Тишина в обмен на обещания

? Наиболее значимые итоги встречи Владимира Путина и Александра Лукашенко, приуроченной к заседанию ВГС, – обещание, что цена на газ для Беларуси в 2008 году не изменится, а также меморандум о предоставлении стабилизационного кредита на 1,5 млрд. долларов. В чем суть сделки? Что белорусская сторона должна сделать в обмен на эти послабления со стороны России?

Янов Полесский: Признаться, я пока никакой особой сделки не усматриваю, хотя, разумеется, атмосфера двусмысленности и непрозрачности, в которой проходят подобные встречи, позволяет трактовать официальные заявления каким угодно образом.

Взять, к примеру, обещание Путина держать цену на газ в будущем году за узды. Я просмотрел с десяток «первоисточников»: нигде конкретная цифра цены на газ для Беларуси не называлась. Интересно, что большинство российских изданий поняли высказывание Путина как свидетельство неизбежного повышения цены, в то время как белорусские издания – в духе собственных ожиданий – решили, что цена составит 100 долларов за тыс. куб. м. В настоящем контексте следовало бы обратить внимание на то, что дословно Путин сказал (в ответ на вопрос по поводу удорожания туркменского газа), что «Газпром» будет в полном объеме выполнять все ранее взятые на себя обязательства по контрактам, которые были подписаны в прошлом году». Сохранение цены в будущем на уровне 2007 г. равнозначно разрыву контракта. Я не думаю, что Путин приехал в Минск с целью его денонсировать. Сам пресловутый контракт является коммерческой тайной, хотя время от времени отдельные его пункты и положения всплывают в СМИ. Недавно аноним из Газпрома заявил в интервью Интерфаксу, что 4-летний контракт между Беларусью и Газпромом, заключенный в канун 2007 г., подразумевает, что начиная с 2008 г. годовые контракты заключаться не будут. При этом цена на газ Газпром определяет ежеквартально исходя из конъюнктуры. Исходя из такой трактовки цена на газ определяет в одностороннем порядке и вообще не может быть предметом переговоров. Если это действительно так, то получается, что белорусская сторона либо не отдает себе отчет в происходящем, либо имитирует переговоры, т.е. создает видимость, что влияет на ситуацию.

В чем тогда смысл заявления Путина относительно сохранения «старой» цены? Я бы предложил предельно прямую трактовку: вне зависимости от цены туркменского газа, российская цена для Беларуси останется «старой», т.е. оговоренной прошлогодним контрактом. Который пересматриваться не будет.

Что касается стабилизационного кредита, то здесь следовало бы внимательно ознакомиться с условиями его выделения. Пока самым интересным вопросом остается конкретный срок его выделения. В меморандуме говорится: в 2007 или 2008 году. Но когда именно? Я хотел бы напомнить, что российская сторона уже год назад этот кредит обещала, и полгода назад обещание было в силе, и, конечно, Владимир Путин по традиции обещание держит. Можно сказать, это входит в его должностные обязанности. Особенно в ситуации, когда курс белорусского рубля держится на преимущественно на силе этих обещаний: белорусские банки ожидают, что российский Центробанк данный кредит выделит – и рубль, соответственно, не падает. Однако несложно предположить, что белорусская стабильность будет интересовать российский правящий класс относительно недолго – до окончания политической кампании в самой России. Исходя из этого, понятно, что обещание кредита должно оставаться для Минска вожделенной морковкой (можно и меморандум подписать), вплоть до конца марта 2008 г. Тогда и пойдет речь о реализация этой договоренности. Но поскольку в тот момент лояльность и дружественность белорусской стороны уже в меньшей степени будет интересовать Россию, то, вполне возможно, начнется новая серия российско-белорусских конфликтов и контактов. И новые хозяева Кремля подвергнут отношения с Беларусью определенной ревизии – конечно, с учетом длинных контрактных обстоятельств. Не исключено, однако, что кредит будет выделен несколько ранее – если, положим, Беларусь примет участие в игре под названием «расширение рублевой зоны», т.е. согласится (или уже согласилась) с тем, что эти деньги будут проведены «правильным» образом. Скажем, останутся на счетах российского Внешнеторгового банка – чтобы мы так платили за газ.

Кратко резюмируя сказанное, можно было бы выделить два основополагающим момента. Во-первых, российская сторона действительно научилась вести переговоры со своим проблемным братом. Во-вторых, главная идея нынешнего «интеграционного» подогрева состоит в адекватном освоении «белорусского вопроса», в нейтрализации брэнда «Лукашенко» на российском политическом поле, – что вытекает из необходимости избежать лишних шумовых эффектов и обеспечить стабильность обстановки до мартовских окаянных дней. Общая схема сделки (если интерпретировать происходящее как сделку): тишина в обмен на обещания.

Обсудить публикацию

 

Метки