дискуссии

Если будет распад России, то это означает снижение уровня российского экспансионизма в регионе. И это может создать благоприятные условия для интеграционных проектов с различными странами.

Россия получала от Беларуси в обмен на получаемые ресурсы анестезию фантомных имперских болей. Беларусь имитировала продолжение существования уже исчезнувшей империи.

Мы должны понимать, что не должны превращать ЕС в инструмент спасения Беларуси, но он также не должен протягивать руку Лукашенко.

Без повышения качества человеческого капитала мы не сможем выбраться из ямы системного кризиса. В этом смысле экономический эффект реформы высшей школы может превзойти любые кредиты МВФ.

Анонсированная экономическая программа Ярослава Романчука – событие уникальное. Это первая попытка запустить публичный диалог по поводу нашего туманного будущего.

Достаточно ли воли судейского корпуса для прекращения использования себя в качестве инструмента политических репрессий?

Коммуникаций с европейскими структурами у белорусского гражданского сектора достаточно для того, чтобы требования, которые мы считаем актуальными, были все-таки ими услышаны и отправлены обратным запросом политическому руководству страны.

Как нам выстроить в атомизированном обществе структуру с иным распределением статусов? Структуру, в которой ценилась бы восточно-европейская культура, в которой наука занимала бы не сервильное, а смыслопорождающее положение и т.д.?

У нас прекрасный директор и отличные вожатые. Все маршируют и трубят в трубы. Но особенность пионерлагеря в том, что для того, чтобы там была чистота и порядок, и все дудели в свои дудки, надо постоянно давать деньги.

Преодоление беларуского экономического кризиса и достижение равновесия на валютном рынке неизбежно потребует сокращения расходов на социальные нужды.

Вероятность авторитарной либерализации снижается. Реформы может осуществлять только сильная власть, а слабая власть будет бояться что-то трогать.

В нашем обществе привыкли, что сильный имеет право обижать слабого. Для такого общества норма, что власть и влияние нужно использовать на полную катушку и всех слабых подминать под себя. Мы должны научиться элементарным основам социальной этики.

Очевидно, что Беларусь нуждается не в националистической или авторитарной или космополитической консолидации, а в консолидации гражданской и конституционной.

Наша армия превращается в потешные войска потому, что в армии нету смысла. И этот смысл появится только тогда, когда власть начнет выстраивать концепцию национальной безопасности не исходя из политических пристрастий, а исходя из реальной оценки ситуации. Сегодня армия нужна для чего? Для того, чтобы у нас был главнокомандующий.

Если говорить о демократической перспективе и демократическом выборе, – стоит взять пульт в свои руки. И переключать каналы по своему усмотрению.

Ничего не меняется со времен царской охранки полковника Зубатова. Вспомним, как создавались псевдополитические партии, появлялись Азефы и попы Гапоны, черносотенцы, как тиражировались лжереволюционные периодические издания…

Итог прояснит многое – в том числе и то, существует ли РБ как суверенное государство, можно ли еще в принципе успеть приступить к его строительству (которое – по моему убеждению – еще не начиналось), а также кто конкретно имеет право на это претендовать.

Истеричная монологичность «Даха» связана с тем, что нормальных каналов коммуникации, в том числе и художественной, здесь не существует. Любая выставка – грандиозный риск.

Ці магчымая такая сітуацыя, калі ў афіцыйным дыскурсе сучаснай беларускай улады міфалогія Грунвальдскай бітвы пачне выцісняць міфалогію Вялікай айчыннай вайны.

Похожие сюжеты я помню по перестроечным толстым журналам, когда на нас обрушился девятый вал прежде запрещённых тем и героев. «Колымские рассказы», «Дети Арбата» и прочее.

Легитимные «фабрики мысли» не создали за всё время постсоветской жизни внятных схем, объясняющих реальность. Акудович, не имеющий диплома философа, оказывается именно тем, кто возвращает философии её первоначальный драйв, остроту и экзистенциальный смысл.

Изначально на нашей земле создавалось государство исключительно в формате «туземной администрации»: из людей принципиально не способных мыслить и понимать реальность.

Бліжэйшае дзесяцігодзьдзе будзе пераўтварэньнем трасянкі ў культурны міт і пашырэньнем гэтай міталёгіі. Але ёй ня выціснуць нарматыўную беларускую мову – і наадварот.

Паветра творчасці, сьмецьце імперый

Существуют локальные группки, играющие с кинокамерой, со сценариями. Но нет каналов для их реализации. А это уже вопрос общекультурной ситуации.

У нас в обществе идеи консолидации вообще придается какое-то мистическое значение. В результате все забывают осмыслить главное: что именно должно получиться после консолидации и хорошо ли это.