К вопросу об имперском дискурсе

Еще несколько лет назад большинство представителей международного экспертного сообщества сходились во мнении, что Россия не имеет четкой концепции построения отношений с государствами постсоветского пространства. Череда «цветных» революций, прокатившихся по разным уголкам бывшей советской империи, была тому ярким примером. Однако недавние события на российско-грузинском фронте, затяжные торговые войны с несговорчивыми партнерами свидетельствуют о готовности руководства России идти на пиковые конфронтационные состояния и заставляют подвергнуть ревизии ранее доминирующую точку зрения.

В новых поведенческих клише Москвы проглядывается каркас абсолютно иной парадигмы, призванной, по замыслу кремлевских элит, восстановить былую мощь и величие России на евразийском плацдарме и, в первую очередь, на постсоветском пространстве, в зоне приоритетных жизненных интересов. Новая концепция внешних отношений выгодно отличается расширенным инструментарием, позволяющим комплексно реализовывать поставленную цель – удерживать в орбите влияния России государства СНГ.

Генезис новой внешнеполитической доктрины РФ можно с легкостью проследить на примере трансформации отношений России с Украиной после «оранжевой» революции.

Несмотря на очень тесную историческую и социокультурную близость России и Украины, отношения между странами всегда были пропитаны духом состязательности и, как следствие, полны трагических страниц. Однако как для Российской империи, так и для Советского Союза обладание Украиной было краеугольным камнем в системе стабильного и безопасного существования. При ее выпадении из общей цепи рушилась вся система. К примеру, Украина как одна из стран – основателей СНГ способствовала тому, что «Советский Союз как геополитическая реальность» прекратил свое существование.

И непосредственно события в Украине конца 2004 года поставили под сомнение лидерство России на постсоветском пространстве и стали катализатором разработки нового концептуального подхода к построению отношений Российской Федерации со странами СНГ.

В 2004 году Кремль оказался не готов к тому, что кандидат от власти Виктор Янукович, пользовавшийся благосклонностью российского руководства, на волне массового общественного протеста уступит пост президента Украины представителю оппозиции Виктору Ющенко, апологету внешнего курса Украины на интеграцию в ЕС и НАТО.

Дабы избежать распространения на другие государства СНГ подобного сценария смены руководящих элит, команде В. Путина пришлось в экстренном порядке корректировать свою линию поведения. Для этой цели было даже создано специальное управление в Администрации президента РФ, которое возглавил небезызвестный политтехнолог Модест Колеров.

С 2005 года стал более ощутим дифференцированный подход в построении двусторонних отношений с тем или иным государством в зависимости от степени его лояльности к Кремлю. Хотя, в общем и целом, пряники стали помельче, а кнуты поувесистей. И всё чаще удары российского кнута обрушиваются на Украину за вольнодумство и интеграционную ересь.

Наблюдения за динамикой развития российско-украинских отношений позволяют выделить два базисных уровня новой российской стратегии в отношении Украины – межгосударственный и региональный. В качестве надстроечного присутствует международный уровень. В свою очередь, каждый уровень имеет политический и экономический аспекты.

Межгосударственный уровень

Политический аспект межгосударственного уровня зиждется на поиске и поддержке политических сил, которые готовы отстаивать интересы российского руководства и бизнеса в Украине. В то же время проведение этих политических партий в парламент, министерства и ведомства увеличивает возможность влиять на процесс выработки внутренней и внешней политики государства.

Именно восстановлением и укреплением утраченных позиций в Украине занимался Кремль на протяжении 2005-2006 годов. Промежуточным финишем стали парламентские выборы в марте 2006 года.

Как и на предыдущих выборах в 2004 году, влияние России на ход выборной кампании в Верховную Раду Украины было значительным. Однако Кремль кардинально видоизменил тактику действий. Если во время президентских выборов Россия сделала ставку на одного кандидата от власти, то парламентские выборы прошли без явных лидеров в борьбе за покровительство Москвы. Хотя это отнюдь не значит, что фаворитов не было. Они были, но Кремль, имея негативный опыт открытого участия в президентских выборах в Украине, решил особо не афишировать своих интересов в парламентской кампании. Более того, был использован обводной маневр. Посредством российских политтехнологов, близких к Кремлю, была запущена «в ротацию» информация о полной апатии российского руководства к развитию политической ситуации в Украине.

