.

Вторая задача – ротация властной элиты, привлечение новых сил, способных на необходимые адаптационные акции (от идеологических до конкретных преобразований в экономике и частичной перегруппировки внешнеэкономических и политических связей) – такие, которые не только не нарушали бы, но, напротив, укрепляли устойчивость и целостность системы. Наиболее естественным первоначальным ответом на вызовы, с которыми столкнулась белорусская властная вертикаль в 2007–08 гг., явилась пиаризация государственной политики, то есть усиление ее пропагандистского, имиджевого компонента как на внутреннем, так и (в этом состояла ключевая особенность 2008 г.) внешнем направлении, что проявилось в следующих действиях:

• постановке новых задач перед идеологической вертикалью и смене состава ее ключевых участников;
• внедрении новых методов работы и создании новых институтов;
• привлечении иностранных специалистов в области пиар-технологий и попытке информационного прорыва на западном направлении.

Как минимум до августа 2008 г., когда власть столкнулась с необходимостью осязаемых реальных перемен, такая пиаризация государственной политики частично отражала сознание власти, которая видит проблемы как следствие недостаточно эффективной работы пропаганды, особенно на внешних политических рынках.

В то же время необходимость более эффективного пиара схватывает две фундаментальные тенденции развития режима и, в более широком смысле, страны. С одной стороны, это эрозия базы поддержки системы, в частности отторжение некоторых слоев, которые традиционно поддерживали власть. Для режима актуализировалась задача если не полноценного диалога с обществом, то, по крайней мере, создания видимости обратной связи. С другой – это усложнение системы внешних связей ввиду того, что режим более не может рассчитывать на Россию в качестве единственного гаранта выживания системы. Пиаризация политики явилась предвестником определенного внешнеполитического разворота и попыткой добиться необходимых результатов, в том числе экономических, за счет информационной кампании, а не внутренних реформ. Но и такая тактика потребовала прилива новых кадров.

Деятельность лорда Белла в качестве главного «стилиста» Лукашенко стала поводом для слухов и домыслов – начиная от того, что именно он посоветовал главе государства вывести в свет своего внебрачного сына Колю, и заканчивая фантазиями некоторых политиков по поводу того, что именно лорд Белл разработал сценарий террористического акта 4 июля с целью спровоцировать новую кампанию «закручивания гаек» в стране. Возможно, однако, что именно грамотный пиар-план, который мог быть разработан Беллом в сотрудничестве с молодой порослью в президентской администрации, позволил Лукашенко путем незначительных уступок добиться положительного результата в диалоге с ЕС – приостановки санкций от 13 октября 2008 без серьезных уступок властей в ходе парламентских выборов и того более – при проведении их по самому жесткому и закрытому (в электоральном, но не силовом плане) сценарию со времен принятия Конституции 1996 г. Между тем освобождение политзаключенных и серия интервью Лукашенко западным СМИ восприняты на Западе как знак того, что белорусский президент «созревает» для диалога и либерализации.

Идеологические акценты и ротации

11 декабря 2008 А. Лукашенко отправил в отставку председателя Конституционного суда Григория Василевича, начальника главного идеологического управления Администрации президента Олега Пролесковского, главу Информационно-аналитического центра при Администрации президента Нину Шпак. О. Пролесковский назначен главой Информационно-аналитического центра вместо Нины Шпак. В этот же день Лукашенко назначил бывшего главу администрации Минской области Н. Домашкевича руководителем Управления делами президента. Новым начальником Главного идеологического управления администрации президента и помощником президента стал Всеволод Янчевский. В подчинение Янчевскому передан и Аналитический центр во главе с Олегом Пролесковским – бывшим начальником нового помощника президента.

В. Янчевский чисто технически является представителем молодого поколения белорусских чиновников, и его назначение формально подтверждает теорию об омоложении властной элиты и привлечении свежих сил из числа молодых прагматиков. Такое утверждение достаточно поверхностно. Всеволод Янчевский, несмотря на свой 33-летний возраст, – ветеран властной элиты, в которую он вошел 12 лет назад в качестве лидера Белорусского патриотического союза молодежи (ныне – Белорусский республиканский союз молодежи). Он являлся протеже представителей наиболее реакционной фракции лукашенковских идеологов, явленной в разные времена такими фигурами, как Владимир Заметалин и Александр Зимовский.

Далеко не однозначны его взаимоотношения с другими ключевыми фигурами в новой администрации Лукашенко, такими как Макей и Наталья Петкевич. Однако Янчевский – безусловно, тот человек, который способен адаптироваться к ситуации и принять новые правила игры. В частности, заявления Янчевского о том, что «цензуры в интернете не будет», отразило либерализационные тенденции нового руководства в идеологическом направлении.