А в это время украинские политические партии, желавшие заручиться поддержкой Кремля, проходили своеобразный кастинг. Требования были традиционны. Это, во-первых, отказ в своих политических программах от идеи членства Украины в НАТО. Во-вторых, это поддержка вступления Украины в Единое экономическое пространство (ЕЭП). И, в-третьих, как минимум, нейтральная позиция в отношении принятия русского языка в качестве государственного.

Естественно, что представители «оранжевой» команды вряд ли могли рассчитывать на поддержку Кремля, поскольку их видение развития Украины предусматривало совершенно иные перспективы. Под вышеуказанные критерии российской стороны формально подпадали оппозиционные силы, возглавляемые Виктором Януковичем (Партия регионов), Виктором Медведчуком (Оппозиционный блок «НеТак!)» и Наталией Витренко (Блок Наталии Витренко «Народная оппозиция»), которые в своих программах апеллировали к пророссийско настроенной части украинского электората. На определенную поддержку Кремля рассчитывал и спикер Верховной Рады, лидер Народной партии Владимир Литвин, который имел очень тесные контакты с руководством Госдумы РФ, членами пропрезидентской партии «Единая Россия».

Таким образом, очередная избирательная кампания для России в Украине прошла с учетом просчетов и ошибок президентской выборной гонки 2004 года – «рука Москвы» стала менее видимой, но щедрой к большему количеству политических игроков. Расчет прост: чем больше ставок, тем выше вероятность выигрыша.

Сыграло сразу несколько ставок: по итогам голосования Партия регионов Виктора Януковича возглавила список парламентских партий, на грани преодоления проходного 3%-ного барьера оказался Блок Наталии Витренко.

Не без участия Москвы была создана и антикризисная коалиция в составе Партии регионов, Коммунистической партии Украины и Социалистической партии, вернувшая кресло премьер-министра Украины Виктору Януковичу. О кремлевском следе в этом процессе свидетельствует скорое появление в Верховной Раде законопроекта о статусе русского языка и сворачивание евроатлантического вектора внешнеполитического курса Украины.

Не остается без дела и внепарламентская оппозиция Наталии Витренко. Радикальный левацкий имидж политической партии Наталии Витренко, широкая ее поддержка среди маргинальных слоев населения с успехом используется для проведения антинатовских выступлений в регионах и отстаивания позиций в Украине Московского патриархата.

Экономический аспект, в свою очередь, призван был дополнить политический путем дискредитации экономической политики «оранжевого» правительства и тем самым добавить очков оппозиционным партиям.

В начале 2005 года Кремлем была предпринята попытка втянуть Украину в Единое экономическое пространство (Россия, Украина, Беларусь, Казахстан) на крайне невыгодных условиях с точки зрения перспектив вступления Украины в ВТО и создания зоны свободной торговли с Евросоюзом. Неприятие Киевом идеи полной интеграции в этот геополитический проект России под экономической вывеской стало отправной точкой к переформатированию экономических отношений между странами.

В условиях кризисного менеджмента российскими политтехнологами была найдена новая формула отношений, основывающаяся преимущественно на эксплуатации экономической зависимости Украины от России. Будучи поставщиком дешевых энергоносителей и обладая обширным рынком для сбыта товаров, произведенных украинскими предприятиями, руководство России под лаконичным названием «прагматизации экономических отношений» возвело в ранг внешнеполитического инструмента экономический прессинг и шантаж.

Сначала в ход пошли немного подзабытые антидемпинговые расследования в отношении украинских производителей труб большого диаметра. К концу 2005 года Украине предложили с 2006 года перейти на оплату закупаемого российского природного газа в размере 230 долларов США вместо 50 долларов. Для сговорчивости украинцев Кремль не поленился организовать телевизионную трансляцию учебного перекрытия газовой задвижки, а чуть позже и вовсе попрактиковался в реальных условиях – временно уменьшил объемы транспортируемого по украинской территории газа. В итоге, Украине была навязана схема покупки смешанного российско-туркменского газа по цене 95 долларов США за тысячу кубометров через посредника – «РосУкрЭнерго», непрозрачную в финансовом плане компанию, которой приписывают обслуживание спекулятивных интересов лиц, близких к руководству РАО «Газпром».

Далее в начале 2006 года последовали запреты на ввоз украинской сельскохозяйственной продукции в Россию, в частности товаров мясомолокоперерабатывающих предприятий, что привело к значительным убыткам украинских производителей. Все попытки Кабинета министров Украины найти логические пути разрешения ситуации не имели успеха.

В июне Российская Федерация отменила налоговые и таможенные льготы для предприятий Украины, участвующих в производственной кооперации, предусмотренной «Ашхабадским соглашением» 1993 года. В июле комитет по экологии Госдумы РФ рекомендовал правительству объявить мораторий на ввоз из Украины металлопродукции, аргументируя такое решение ее повышенным радиоактивным фоном. Список санкций мог быть в несколько раз длиннее и жестче, если бы Россия не состояла в переговорном процессе относительно вступления в ВТО.

В целом в этот период российские бизнесмены не рисковали начинать или продолжать серьезные бизнес-проекты в Украине, опасаясь санкций со стороны главы государства за отход от генеральной линии поведения. Были приостановлены проекты Александра Лебедева по реконструкции украинских объектов гостиничного комплекса, Олега Дерипаски по строительству нового алюминиевого завода в Украине и т.д. В то же время известно, что многие российские предприниматели отказывались покупать продукцию, если страной происхождения в сопроводительных документах была указана Украина.

Экономический прессинг немного утих к осени 2006 года, когда активно заработало правительство Виктора Януковича. На текущий год Газпром подтвердил неизменность цены на газ, в то время как прогнозируемая ценовая планка газа на 2007 год не превышает 130 долларов США. Проводятся консультации относительно снятия запрета на экспорт украинской мясной и молочной продукции в Россию.

Региональный уровень

Политический аспект регионального уровня стратегии призван обеспечить активизацию пророссийского населения в приграничных с Россией областях Украины и, таким образом, способствовать их экономической и культурной обособленности. Принцип «разделяй и властвуй», сформулированный древними римлянами, актуален и по сегодняшний день.

Президентские выборы 2004 года явно показали региональный идеологический раскол в стране, когда восточные и южные регионы поддерживали Виктора Януковича, в то время как западные и северные районы отдавали предпочтение Виктору Ющенко. Такая специфика регионального ландшафта Украины не могла быть не использована разработчиками новой концепции. Активная поддержка российской стороной на местных выборах в Украине Партии регионов, Блока Наталии Витренко позволила этим силам получить большинство мест в областных советах 10 юго-восточных регионов. И тут дело вряд ли остановится на инициативах объявления областей «территориями без НАТО» и принятии русского языка в качестве регионального. Данный ресурс становится еще более значимым в свете продолжения конституционной и административной реформы на местах. Если законопроект 3207-1 пройдет рассмотрение в Конституционном суде и повторно получит поддержку в парламенте, то с января 2007 года исполнительная власть на местах перейдет от государственных администраций к исполнительным комитетам, которые избираются соответствующими областными и районными советами. Возникает более широкое поле для творчества.

Крым

В региональном контексте следует особо остановиться на ситуации в Крыму, поскольку этот полуостров, исходя из особенностей его географического расположения, а также этнонациональных характеристик проживающего здесь населения, является далеко не обычным регионом Украины.

Крым издавна находится на перекрестке интересов России и Турции, которые всеми правдами и неправдами пытаются приобрести и закрепить свое политическое, экономическое и социальное влияние в этом регионе. И если в Турции период владения Крымом остался в далекой ретроспективе, то в России остается еще много живых свидетелей, которые помнят пребывание этого полуострова в составе РСФСР до 1954 года.

С момента обретения независимости Украиной в 1991 году спекуляции о спорности вопроса нахождении Крыма в составе Украины были возведены в ранг официальной позиции отдельных должностных лиц и государственных органов РФ. Доходило порой до курьезов. В 1992 году Верховный Совет РФ принял постановление «О правовой оценке решений высших органов власти РСФСР по изменению статуса Крыма, принятых в 1954 году», где ставилась под сомнение территориальная целостность Украины.

Политика нынешнего руководства России относительно Крыма видоизменилась и приобрела двойственный характер: при молчании официальных властей российские интересы на этой территории разыгрывают радикально настроенные элементы и отдельные политтехнологи, близкие к Кремлю. Спектр выдвигаемых ими предложений варьируется от ультрарадикальных до умеренных. Радикальные взгляды также сильно разнятся: от принятия за основу Кучюк-Кайнарджийского мирного договора между Россией и Турцией 1774 года, при определении территориальной принадлежности Крыма, до откровенных планов «чеченизации» крымского полуострова, насаждения крымским татарам агрессивных религиозных течений ислама. Умеренные же просто предлагают поделиться Крымом, например в виде одновременного вхождения территории полуострова в состав двух государств (режима украинско-российского кондоминиума). Общее у всех этих проектов одно – их реализация направлена на дестабилизацию ситуации в Крыму.