Первый заместитель главы Администрации президента Анатолий Рубинов сообщил, что на базе Информационно-аналитического центра при Администрации президента Республики Беларусь (ИАЦ) будет создан центр политтехнологий. По словам А. Рубинова, управлять таким центром должен «руководитель большого масштаба». Первый заместитель главы Администрации президента Беларуси считает, что такой центр необходим для формирования в народе страны единого понимания и поддержки принимаемых властью решений. «Нет необходимости представлять Олега Пролесковского – человека, имеющего большие заслуги перед страной, человека очень высокого потенциала, с которым легко работать. Он хорошо знает политическую ситуацию, пользуется авторитетом в обществе», – сказал Рубинов, представляя коллективу ИАЦ нового руководителя. Газета Администрации президента «Советская Белоруссия» отметила к этому, что ранее возглавлявшая этот центр Нина Шпак представлена коллективу в должности первого заместителя руководителя ИАЦ [1].

Понижение О. Пролесковского и Н. Шпак в какой-то степени симптоматично, поскольку эти перестановки продолжили достаточно скандальные ситуации, сложившиеся с двумя чиновниками
в конце 2007 г. Напомним, что Шпак в докладной записке, ставшей достоянием общественности, раскритиковала работу идеологической вертикали и ее аналитических служб, а также государственной прессы за неповоротливость и неспособность адекватно ответить на те вопросы, которые возникают у граждан в связи со сменой экономической ситуации и первыми признаками эрозии социально-ориентированного государства [2]. Шпак с непривычной для белорусского чиновника прямотой заявила, что государственная идеологическая машина начинает проигрывать независимым прессе и аналитическим центрам.

Отставка начальника Главного идеологического управления администрации и помощника президента О. Пролесковского ожидалась не один месяц. Некоторые чиновники связывали это с неожиданным арестом его заместителя Холода, приговоренного судом к длительному сроку заключения за коррупцию (в конце 2007 г.). В то же время Пролесковский, печально известный руководством кампании по искоренению независимого гражданского сектора в середине 2000-х гг., сумел прямо на марше снискать себе имидж либерала, встретившись в 2004 г. с руководителями запрещенных к ротации в белорусском эфире рок-групп и предложив им своеобразную формулу социального контракта – обещание доступа кконцертным площадкам и эфиру в обмен на обещание не выступать на оппозиционных митингах.

Настоящий фурор летом 2008 г. произвела статья в Советской Белоруссии академика Рубинова, в которой он выступил с оправданием антиреформы образования [3], что укрепило его имидж ретрограда и реакционера советского типа. Однако следует отметить, что в вопросе «антиреформы» солидарность проявила вся команда Лукашенко, несмотря на разногласия по другим вопросам. Например, будущий первый заместитель главы администрации Наталья Петкевич высказалась против углубленного изучения иностранных языков в средней школе на том основании, что это создаст новых трудовых мигрантов. Отставка Рубинова в октябре 2008 г. и его почетная ссылка в Совет Республики подтвердили тот факт, что взгляды и подходы почтенного академика оказались чересчур нафталиновыми даже для лукашенковской вертикали, которая уже больше не могла просто ссылаться на развал Советского Союза для оправдания всех провалов и неудач власти.

Явление Макея народу

Загадочный взрыв в районе пересечения проспектов Победителей и Машерова 4 июля 2008 во время празднования Дня независимости Беларуси явился тем событием, о смысле и организаторах которого можно догадаться только по его эффектам. Не станем останавливаться на том, что расследование инцидента максимально укрепило полицейский аспект белорусского государства (о чем часто упоминают в разговорах по поводу либерализации и демократизации
режима). Подобные знаковые события настолько лихорадят властную элиту, что зачастую делают тайное явным.

Ответственность за теракт (или хулиганские действия?), для расследования которого понадобилось снять отпечатки пальцев у всего мужского населения страны, была свалена на секретаря Совета безопасности Виктора Шеймана и его протеже, главу Администрации президента Геннадия Невыгласа. Однако, по всем правилам, порядок во время массовых мероприятий должны поддерживать силы МВД. А министр внутренних дел Владимир Наумов не
только не пострадал, но, как многие считают, укрепился в результате падения своих конкурентов в результате борьбы за власть на силовом Олимпе (правда, и его собственное влияние к концу года было «подрезано» новыми руководителями президентских структур). Безусловно, такой выбор (а назначение виновных – это именно выбор) подтвердил в первую очередь то, что слухи о постепенном угасании влияния Шеймана и о том, что его вытесняет на периферию политического влияния старший сын президента Виктор Лукашенко, возникли не без оснований. Словом, какими бы ни были прямые основания и доводы для отставки Шеймана, суть в том, что она стала возможной лишь в результате многолетних активных мероприятий его оппонентов, в результате чего база его влияния максимально сузилась.