Приезды в Крым российских эмиссаров в лице депутатов Госдумы РФ Владимира Жириновского, Константина Затулина, журналиста Михаила Леонтьева во время июньских «антинатовских» протестов в Феодосии отчетливо свидетельствуют, что эти политики и общественники переживают не только за результаты предстоящих выборов в высший законодательный орган РФ. Тон и направленность их высказываний позволяют с уверенностью говорить о мощной политической подоплеке, ориентированной на дискредитацию органов государственной власти в Крыму и формирование негативного имиджа Киева в глазах крымчан.

Российский фактор также эксплуатируется и лидерами местных радикальных движений, которые убедились в том, что даже незначительные конфликтные ситуации могут быть эффективным средством влияния не только на украинскую власть, но и на мировое сообщество, что было продемонстрировано в ситуации вокруг «неудовлетворенности большинства» возможным вступлением в НАТО Украины. Кстати, это позволило быстро легализовать деятельность пророссийских радикально ориентированных организаций.

Несмотря на политику украинского правительства, направленную на стабилизацию социальной обстановки в Крыму, а также нейтрализацию и изоляцию радикально настроенных элементов, недопущение расовой и национальной розни в Крыму, проблема всё еще остается нерешенной.

Экономический аспект предполагает на региональном уровне акцент Кремля на возобновлении межрегиональных экономических и гуманитарных связей, где доминирующую роль играют российские регионы или же отдельные российские предприятия. Восстанавливая и стимулируя появление новых производственных цепочек между украинскими и российскими приграничными регионами, Кремль пытается повысить экономическую зависимость отдельных областей Украины. Очень показателен в этом плане недавний шаг руководства РАО «Газпром», разрешившего компании, подконтрольной украинскому олигарху Ринату Ахметову, поставлять 2 млрд. кубометров российского газа по нерегулируемому тарифу на украинские предприятия.

Российским руководством на данном этапе также реанимируются разного рода трансграничные организации, еврорегионы и приграничные сообщества. Вполне возможно, что для этих целей в скором времени из Стабфонда РФ будет выделена отдельная линия финансирования для постепенного и планомерного достижения результата.

Международный уровень

Политический аспект предполагает осуществление Россией действий, как в Украине, так и за ее пределами, которые косвенно призваны оказывать влияние на настроения ведущих акторов мирового сообщества относительно адекватности украинской внутренней и внешней политики. Как уже было отмечено выше, возможность развертывания этого уровня стратегии во многом зависит от успешности реализации базовых уровней.

В приложении к Украине прямая или опосредованная активность Москвы преследует две цели. Во-первых, это блокирование инициатив Киева относительно интеграции в ВТО, НАТО, ЕС. Во-вторых, недопущение становления Украины как регионального лидера.

ВТО

Острое соперничество за первенство в обретении членства во Всемирной торговой организации заставляет Россию искать пути торможения вступления Украины в эту глобальную сеть. Если Украина первая станет членом ВТО, то потом она сможет выдвигать вполне справедливые требования к России относительно снятия существующих барьеров на пути украинских товаров на российский рынок. Учитывая сложность нахождения компромисса в двусторонних переговорах с Соединенными Штатами и, с недавних пор, Грузией, страхи России могут стать реальностью. Поэтому Кремль сейчас на полную мощность задействует возможности своего лобби в украинском парламенте и правительстве. В результате, в Верховной Раде затрудняется рассмотрение принятия законопроектов, необходимых для выполнения условий и требований ВТО. В то же время с Виктором Януковичем усиленно обсуждается вопрос о возможности синхронизации вступления во Всемирную торговую организацию Украины и России. Эти манипуляции могут реально усложнить обретение Украиной членства в ВТО до конца текущего года, как планировалось ранее президентом Украины.

НАТО

Основываясь на высказываниях российских политиков относительно возможного членства Украины в НАТО, можно предположить, что этот вопрос вводит кремлевский истеблишмент в паническое состояние.

Опираясь на обновленные вследствие парламентской «перезагрузки» позиции в украинских властных коридорах и стане внепарламентских оппозиционных сил, Кремль сумел растянуть перспективу членства Украины в НАТО с ясно очерченной до неопределенной, о чем уже упоминалось ранее.

Несмотря на открытые заявления руководства РФ о том, что расширение НАТО за счет постсоветских республик воспринимается как враждебный акт по отношению к России, это вовсе не мешает россиянам сотрудничать с Североатлантическим альянсом и проводить на своей территории совместные учения. Справедливости ради стоит заметить, что интенсивность диалога Россия – НАТО намного выше, нежели интенсивность диалога Украина – НАТО.

ЕС

На данный момент Кремль неофициально пытается влиять на формирование новой стратегии ЕС в восточном направлении, в частности в отношении Украины. Цель – сделать невозможным вступление Украины в Европейский Союз даже в отдаленной перспективе. Именно с некой подковерной активностью Москвы можно связывать тот факт, что инициативу разработки восточной политики ЕС перехватила Германия, ранее не отличавшаяся особым интересом в отношении восточных рубежей содружества. Расчет прост, но оттого не менее гениален. Кремлевскими заседателями было учтено несколько факторов. Во-первых, канцлер Ангела Меркель придерживается достаточно консервативных взглядов относительно процесса расширения ЕС как в целом, так и за счет стран Восточной Европы. Этим германское правительство выгодно отличается от польского, ратующего за продвижение Евросоюза в восточном направлении. Позволю напомнить, что ранее именно на Польшу были возложены полномочия по разработке европейской восточной политики. Во-вторых, вопросами ведения внешней политики в правительстве госпожи Меркель занимается представитель социал-демократов Франк Вальтер Штайнмаер, находящийся под влиянием бывшего канцлера ФРГ Герхарда Шрёдера. Факт дружеских отношений Г. Шрёдера и В. Путина сомнений не вызывает. Ну и, в-третьих, с января 2007 года председательство в ЕС переходит к Германии, что позволит с большой долей вероятности облечь немецкую инициативу в форму официального документа.

В отличие от польского проекта восточной политики ЕС, где речь всё же шла о потенциальной возможности вступления Украины в Европейский Союз, произведение сотрудников внешнеполитического ведомства ФРГ предписывает ограничиться в отношениях с Украиной «усовершенствованной» политикой добрососедства. Эта политика основывается на расширении инструментария сотрудничества в сфере миграции, создании неких экономических стимулов, например зоны свободной торговли. Хотя предложенные механизмы сотрудничества подразумевают значительный шаг вперед для Украины, расширение программы соседства снимает с повестки дня вопрос о возможном вступлении Украины в Европейский Союз.

В том же 2007 году заканчивается срок реализации Договора о партнерстве и сотрудничестве между Украиной и ЕС, предусматривающего конкретные шаги на украинском евроинтеграционном пути. На смену этому договору в 2008 году должно быть принято новое соглашение. И если это соглашение будет подготовлено с учетом норм расширенной политики соседства ЕС, предложенной Германией, об интеграции украинцам придется надолго забыть.

Конец истории… или начало?

В системности и логичности разработчикам новой концепции не откажешь. Проглядывается почерк мастерской КГБ, наставившей на «путь истинный» львиную долю правящей российской элиты. Тайных дел мастера воздвигли фундамент концепции в лучших традициях разработки спецопераций периода «холодной войны». Но насколько действенной будет эта концепция? К чему, в конце концов, она приведет? Что придет на смену этому периоду двусторонних отношений, уже прозванному в экспертных кругах «героическим» из-за количества созданных проблем и усилий по их преодолению?

Ясно одно: действуя в рамках прагматизации, Россия выигрывает тактические шаги, но проигрывает в стратегическом плане. Ведь наивно полагать, что издержки кризисных трансформаций в отношениях последнего времени затронут только украинцев. В долгосрочной перспективе усилия, потраченные на приближение Украины, могут способствовать противоположному эффекту – Украина, выстояв в кризисных состояниях, навсегда будет потеряна для России. И уже не на уровне элит, а на уровне общества.

Ошибочное и самоуверенное восприятие российским руководством Украины не как субъекта отношений, а как объекта, приведет к полному ее выпадению из всех геополитических проектов России, направленных на обеспечение своего лидерского статуса, как в евразийском контексте, так и в глобальном.

Поэтому очень хочется, чтобы лидеры наций вспомнили, что «танго танцуют вдвоем», и отбросили ложные стереотипы и застарелые предубеждения. Потому что эмоциональные факторы являются плохим фундаментом для построения отношений между двумя государствами, близкими не только географически, но и духовно.

Метки