Новый глава Администрации президента Владимир Макей, назначенный 18 июля 2008 г., – фигура, которая начала постепенно выходить из тени за несколько месяцев до своего окончательного возвышения – извне все это походило на искусно завуалированную пиар-акцию. Начиная с конца 2007 г. аналитики вдруг начали задумываться о возможности эволюционного пути трансформации режима в Беларуси и о том, что некоторые молодые технократы, в частности Макей, могут повторить роль «чикагских мальчиков» Пиночета или активистов «Опус Деи» генералиссимуса Франко. В то же время Макей, занимавший должность советника президента целых восемь лет, практически не появлялся на публике: за все эти годы его фотография мелькнула на страницах прессы лишь единожды. О его влиянии на президента уже складывались легенды – в частности о том, что Александр Козулин будто бы был выпущен из тюрьмы на похороны жены Ирины в феврале 2008 г. только благодаря докладной записке Макея, в которой указывалось, что иное решение поставит крест на диалоге с Западом. В отличие от иных представителей властной элиты страны с силовым прошлым (которое уходит корнями еще в советские 1980-е гг.) Макей – это белорусский чиновник, а не импортированный или реэкспортированный питомец Лубянки, хотя его политическим ментором в той или иной степени можно считать Урала Латыпова.

В. Макей, обладающий значительным дипломатическим опытом (в том числе он может похвастаться и учебой в Венской дипломатической академии), не только образован и знает иностранные языки. Он свободно владеет белорусским и, что вовсе невероятно для представителей белорусской элиты, почитывает такие издания, как ARCHE и Наша Нiва, о чем свидетельствовал главный редактор НН Андрей Дынько, вспоминая свою встречу с тогда еще чиновником белорусского представительства в Страсбурге в конце 1990-х гг. Его назначение руководителем администрации, фактическим визирем правителя (если исходить из традиции
восточных царств, где первый министр – визирь – это правая рука правителя, его глаза и уши, тот, кто готовит его решения и формирует отношение к событиям, отсеивает и поставляет информа-
цию), означало ставку белорусских властей на разворот в сторону Запада и диалог с Европой.
Однако в итоге назначение В. Макея лишь вынесло на поверхность реального режиссера проекта «пиаризации» белорусской государственной политики. Аналитики, записавшие Макея в реформаторы и «молодые волки», упустили из виду как его возраст, практически равный возрасту Шеймана (тот же «полтинник»), так и некоторые подробности биографии нового главы администрации, в частности то, что именно он был одним из наиболее последовательных сторонников вытеснения ЕГУ из Беларуси в 2004 г. Последующие события показали, что проект пиаризации находился в надежных руках. Власти удалось спровоцировать интерес ЕС к сближению и обеспечить мораторий на визовые санкции в октябре 2008 г., несмотря на проведение парламентских выборов по традиционному для Беларуси сценарию. Именно Макей разъяснял европейским чиновником, что их критическая оценка результатов выборов приведет к сворачиванию диалога.

В. Макей объявляется в публичном пространстве 13 ноября 2008 г.: его выступление на Минском форуме выглядело как речь победителя, сумевшего наконец-то донести до Европы, что политика изоляции и санкций ни к чему не привела. Тут же делается широкий жест в сторону европейских ценностей в виде возвращения двух газет – Народной Воли и Нашaй Нiвы – в систему государственного распространения. Почерк оказания мелких, но эффектных в медиа-плане уступок Европе становился к концу года все более отчетливым. При этом, разумеется, совершенно неясно, как справится глава администрации с реальными, а не виртуальными вызовами белорусской власти, которые начали нарастать в условиях экономического и финансового кризиса. Во всяком случае, к концу года белорусское общество так и не получило внятного ответа, что кризис означает для него и какими путями власть готова справляться с возникающими проблемами.
-----------------
[1] Аналитика – дело тонкое // СБ: http://www.sb.by/?area=content&articleID=63260.
[1] Новая информационная война. Эпизод второй // Белорусский партизан: http://www.
belaruspartisan.org/bp-forte/?page=100&backPage=13&news=18614&newsPage=0.
[3] Рубинов А. Педагогический зуд реформаторства // СБ: http://sb.by/print/
post/64375/.

Обсудить публикацию
Метки